Рейтинг:  0 / 5

Звезда не активнаЗвезда не активнаЗвезда не активнаЗвезда не активнаЗвезда не активна
 

ТАЛМУД  Мишна  Раздел Моэд  Трактат Псахим

   


 Введение




 Трактат Мишны "Псахим"
посвящен, в основном, трем главным законам: 1) о  хамеце  и  маце, 2) о  совершении
жертвоприношения  песах  и 3) о проведении  седера  в первую ночь
праздника.
 Согласно Торе, с  хамецем  в
течение праздника  Песах  связаны три запрета. Первый из них - это запрет
УПОТРЕБЛЯТЬ  ХАМЕЦ  В ПИЩУ. Основанием для него служат следующие слова
Торы: "Семь дней ешьте опресноки... ибо душа всякого, кто будет есть
квасное с первого дня [праздника] до седьмого, будет отторгнута от [духовного
народа] Израиля" (Шмот 12: 15). Второй - запрет ИЗВЛЕКАТЬ ИЗ  ХАМЕЦА  КАКУЮ
БЫ ТО НИ БЫЛО ПОЛЬЗУ. В Торе сказано: "И не используйте квасное для
пищи" (Шмот 13: 3). Из этого мудрецы Торы делают вывод, что какое бы то ни
было использование  хамеца,  прямо или косвенно связанное с питанием,
запрещено (Псахим 21б, см. комм. Раши). И третий - это запрет ОСТАВЛЯТЬ  ХАМЕЦ
 В СВОЕМ ВЛАДЕНИИ В ТЕЧЕНИЕ ВСЕГО ПРАЗДНИКА  ПЕСАХ.  Об этом в Торе
буквально сказано: "И пусть никто [даже] не сможет увидеть квасного, и
пусть никто [даже] не сможет увидеть закваски во всех ваших пределах"
(Шмот 13: 7). И еще: "Семь дней пусть закваски не будет в ваших
домах" (Шмот 12: 19). Отсюда следует, что еще до момента, когда вступает в
силу запрет употреблять  хамец  в пищу, его уже не должно быть во владении
еврея. Тора говорит (Шмот 12: 15): "Но в первый день очистите ваши дома от
квасного", а из Устной Торы известно, что "первый день", о
котором здесь сказано, это четырнадцатое нисана, то есть канун  Песаха.
 Согласно другой точке зрения, которую
приводит Гемара, тот же самый запрет вытекает из другого отрывка в Торе (Шмот
34: 25): "Не режь, пока есть квасное [в твоем владении], жертву,
посвященную Мне, [и не брызгай ее] кровь [на жертвенник]". То есть: Тора
запрещает еврею резать ягненка (или козленка), предназначенного для
жертвоприношения песах,  все время, пока в пределах его владения еще
остается  хамец.  Как известно, жертву  песах  режут четырнадцатого
нисана после полудня - значит,  хамец  должен быть убран из еврейских
домов к этому времени.
 Что практически означает предписание
Торы "очистить дом от квасного"?
 Гемара приводит несколько мнений об
этом. Согласно одному из них, речь идет о мысленном отречении - по ее
выражению, "суть отречения - в сердце". А именно: "Пусть каждый
отречется в сердце своем от всего квасного, принадлежащего ему, и приравняет
его к праху земному. Пусть он начнет думать, что в его владениях вообще нет
никакого квасного, а если и есть, то оно словно прах земной, совершенно ни на
что не пригодный" (Рамбам, Законы о маце и о хамеце 2: 2). И, кстати,
переводчики Торы на арамейский язык Йонатан бен Узиэль и Онкелос перевели повеление
"очистите ваши дома от квасного" именно так: "объявите
несуществующим".
 Согласно другой точке зрения,
"очищение дома от квасного" означает физическое уничтожение  хамеца,
 и потому одного только мысленного отречения от него недостаточно. Что же
касается изречения Гемары "суть отречения - в сердце", то оно
действенно только в одном отношении: когда ради того, чтобы не нарушить запрет
иметь  хамец  в своем владении в течение  Песаха,  его объявляют
бесхозным, не принадлежащим никому. Раз в Торе сказано: "И пусть никто
[даже] не сможет увидеть квасного... во всех пределах твоих", то отсюда
следует: ты не имеешь права видеть в своих владениях ПРИНАДЛЕЖАЩИЙ ТЕБЕ  хамец,
 однако видеть в своих владениях ЧУЖОЙ  хамец  запрета нет (Псахим 46,
Тосафот). Иными словами: с того самого момента, когда еврей мысленно отрекается
от своего  хамеца,  последний уже не считается находящимся в его владении,
а его бывший хозяин не нарушает запрета иметь  хамец  в  Песах.  Однако,
тем не менее, предписание "очистить дом от квасного" он не исполняет
до тех пор, пока не уничтожит свой  хамец  в буквальном смысле слова.
 Есть, правда, точка зрения, что заповедь
"очистить дом от квасного" можно исполнить любым из этих двух
способов: или мысленно отречься от своего  хамеца,  или физически его
уничтожить без отречения в сердце (Гаран, Гамеири). Но существует мнение, что
эти два способа относятся к двум разным видам  хамеца -  известному и
неизвестному: от  хамеца,  который не нашли, но который, возможно,
находится где-то в доме, необходимо отречься мысленно, однако тот  хамец, о  котором
известно доподлинно, нужно уничтожить в буквальном смысле этого слова ("Кесеф
мишнэ"; Гамеири).
 Среди авторитетов Торы на этот счет есть
и другие мнения. Как бы там ни было, мудрецы предписали  хамец  уничтожать
и потому обязали в ночь на 14 нисана совершать "проверку наличия
хамеца" (которой посвящена глава первая нашего трактата Мишны).
 ЖЕРТВОПРИНОШЕНИЕ ПЕСАХ - центральная
заповедь праздника Песах, о которой Тора дает подробные указания (Шмот
12:3-10). Для жертвы  песах  годятся только ягнята или козлята:
"самец, не достигший года, без единого телесного недостатка". Время,
когда их режут, точно определено в Торе (Бемидбар 9:3):"В четырнадцатый
день этого месяца, ПОСЛЕ ПОЛУДНЯ совершите его, в предназначенное для этого
время ". И сказано также (Шмот 12:6): "Пусть зарежет его вся
собравшаяся [для этого] община Израиля после полудня". Мудрецы разъясняют,
что начало этого времени - шесть так называемых временных часов, то есть
полдень, "когда начинают склоняться вечерние тени". Следовательно, с
полудня 14 нисана, когда  хамец  уничтожен, а солнце начинает склоняться к
западу, уже проявляется святость праздника  Песах,  и с этого времени
вступает в силу запрет совершать какую бы то ни было работу, не связанную
напрямую с подготовкой к празднику.
 Сказано в Торе (Шмот 12:4): "По
числу душ [в доме], в соответствии с мерой еды каждого объединитесь [чтобы
есть] ягненка". Отсюда следует, что ОСНОВНОЕ предназначение жертвы  песах
-  для еды, и что тем самым она отличается от всех других жертвоприношений,
части которых разрешено есть (как разъясняется в главе седьмой). Отсюда также
вытекает, что  песах  можно резать лишь тогда, когда точно известно, кто
примет участие в  седере,  и что минимальное количество мяса жертвы  песах,
 которое необходимо съесть, это  казаит.  Все остальные подробности
того, как жертву  песах  режут, свежуют, жарят и едят, как это
жертвоприношение совершают в состоянии  ритуальной нечистоты,  кто именно
обязан сделать это не 14 нисана, а через месяц, в  Песах шейни -  все эти
вопросы рассматриваются в этом трактате.
 Его первые три главы посвящены разбору
законов, связанных с исполнением запрета  хамеца в  течение  Песаха.
 Глава четвертая рассматривает запрет
работать в канун  Песаха.
 Главы с пятой по девятую обсуждают все,
что связано с совершением жертвоприношения  песах.
 И, наконец, глава десятая подробно
излагает правила проведения  седера  в первую ночь праздника. Рамбам
объясняет, почему в последовательности трактатов Мишны "Псахим" идет
сразу за трактатами "Шабат" и "Эйрувин": потому что в главе
Торы о праздниках  Песах  упоминается сразу после Субботы, а также потому,
что заповедь о  Песахе -  первая заповедь, данная Всевышним народу Израиля
через Моше. Но почему этот трактат назван "Псахим" (то есть "Песахи",
во множественном числе), а не "Песах"?
 Наиболее простой из ответов - потому что
в нем рассматриваются как законы празднования "первого", основного
праздника  Песах,  так и законы, связанные со "вторым Песахом",  Песах
шейни.
 Гамеири, однако, рассказывает, что во
времена  гаонов  этот трактат разделили на два. Один из них, включавший
первые четыре главы и главу десятую, рассматривал законы о  хамеце, маце  и
проведении  седера,  а второй, состоявший из глав с пятой по девятую, был
целиком посвящен жертвоприношению  песах.  Первый из этих трактатов
называли "Песах ришон", то есть "Первый [трактат о]
Песахе", а второй - "Песах шейни", "Второй [трактат о]
Песахе". Когда же их вновь объединили вместе, то весь трактат в целом
стали называть "Псахим", во множественном числе.




 Глава первая





 Мишна первая

 В НОЧЬ НА ЧЕТЫРНАДЦАТОЕ нисана ПРОВЕРЯЮТ
наличие ХАМЕЦА ПРИ СВЕТЕ СВЕЧИ. КАЖДОЕ МЕСТО, КУДА НЕ ЗАНОСЯТ ХАМЕЦ, ПРОВЕРКИ
НЕ ТРЕБУЕТ. А ПОЧЕМУ мудрецы СКАЗАЛИ О ДВУХ РЯДАХ бочек В ПОГРЕБЕ? Они имели в
виду МЕСТО, КУДА ЗАНОСЯТ ХАМЕЦ. ШКОЛА ШАМАЯ ГОВОРИТ: Проверяют ДВА ПЕРЕДНИХ
РЯДА бочек ВО ВСЮ ШИРЬ ПОГРЕБА, А ШКОЛА ГИЛЕЛЯ ГОВОРИТ: ДВА ВНЕШНИХ, ТО ЕСТЬ
ВЕРХНИХ РЯДА.


Объяснение мишны первой

 Во Введении было уже упомянуто, что
мудрецы Торы обязали проверять наличие  хамеца  в доме перед наступлением  Песаха.
 А именно: искать  хамец  в каждом месте, где он может быть, чтобы
затем его уничтожить. Процедура эта на иврите называется  бдикат-хамец,  и
ею занимается наша мишна.
 Смысл процедуры  бдикат-хамец  различные
комментаторы объясняют по-разному. Раши, например, говорит, что ее целью
является гарантия того, что запрет иметь в своем владении  хамей,  во
время  Песаха  не будет нарушен. То есть: несмотря на то, что еврей уже
мысленно отрекся от своего  хамеца  (что, по букве закона Торы, вполне
достаточно), он, все же, должен искать  хамей,  на всей территории,
хозяином которой является, чтобы затем его уничтожить.
 Причиной этого постановления мудрецов
является осознание того, что далеко не всякий человек способен по-настоящему,
категорически отречься от своих прав на принадлежащее ему имущество,
бесповоротно решить, что весь его  хамей,  как бы более не существует, и
совершенно перестать о нем думать. Не все люди в достаточной мере сознательны,
и мудрецы опасаются, как бы кто-нибудь из-за этого не преступил запрет Торы
иметь  хамей,  в  Песах  (Гаран от имени Раши).
 Бартанура же считает, что причиной
установления обязанности делать  бдикат-хамец  было другое опасение: как
бы во время  Песаха  еврей случайно не нашел у себя оставшуюся аппетитную
булочку, не раскаялся в том, что отказался от своих прав на нее и не решил бы
ее сьесть, тем самым преступив запрет Торы.
 Авторы "Тосафот"
придерживаются иной точки зрения. Возражая против объяснения Раши, они ссылаются
на то, что, по букве закона Торы, мысленного отречения от своего  хамеца  вполне
достаточно. Но если так, то для чего же мудрецы обязали совершать  бдикат-хамец!
 Авторам "Тосафот" представляется, что основанием для этого
явилась боязнь, как бы еврей не нашел в  Песах  случайно затерявшийся  хамей,
 и не съел бы его МАШИНАЛЬНО, как в течение всего года привык есть  хамей,
-  не задумываясь. По этой же самой причине - что человек целый год спокойно
ест  хамей, -  мудрецы и усложнили закон о  хамеце:  по Торе, он начинается
лишь с  казаита,  мудрецы же запретили его даже в самом малом количестве.
Возможно, мудрецы сделали исполнение запрета о  хамеце  гораздо более
строгим, чем требует Тора, и обязали еврея собирать у себя весь  хамей,  и
уничтожать его даже после того, как он мысленно отрекся от своих прав на него,
еще по одной причине. А именно - из-за того, что сама Тора относится к  хамецу
 в  Песах  особо серьезно и обусловливает это целыми двумя запретами:  хамеца
 никто не должен ВИДЕТЬ во владении еврея и  хамец  НЕ ДОЛЖЕН НАХОДИТЬСЯ
во владении еврея. И все это - чтобы предохранить еврея от возможности съесть  хамец
в Песах.
 В НОЧЬ НА ЧЕТЫРНАДЦАТОЕ нисана ПРОВЕРЯЮТ
наличие ХАМЕЦА - ищут  хамец  во всем своем владении, во всех местах, где
он может быть, чтобы затем его уничтожить (основание для этого установления см.
во Введении). ПРИ СВЕТЕ СВЕЧИ - потому что именно свет свечи особенно
эффективен при  бдикат-хамец.  Несмотря на то, что, в принципе,  хамец  можно
оставлять в доме до полудня накануне  Песаха,  мудрецы предписали
совершать  бдикат-хамец  накануне ночью, так как ночью люди обычно уже
находятся каждый в своем доме (Гемара). Кроме того, поскольку  бдикат-хамец  надлежит
совершать при свете свечи, это лучше делать ночью, чем днем, так как ночью свет
свечи более эффективен. Тем не менее, тот, кто не совершил  бдикат-хамец  вовремя,
в ночь на 14 нисана, обязан сделать это на следующее утро, причем также при
свете свечи.
 КАЖДОЕ МЕСТО, КУДА обычно в течение
всего года НЕ ЗАНОСЯТ ХАМЕЦ, ПРОВЕРКИ НЕ ТРЕБУЕТ - потому что мы обязаны искать
 хамец  только там, где есть вероятность его найти, то есть во всех
местах, куда, как правило, время от времени  хамец  заносят.
 А ПОЧЕМУ мудрецы прежних времен СКАЗАЛИ
О ДВУХ РЯДАХ бочек В ПОГРЕБЕ - что необходимо проверить их, нет ли там  хамеца 1 ! Потому что они имели в виду только то МЕСТО в винном погребе, КУДА в
течение года иногда ЗАНОСЯТ ХАМЕЦ. Например случается, что человек посреди
трапезы встает из-за стола и идет в погреб, чтобы принести вина, а кусок хлеба
продолжает держать в руке и потом забывает его в погребе.
 КАКИЕ ЖЕ ИМЕННО ДВА РЯДА БОЧЕК В ПОГРЕБЕ
ТРЕБУЮТ ПРОВЕРКИ?
 ШКОЛА ШАМАЯ ГОВОРИТ: Проверяют ДВА
ПЕРЕДНИХ РЯДА бочек ВО ВСЮ ШИРЬ ПОГРЕБА.
 Для понимания сущности проблемы
необходимо указать, что бочки в погребе стоят рядами, одна к другой, на них - другие
бочки, тоже в ряд, на них - третьи, и так до самого потолка. Гемара приводит
две точки зрения, как следует понимать слова школы Шамая. Согласно одной из
них, ДВА ПЕРЕДНИХ РЯДА бочек ВО ВСЮ ШИРЬ ПОГРЕБА - это первый, фронтальный ряд
бочек от пола до потолка и следующий за ним - тоже от пола до потолка. Согласно
другому мнению, нет необходимости проверять ряд бочек, стоящий позади первого,
но в первом ряду необходимо проверить две линии бочек: вертикальную, ближайшую
к входу, и самую верхнюю горизонтальную, по словам Гемары, "видящую
потолок". Иначе говоря, "два передних ряда бочек" - это передняя
вертикаль и верхняя горизонталь первого ряда бочек, в виде буквы "Г".
 А ШКОЛА ГИЛЕЛЯ ГОВОРИТ: ДВА ВНЕШНИХ, ТО
ЕСТЬ ВЕРХНИХ РЯДА. Следовательно, не нужно проверять два передних ряда бочек по
всей ширине погреба, а только два внешних. Однако по вопросу, какие именно это
ряды Гемара тоже приводит два мнения.
 Согласно одному из них, речь идет о
верхней горизонтали ("видящей потолок") первого, фронтального ряда
бочек, и о той, что непосредственно под ней. Согласно другому - это верхняя
горизонталь фронтального ряда бочек и также верхняя горизонталь второго ряда,
то есть первые две линии бочек, "видящие потолок".
 Эта мишна в подлиннике начинается словом
"ор", то есть "свет". Почему оно может употребляться для
обозначения ночи, есть различные объяснения. Одни говорят, что употребление
слова "свет" для обозначения ночи - такой же эвфемизм, как прозвище
слепого "видящий много света", и что составитель Мишны, раби Йегуда Ганаси,
хотел тем самым избежать упоминания в самом начале трактата слова, могущего
произвести нежелательное впечатление (Рамбам). Другие прибавляют к этому: раби
Йегуда Ганаси сделал так, чтобы осуществить сказанное в Тегилим (119:130):
"Начало слов Твоих светит" (Гараза и Гаран). А автор "Тифэрет
Исраэль" пишет: "Это намекает на то, что наилучший  образ  исполнения
заповеди о бдикат-хамец - в самом начале ночи, когда еще немного светло; или же
имеется в виду время, когда звезды зажигаются на небе".

 Мишна вторая

 HE ОПАСАЮТСЯ, ЧТО КРЫСА ПЕРЕТАЩИЛА хамец ИЗ
ПОМЕЩЕНИЯ В ПОМЕЩЕНИЕ ИЛИ С МЕСТА НА МЕСТО - ПОТОМУ ЧТО ЕСЛИ ТАК, то и СО ДВОРА
ВО ДВОР И ИЗ ГОРОДА В ГОРОД, И КОНЦА ЭТОМУ НЕТ.


Объяснение мишны второй

 НЕ ОПАСАЮТСЯ во время  бдикат-хамец,  ЧТО
КРЫСА ПЕРЕТАЩИЛА хамец ИЗ одного ПОМЕЩЕНИЯ, где еще не производили  бдикат-хамец,
 В ПОМЕЩЕНИЕ, где  бдикат-хамец  уже закончили, ИЛИ С одного МЕСТА НА
другое МЕСТО в том же помещении. Например, из одного угла комнаты, который еще
не проверили, в другой угол, который уже очистили от  хамеца.
 Рамбам же комментирует это так: не
опасаются, что крыса перетащит  хамец  из помещения, в которое его обычно
заносят, в другое помещение, куда его, как правило, не заносят (Законы о хамеце
и о маце 2:7; см. его комментаторов там же).
 ПОТОМУ ЧТО ЕСЛИ думать ТАК все время, то
придется бояться, как бы крыса не перетащила  хамец  и СО ДВОРА, где еще не
делали  бдикат-хамец,  ВО ДВОР, где  бдикат-хамец  уже закончили;
ведь не все люди совершают  бдикат-хамец  одновременно. И точно так же
придется опасаться, вдруг крыса перетащит  хамец  ИЗ одного ГОРОДА В
другой ГОРОД, И КОНЦА ЭТОМУ НЕТ.

 Мишна третья

 РАБИ ЙЕГУДА ГОВОРИТ: ПРОВЕРЯЮТ наличие
хамеца В НОЧЬ НА ЧЕТЫРНАДЦАТОЕ нисана, ИЛИ УТРОМ ЧЕТЫРНАДЦАТОГО, ИЛИ ВО ВРЕМЯ
БИУРА. А МУДРЕЦЫ ГОВОРЯТ: НЕ ПРОВЕРИЛ В НОЧЬ НА ЧЕТЫРНАДЦАТОЕ - ПУСТЬ ПРОВЕРИТ
ЧЕТЫРНАДЦАТОГО, НЕ ПРОВЕРИЛ ЧЕТЫРНАДЦАТОГО - ПУСТЬ ПРОВЕРИТ ВО ВРЕМЯ ПРАЗДНИКА,
НЕ ПРОВЕРИЛ ВО ВРЕМЯ ПРАЗДНИКА - ПУСТЬ ПРОВЕРИТ ПОСЛЕ ПРАЗДНИКА. А ТО, ЧТО ОН
ОСТАВЛЯЕТ, ПУСТЬ ПОЛОЖИТ В УКРОМНОМ МЕСТЕ, ЧТОБЫ НЕ ПРИШЛОСЬ ПРОВЕРЯТЬ ЕЩЕ РАЗ.


Объяснение мишны третьей

 Эта мишна говорит о человеке, нечаянно
или умышленно не совершившем  бдикат-хамец в  ночь на 14 нисана.
 РАБИ ЙЕГУДА ГОВОРИТ: ПРОВЕРЯЮТ наличие
хамеца В НОЧЬ НА ЧЕТЫРНАДЦАТОЕ нисана, ИЛИ УТРОМ ЧЕТЫРНАДЦАТОГО нисана, ИЛИ ВО
ВРЕМЯ БИУРА. То есть, мы имеем только три срока для совершения
  бдикат-хамец.  А именно: тот,
кто не проверил наличие  хамеца  в своем владении в ночь на 14 нисана,
обязан сделать это утром 14 нисана, а если он пропустил и этот срок, то у него
еще остается возможность исполнить свой долг во время окончательного
уничтожения  хамеца,  в течение шестого часа (то есть в течение временного
часа, предшествующего полудню). Однако если и этот срок пропущен, более  бдикат-хамец
 совершать нельзя: раби Йегуда опасается, как бы тот, кто будет искать  хамец
 после  биура  и найдет его, не захотел съесть его.
 А МУДРЕЦЫ ГОВОРЯТ: тот, кто НЕ ПРОВЕРИЛ
наличие  хамеца  В НОЧЬ НА ЧЕТЫРНАДЦАТОЕ нисана - ПУСТЬ ПРОВЕРИТ ЧЕТЫРНАДЦАТОГО
в любое время дня; если же НЕ ПРОВЕРИЛ в течение всего дня ЧЕТЫРНАДЦАТОГО
нисана - ПУСТЬ ПРОВЕРИТ наличие  хамеца  ВО ВРЕМЯ ПРАЗДНИКА - то есть
сразу же, как сможет это сделать в течение всей праздничной недели; а если НЕ
ПРОВЕРИЛ и ВО ВРЕМЯ ПРАЗДНИКА - ПУСТЬ ПРОВЕРИТ ПОСЛЕ ПРАЗДНИКА - так как  хамец,
 остававшийся во владении еврея во время Песаха, становится абсолютно
запретным (как будет сказано ниже, в мишне 2:5). Мудрецы считают, что  бдикат-хамец
 можно совершать и после того, как вступает в силу запрет употреблять  хамец
в  пищу, и не бояться, что еврей, который тогда найдет  хамец,  захочет
съесть его: ведь разыскивая  хамец,  он делает это с четко осознаваемой
целью уничтожить его. И ТАКОВА  ГАЛАХА  (Рамбам, Законы о хамеце и о маце
3:5).
 Теперь мишна возвращается к еврею,
совершающему  бдикат-хамец  вовремя.
 А ТО - тот  хамец,  ЧТО ОН - то
есть человек, совершающий  биур-хамец  в ночь на 14 нисана, ОСТАВЛЯЕТ,
чтобы есть ночью и утром, а также  хамец,  который он намеревается
уничтожить завтра в положенное время, ПУСТЬ ПОЛОЖИТ В УКРОМНОМ, безопасном
МЕСТЕ, ЧТОБЫ НЕ ПРИШЛОСЬ ПРОВЕРЯТЬ ЕЩЕ РАЗ. Потому что если обнаружится, что
какое-то количество оставленного  хамеца  пропало, придется совершить  бдикат-хамец
 снова (Гемара).
 Мы изложили мнение мудрецов так, как его
объясняет большинство комментаторов ("Тосафот", Риф, Рамбам) Однако
Раши интерпретирует слова мудрецов иначе. Для понимания его точки зрения
необходимо иметь в виду, что слово "моэд" (которое мы перевели как
"праздник"), на иврите также означает "срок".
 Итак: НЕ ПРОВЕРИЛ наличия  хамеца  В
НОЧЬ НА ЧЕТЫРНАДЦАТОЕ - ПУСТЬ ПРОВЕРИТ ЧЕТЫРНАДЦАТОГО - утром; НЕ ПРОВЕРИЛ
ЧЕТЫРНАДЦАТОГО утром - ПУСТЬ ПРОВЕРИТ В СРОК уничтожения  хамеца,  то есть
в течение шестого часа; НЕ ПРОВЕРИЛ В СРОК - ПУСТЬ ПРОВЕРИТ ПОСЛЕ ИСТЕЧЕНИЯ СРОКА.
Это значит, что, по мнению Раши,  бдикат-хамец  можно совершать даже по
прошествии времени, предназначенного для уничтожения  хамеца,  то есть в
течение всего дня 14 нисана вплоть до наступления темноты (см. "Тосфот-Йомтов").
Однако во время  Песаха  искать  хамец  уже нельзя: так как тому, кто
ест  хамец  в  Песах,  грозит  карет;  мудрецы тоже запрещают  бдикат-хамец
 в праздничную неделю из опасения, как бы нашедший тогда  хамец  не
забыл о его запрете и не съел его (Гаран от имени Раши).

 Мишна четвертая

 РАБИ МЕИР ГОВОРИТ: ЕДЯТ ВЕСЬ ПЯТЫЙ час И
СЖИГАЮТ В НАЧАЛЕ ШЕСТОГО. А РАБИ ЙЕГУДА ГОВОРИТ: ЕДЯТ ВЕСЬ ЧЕТВЕРТЫЙ, ВЫЖИДАЮТ
ВЕСЬ ПЯТЫЙ И СЖИГАЮТ В НАЧАЛЕ ШЕСТОГО.


Объяснение мишны четвертой

 Эта мишна учит, до какого времени в
канун  Песаха  можно есть  хамец  и когда надлежит его уничтожить.
Для понимания этой мишны следует разъяснить, о каких часах идет здесь речь.
 Все часы, упоминаемые в Мишне, - это так
называемые ВРЕМЕННЫЕ ЧАСЫ, а не постоянная единица времени, принятая в наше
время Они получаются от деления на 12 частей всего светлого времени суток от
начала рассвета до времени, когда на небе зажигаются звезды (согласно другой
точке зрения - от восхода и до захода солнца) То есть, временной час - это 1/12
часть дня Правда, в Стране Израиля в середине месяца нисана продолжительность
дня - 12-13 часов, и потому между общепринятыми сейчас часами и временными
почти нет различия 'Однако способы их отсчета существенно различаются для нас
точкой отсчета часов служит полночь (а также полдень), а во времена Мишны это
было начало рассвета (или, как упоминалось, восход солнца)
 РАБИ МЕИР ГОВОРИТ: четырнадцатого нисана
 хамец  ЕДЯТ ВЕСЬ ПЯТЫЙ ЧАС - то есть,  хамец  можно есть все первые
пять часов дневного времени. Например, если день продолжается 12 современных
часов от 6 часов утра до 6 часов вечера, то  хамец  можно есть до 11 часов
утра. И СЖИГАЮТ  хамец  В НАЧАЛЕ ШЕСТОГО часа.
 Хотя по букве закона Торы  хамец  становится
запретным только в полдень, мудрецы наложили дополнительное ограничение и
предписали уничтожать его часом раньше - из опасения, что люди не заметят
наступления полудня и будут думать, что все еще продолжается шестой час.
 А РАБИ ЙЕГУДА ГОВОРИТ: четырнадцатого
нисана  хамец  ЕДЯТ ВЕСЬ ЧЕТВЕРТЫЙ час - то есть, примерно до 10 часов
утра по нашему времени.
 По мнению раби Йегуды, мудрецы
постановили, что запрет  хамеца  вступает в силу еще за два часа до того
времени, когда он становится запрещенным по букве, закона Торы. Затем ВЫЖИДАЮТ
ВЕСЬ ПЯТЫЙ час - то есть уже не едят  хамец,  но еще его не сжигают.
 Это ограничение мудрецы наложили,
опасаясь ошибки на целых два часа, так как  хамец  находится в руках
простых людей и невежд, не следящих за точным временем.
 Гемара разъясняет, что хотя в пятом часу
солнце еще находится в восточной половине неба, а в седьмом - уже заметно
переходит на западную и ошибка, казалось бы, исключена, мудрецы все-таки
приняли это установление на случай, если 14 нисана будет пасмурным днем, когда
можно спутать даже пятый час с седьмым.
 И СЖИГАЮТ  хамец В  НАЧАЛЕ ШЕСТОГО
часа - то есть часа, предшествующего полудню. Поскольку с начала седьмого часа
уже вступает в силу запрет Торы, мудрецы запретили извлекать из  хамеца  какую
бы то ни было пользу уже часом раньше. Впрочем, в течение пятого часа, хотя
есть  хамец  нельзя, какую-либо пользу извлекать из него все еще
разрешается - например, можно скормить его скотине.
 И  ГАЛАХА  СООТВЕТСТВУЕТ МНЕНИЮ РАБИ
ЙЕГУДЫ.

 Мишна пятая

 И ЕЩЕ СКАЗАЛ РАБИ ЙЕГУДА: ДВЕ ХАЛЫ ИЗ
ЖЕРТВОПРИНОШЕНИЯ ТОДА, СТАВШИЕ НЕПРИГОДНЫМИ, КЛАЛИ НА КРЫШУ ПОРТИКА; ВСЕ ВРЕМЯ,
ПОКА ОНИ там ЛЕЖАТ, ВЕСЬ НАРОД ЕСТ хамец; СНЯЛИ ОДНУ - ВЫЖИДАЮТ, НЕ ЕДЯТ И НЕ
СЖИГАЮТ; СНЯЛИ ОБЕ - ВЕСЬ НАРОД НАЧИНАЕТ СЖИГАТЬ хамец. РАБАН ГАМЛИЭЛЬ ГОВОРИТ:
хамец-ХУЛИН ЕДЯТ ВЕСЬ ЧЕТВЕРТЫЙ час, А ТРУМУ - ВЕСЬ ПЯТЫЙ; СЖИГАЮТ ЖЕ В НАЧАЛЕ
ШЕСТОГО.


Объяснение мишны пятой

 Это - продолжение предыдущей мишны.
Здесь говорится, как в канун  Песаха  из Храма подавали народу знаки,
когда еще можно есть  хамец  и с какого времени возникает обязанность его
уничтожить.
 И ЕЩЕ СКАЗАЛ РАБИ ЙЕГУДА: ДВЕ ХАЛЫ ИЗ
ЖЕРТВОПРИНОШЕНИЯ ТОДА, испеченные из кислого теста, то есть  хамец,  СТАВШИЕ
НЕПРИГОДНЫМИ для жертвоприношения и потому запрещенные в пищу (как будет
объяснено ниже), 14 нисана КЛАЛИ НА КРЫШУ ПОРТИКА на территории Храмовой горы,
откуда они были видны всем. Эти халы служили сигналом: ВСЕ ВРЕМЯ, ПОКА ОНИ там
 ЛЕЖАТ,  хамец  все еще можно есть,
и ВЕСЬ НАРОД ЕСТ хамец; СНЯЛИ ОДНУ из хал - в начале пятого часа приходит
доверенное лицо  бейт-дина  и снимает с крыши портика одну халу - ВЫЖИДАЮТ,
то есть НЕ ЕДЯТ  хамец,  но И НЕ СЖИГАЮТ его; СНЯЛИ ОБЕ - то есть, когда в
начале шестого часа доверенное лицо  бейт-дина  снимает вторую халу - ВЕСЬ
НАРОД НАЧИНАЕТ СЖИГАТЬ свой  хамец  и заканчивает  биур-хамец  в
течение этого часа.
 В связи с халами из жертвоприношения  тода
 Гемара разъясняет, что всякий, кто был обязан его совершить, обязан был
сделать это самое позднее 13 нисана.
 Дело в том, что в состав этого
жертвоприношения входит сорок хлебов, из которых 30 -  маца  и 10 -  хамец.
 Те части жертвоприношения  тода,  которые предназначаются для еды,
можно есть в течение только одного дня и одной ночи. Следовательно, если это
жертвоприношение совершают 14 нисана, то  хамец,  входящий в него, можно
есть только до шестого часа. Однако это находится в непримиримом противоречии с
принципом, согласно которому  "святыни  нельзя доводить до состояния
непригодности". В данном случае это означает, что нельзя сознательно
укорачивать время, в течение которого соответствующие части жертвоприношения
можно есть и тем самым приводить значительную часть его в состояние  нотар  (так
как те части жертвоприношений, которые остаются после истечения предписанного
времени, становятся непригодными и подлежат сожжению).
 По этой причине мудрецы ограничили время
совершения жертвоприношения  тода  перед праздником  Песах  13
нисана. Однако и тогда из-за обилия хлеба в этом жертвоприношении  когены,  как
правило, не успевали съесть его, так что часть его неизбежно становилась  нотаром.
 Вот из этих-то хлебов брали две халы и клали их на крышу портика на
Храмовой горе. Однако в случае, если халы  тода  все же не становились  нотаром,
 их не брали, чтобы собственными руками не делать святыню непригодной для
приношения Всевышнему.
 РАБАН ГАМЛИЭЛЬ ГОВОРИТ: хамец-ХУЛИН ЕДЯТ
14 нисана ВЕСЬ ЧЕТВЕРТЫЙ, час А  хамец-ТРУМУ -  ВЕСЬ ПЯТЫЙ.
 Дело в том, что все время, пока  трума
 годится в пищу, ее нельзя сознательно портить.
 СЖИГАЮТ ЖЕ весь  хамец,  в том
числе и  труму,  В НАЧАЛЕ ШЕСТОГО часа - потому что тогда вступает в силу
запрет мудрецов извлекать из  хамеца  какую бы то ни было пользу (Гамеири).
 Однако  ГАЛАХА  НЕ СООТВЕТСТВУЕТ
МНЕНИЮ РАБАНА ГАМЛИЭЛЯ: весь пятый час выжидают: не едят и не сжигают никакой  хамец
-  ни  хулин,  ни  труму.

 Мишна шестая

 РАБИ ХАНИНА, ЗАМЕСТИТЕЛЬ
ПЕРВОСВЯЩЕННИКА, ГОВОРИТ: НИКОГДА КОГЕНЫ НЕ КОЛЕБАЛИСЬ, чтобы СЖЕЧЬ МЯСО,
ОСКВЕРНЕННОЕ НИЗКОЙ СТЕПЕНЬЮ РИТУАЛЬНОЙ НЕЧИСТОТЫ, ВМЕСТЕ С МЯСОМ, ОСКВЕРНЕННЫМ
ВЫСОКОЙ СТЕПЕНЬЮ РИТУАЛЬНОЙ НЕЧИСТОТЫ - НЕСМОТРЯ НА ТО, ЧТО ПРИ ЭТОМ НЕЧИСТОТУ
УВЕЛИЧИВАЮТ. ДОБАВИЛ РАБИ АКИВА, СКАЗАВ: НИКОГДА КОГЕНЫ НЕ КОЛЕБАЛИСЬ ЗАЖЕЧЬ
МАСЛО, ОСКВЕРНЕННОЕ ЧЕЛОВЕКОМ В СОСТОЯНИИ ОДНОДНЕВНОЙ НЕЧИСТОТЫ, В СВЕТИЛЬНИКЕ,
ОСКВЕРНЕННОМ ПРИКОСНУВШИМСЯ К ТРУПУ - НЕСМОТРЯ НА ТО, ЧТО ПРИ ЭТОМ НЕЧИСТОТУ
УВЕЛИЧИВАЮТ.


Объяснение мишны шестой

 Эта мишна обсуждает проблему сожжения
жертвенного мяса, оскверненного низкой степенью  ритуальной нечистоты,  вместе
с мясом других жертвоприношений, оскверненных высокой степенью  ритуальной
нечистоты.  Хотя, на первый взгляд, ее содержание никак не связано с темой
этой главы, сведения, которые она сообщает, необходимы для понимания проблем,
обсуждаемых в следующей, седьмой мишне.
 В  ритуальной нечистоте  существует
несколько уровней. Высший, источником которой является мертвый человек,
называется "отцом отцов нечистоты". Соприкоснувшийся с трупом - безразлично,
человек ли или какой-нибудь предмет обихода - сам становится источником этой
нечистоты, так называемым "отцом нечистоты". Есть и другие "отцы
нечистоты"- например, мертвый  шерец,  падаль чистого животного,  зав,
мцора  и т.д. (см. тр. Мишны "Кейлим", гл.1). Тот, кто прикоснется
к "отцу нечистоты", становится "первым по нечистоте" и
способен, в свою очередь, сообщать  ритуальную нечистоту  только пище и
напиткам. Так, если "первый по нечистоте" прикоснулся к еде, она
стала "вторым по нечистоте". Галаха гласит, что "второй по
нечистоте" делает "третьим по нечистоте" только  труму,  а
"третий по нечистоте" - "четвертым по нечистоте" только  святыни.
 Все степени  ритуальной нечистоты,  более низкие, чем "отец
нечистоты", образно называются "детьми [отца] нечистоты".
Степень нечистоты, сообщаемая "отцом нечистоты", считается высокой,
поскольку она оскверняет и самого человека, и неодушевленные предметы обихода.
В отличие от этого "дети [отца] нечистоты" обладают низкой степенью
нечистоты, потому что не в состоянии осквернить ни человека, ни его орудия, а
только еду и питье (как упоминалось выше).
 РАБИ ХАНИНА, ЗАМЕСТИТЕЛЬ ПЕРВОСВЯЩЕННИКА
на случай, если тот окажется не в состоянии исполнять свои обязанности в
Йом-Кипур, а также выполняющий определенные функции, которые определяет
первосвященник, ГОВОРИТ: НИКОГДА КОГЕНЫ во время своей службы в Храме НЕ
КОЛЕБАЛИСЬ, чтобы СЖЕЧЬ жертвенное МЯСО, ОСКВЕРНЕННОЕ НИЗКОЙ СТЕПЕНЬЮ
РИТУАЛЬНОЙ НЕЧИСТОТЫ.
 Согласно Гемаре, речь идет о
"третьем по нечистоте" ("сыне сына [отца] нечистоты"),
осквернившемся от "второго по нечистоте". И тем не менее,  когены  никогда
не останавливались перед тем, чтобы сжечь такое мясо ВМЕСТЕ С МЯСОМ других
жертвоприношений, ОСКВЕРНЕННЫМ ВЫСОКОЙ СТЕПЕНЬЮ РИТУАЛЬНОЙ НЕЧИСТОТЫ - то есть
вместе с "первым по нечистоте", получившим ее от "отца
нечистоты", - НЕСМОТРЯ НА ТО, ЧТО ПРИ ЭТОМ НЕЧИСТОТУ УВЕЛИЧИВАЮТ:
"третий по нечистоте", соприкоснувшись с первым по нечистоте ,
становится "вторым по нечистоте".  Когены  считали, что,
поскольку мясо жертвенного животного все равно осквернилось и, став негодным,
должно быть сожжено, уже не имеет значения, что оно получит более высокую
степень  ритуальной нечистоты.
 Правда, Тора велит беречь  святыни  от
скверны, однако нигде в ней не сказано, что если они уже осквернились, нельзя
прибавлять им  нечистоту.  К тому же  нечистота,  о которой идет
здесь речь, вообще не связана с буквой закона Торы, а представляет собой
дополнительный запрет, наложенный мудрецами.
 Сказано в Торе (Ваикра 11:38): "А
если будет смочено водою зерно и упадет на него [даже] часть мертвого гада  (шереца),
 нечистым станет оно для вас". Раз сказано "станет ОНО",
мудрецы Торы заключают, что по букве закона Торы только "оно"
нечисто, однако не в состоянии сделать нечистым другой съестной продукт. Все
же, как упоминалось выше, они постановили, что нечистая в ритуальном отношении
пища делает ритуально нечистой любую еду, с которой она соприкоснулась. И
все-таки в случае, когда нечистый продукт все равно должен быть уничтожен,
мудрецы уже не придают значения увеличению степени его нечистоты.
 К тому, что сообщил раби Ханина,
заместитель первосвященника, ДОБАВИЛ РАБИ АКИВА, СКАЗАВ: НИКОГДА КОГЕНЫ НЕ КОЛЕБАЛИСЬ
ЗАЖЕЧЬ МАСЛО, ОСКВЕРНЕННОЕ ЧЕЛОВЕКОМ В СОСТОЯНИИ ОДНОДНЕВНОЙ ритуальной
НЕЧИСТОТЫ.
 "Однодневная нечистота" - это
низкая степень  ритуальной нечистоты.  Чтобы освободиться от нее, человек
должен только окунуться в  миквэ  еще днем и дождаться захода солнца,
который возвращает ему ритуальную чистоту. В нашей мишне речь идет о человеке,
который уже окунулся в  миквэ  и до заката солнца имеет статус
"второго по нечистоте". Дотронувшись до масла, являющегося  трумой,
 он делает его "третьим по нечистоте".
 Ритуально нечистое масло -  трума  разрешено
для использования, и потому, согласно раби Акиве, когены без всяких колебаний
всегда зажигали такое масло В СВЕТИЛЬНИКЕ, ОСКВЕРНЕННОМ человеком,
ПРИКОСНУВШИМСЯ К ТРУПУ - то есть находящимся в состоянии высшей степени  ритуальной
нечистоты.
 Гемара разъясняет, что речь здесь идет
именно о МЕТАЛЛИЧЕСКОМ светильнике, то есть о металлической масляной лампе.  Галаха
 говорит, что металлический предмет, соприкоснувшийся с трупом, становится
равным ему по степени  ритуальной нечистоты,  то есть "отцом отцов
нечистоты". Если же до него дотронулся человек, оскверненный трупной
нечистотой, то, все равно, металлический предмет точно так же приобретает ту же
самую степень  ритуальной нечистоты:  он становится "отцом
нечистоты".
 Об этой особенности металлических
предметов в отношении трупной нечистоты в Торе сказано так (Бемидбар 19:16):
"И всякий, кто прикоснется в открытом поле к трупу [человека], убитого
мечом... будет нечист семь дней". Согласно Устной Торе, это - намек на то,
что и меч, которым убили человека, становится таким же источником трупной
нечистоты, как само мертвое тело. Значит, светильник, о котором говорит раби
Акива, - "отец нечистоты" и делает налитое в него масло "первым
по нечистоте".
 И все-таки  когены  не придавали
этому значения, НЕСМОТРЯ НА ТО, ЧТО ПРИ ЭТОМ НЕЧИСТОТУ УВЕЛИЧИВАЮТ: масло,
которое было лишь "третьим по нечистоте", теперь становилось
"первым по нечистоте".
 Что же именно прибавил раби Акива к
словам раби Ханины, заместителя первосвященника?
 Раби Ханина засвидетельствовал, что мясо
жертвенных животных, находящееся в состоянии "третий по нечистоте",
сознательно делают "вторым по нечистоте", то есть прибавляют ему еще
одну степень нечистоты. А раби Акива сказал, что масло, имеющее статус "третий
по нечистоте", делают даже "первым по нечистоте" - раз уж оно
все равно осквернено, не боятся собственноручно прибавить ему целых ДВЕ степени
нечистоты.

 Мишна седьмая

 СКАЗАЛ РАБИ МЕИР: ИЗ ИХ СЛОВ МЫ ВЫВЕЛИ,
ЧТО НА ПЕСАХ СЖИГАЮТ ЧИСТУЮ ТРУМУ ВМЕСТЕ С НЕЧИСТОЙ. СКАЗАЛ ЕМУ РАБИ ЙОСЕЙ:
ПОДХОД твой НЕВЕРЕН. И СОГЛАСНЫ РАБИ ЭЛИЭЗЕР С РАБИ ЙЕГОШУА В ТОМ, ЧТО ЭТУ
СЖИГАЮТ ОТДЕЛЬНО, А ЭТУ - ОТДЕЛЬНО. В ЧЕМ ЖЕ ОНИ НЕ СОГЛАСНЫ? ПО ПОВОДУ
СОМНИТЕЛЬНОЙ трумы И НЕЧИСТОЙ. ПОТОМУ ЧТО РАБИ ЭЛИЭЗЕР ГОВОРИТ: ПУСТЬ ЭТА
СГОРИТ САМА ПО СЕБЕ, А ЭТА - САМА ПО СЕБЕ, А РАБИ ЙЕГОШУА ГОВОРИТ: ОБЕ СРАЗУ.


Объяснение мишны седьмой

 СКАЗАЛ РАБИ МЕИР: ИЗ ИХ СЛОВ - то есть
из слов раби Ханины, заместителя первосвященника, и раби Акивы, что  когены  никогда
не колебались прибавить степень нечистоты тому, что и так уже стало нечистым, -
МЫ ВЫВЕЛИ, ЧТО НА ПЕСАХ - то есть, в канун  Песаха,  совершая  биур-хамец,
 СЖИГАЮТ ЧИСТУЮ ТРУМУ ВМЕСТЕ С НЕЧИСТОЙ. Несмотря на то, что в этот день
ритуально чистую  труму-хамец  нельзя есть в шестом часу дня лишь по
постановлению мудрецов, сжигать ее, тем не менее, можно вместе с ритуально
нечистой  трумой,  хотя она при этом оскверняется. Раби Меир считает это
дозволенным точно так же, как и увеличение степени  нечистоты  уже
оскверненного (о чем говорят раби Ханина, заместитель первосвященника, и раби
Акива).
 СКАЗАЛ ЕМУ РАБИ ЙОСЕЙ: ПОДХОД твой
НЕВЕРЕН. Сама основа твоего рассуждения неверна: если раби Ханина, заместитель
первосвященника, и раби Акива разрешают увеличивать степень нечистоты продукта,
который уже осквернен, то из этого вовсе не следует, что позволительно ЧИСТУЮ  труму
 сжигать вместе с нечистой, собственными руками оскверняя ее.
 Гемара разъясняет, что и раби Меир, и
раби Йосей считают, что мясо, имеющее низкую степень  ритуальной нечистоты,  осквернено
жидкостью, в свою очередь, получившей ее от сосуда, которого коснулся  шерец.
 Раби Меир считает, что питье передает  ритуальную нечистоту  чему-то
другому, даже еде, только по постановлению мудрецов. Значит, мясо, о котором
сказал раби Ханина, по букве закона Торы, совершенно чисто. Следовательно, раз  когены,
 не колеблясь, сжигали такое мясо вместе с другим, нечистым уже по закону
Торы, вполне позволительно в шестом часу 14 нисана, когда  труму-хамец  нельзя
есть тоже только по постановлению мудрецов, сжигать ее вместе с  трумой,  нечистой
согласно букве закона Торы.
 Однако раби Йосей полагает, что
способность напитка передавать свою нечистоту - это буква закона Торы, и
поэтому отвечает раби Меиру: ПОДХОД ТВОЙ НЕВЕРЕН. Мясо, о котором сказал раби
Ханина, с самого начала было нечисто согласно букве закона Торы, а вот  трума,
 о которой ты говоришь, с точки зрения Торы, совершенно чиста, и лишь есть
ее нельзя по постановлению мудрецов.
 ОДНАКО  ГАЛАХА  РЕШАЕТ, ЧТО
СПОСОБНОСТЬ НАПИТКА ОСКВЕРНЯТЬ В ДЕЙСТВИТЕЛЬНОСТИ НЕ БУКВА ЗАКОНА ТОРЫ, А
ПОСТАНОВЛЕНИЕ МУДРЕЦОВ; ОДНАКО В ОБСУЖДАЕМОМ СЛУЧАЕ  ГАЛАХА  СООТВЕТСТВУЕТ
МНЕНИЮ РАБИ ЙОСЕЙ: НАКАНУНЕ
 ПЕСАХА ЧИСТУЮ  ТРУМУ  НЕ СЖИГАЮТ
ВМЕСТЕ С НЕЧИСТОЙ.
 И СОГЛАСНЫ РАБИ ЭЛИЭЗЕР С РАБИ ЙЕГОШУА.
 Это - продолжение слов раби Йосей: он
добавляет, что, несмотря на разногласия в вопросе о сомнительной и нечистой  труме
(о  чем будет сказано ниже), раби Элиэзер и раби Йегошуа согласны В ТОМ, ЧТО
ЭТУ - то есть чистую  труму
  -  СЖИГАЮТ ОТДЕЛЬНО, А ЭТУ - то есть нечистую  труму
  -  СЖИГАЮТ ОТДЕЛЬНО, когда совершают  биур-хамец.
 Спрашивается, В ЧЕМ ЖЕ ОНИ НЕ СОГЛАСНЫ?
 Оказывается, что они занимают различные
позиции ПО ПОВОДУ СОМНИТЕЛЬНОЙ трумы, о чистоте или  нечистоте  которой
точно не известно, И также относительно  трумы,  достоверно НЕЧИСТОЙ:
можно ли ИХ сжигать вместе?
 ПОТОМУ ЧТО РАБИ ЭЛИЭЗЕР ГОВОРИТ: ПУСТЬ
ЭТА - чистая  трума -  СГОРИТ САМА ПО СЕБЕ, А ЭТА - нечистая  трума -  САМА
ПО СЕБЕ, так как  Галаха  предписывает охранять от достоверного
осквернения даже ту  труму,  чистота которой под сомнением (см. тр. Мишны
"Трумот" 8:8).
 А РАБИ ЙЕГОШУА ГОВОРИТ: ОБЕ СРАЗУ. Можно
сжигать вместе сомнительную и достоверно нечистую  труму:  раз уже есть
вероятность того, что  трума  осквернена, мы не обязаны охранять ее от
достоверной нечистоты.




 Глава вторая





 Мишна первая

 ВСЕ ВРЕМЯ, ПОКА РАЗРЕШЕНО ЕСТЬ хамец,
КОРМЯТ им домашних ЖИВОТНЫХ, ЗВЕРЕЙ И ПТИЦ, И ПРОДАЮТ ЕГО НЕЕВРЕЮ, И МОЖНО
ИЗВЛЕКАТЬ ИЗ НЕГО любую ПОЛЬЗУ. ПРОШЛО ЕГО ВРЕМЯ - НЕЛЬЗЯ ИЗВЛЕКАТЬ ИЗ НЕГО
какую бы то ни было ПОЛЬЗУ, И никто НЕ ЗАТОПИТ ИМ НИ ПЕЧЬ, НИ ПЛИТУ. РАБИ ЙЕГУДА
ГОВОРИТ: НЕТ ДРУГОГО СПОСОБА УНИЧТОЖИТЬ ХАМЕЦ, КРОМЕ СОЖЖЕНИЯ. А МУДРЕЦЫ
ГОВОРЯТ: ТАКЖЕ КРОШАТ его И РАЗВЕИВАЮТ ПО ВЕТРУ ИЛИ БРОСАЮТ В МОРЕ.


Объяснение мишны первой

 Эта мишна разъясняет, до каких пор в
канун  Песаха  можно использовать  хамец, а  также каким способом его
уничтожают.
 ВСЕ ВРЕМЯ, ПОКА 14 нисана РАЗРЕШЕНО ЕСТЬ
хамец, КОРМЯТ им домашних ЖИВОТНЫХ, ЗВЕРЕЙ И ПТИЦ.
 Гемара разъясняет, что наша мишна
выражает точку зрения рабана Гамлиэля, считающего, что "хамец-ХУЛИН ЕДЯТ
ВЕСЬ ЧЕТВЕРТЫЙ час, А ТРУМУ - ВЕСЬ ПЯТЫЙ", и сообщает, что все время, пока
 КОГЕНУ  разрешено есть  хамец-ТРУМУ -  то есть, весь пятый час, - ПРОСТО
ЕВРЕИ (не когены и не левиты) кормят  хамецем-хулин  своих домашних
животных.
 Иными словами: несмотря на то, что
просто евреям уже нельзя есть  хамец,  они пока еще имеют право извлекать
из него любую пользу. Причем мишна говорит, что  хамец  можно скармливать
скоту - хотя, как правило, скот не доедает корм до конца и есть вероятность,
что хозяин забудет уничтожить эти остатки.
 Кроме того,  хамецем  можно кормить
домашних животных, а они обычно прячут остатки своей пищи, так что недоеденный
ими  хамец  хозяин может не заметить и не уничтожить его. Что же касается
птиц, то  танай  нашей мишны, упомянув скот и зверей, назвал их просто по
инерции (Псахим 21 а).
 И ПРОДАЮТ ЕГО НЕЕВРЕЮ - все время, пока
можно извлекать из  хамеца  пользу, разрешено продавать его нееврею даже в
том случае, если известно, что тот будет есть его в  Песах.
 Гемара разъясняет, что это сказано в
качестве противопоставления точке зрения мудрецов школы Шамая. Они говорят, что
"продать свой хамец нееврею можно только тогда, когда [точно] известно,
что тот израсходует его до конца [еще] перед Песахом". Дело в том, что,
согласно школе Шамая, исполнение заповеди  биур-хамец  подразумевает
полное уничтожение  хамеца  перед  Песахом,  и наша мишна призвана
сообщить, что  галаха  не соответствует этому мнению.
 И МОЖНО ИЗВЛЕКАТЬ ИЗ НЕГО любую ПОЛЬЗУ.
Гемара уточняет, что если еще до наступления времени, с которого  хамец  становится
запретным, его обожгут в огне так, что он совершенно потеряет свой вид и вкус
(Раши), то даже после того, как наступит время его запрета, его все еще можно
будет использовать.
 ПРОШЛО ЕГО ВРЕМЯ - то есть время, когда  хамец
 можно употреблять в пищу, или, иными словами, наступил шестой час - НЕЛЬЗЯ
ИЗВЛЕКАТЬ ИЗ НЕГО какую бы то ни было ПОЛЬЗУ. Несмотря на то, что по букве
закона Торы  хамец  становится запретным для какого бы то ни было
употребления только с наступлением седьмого часа (то есть с полудня), мудрецы
наложили дополнительный запрет, чтобы отдалить человека от вероятности
преступить закон Торы, и запретили какое бы то ни было использование  хамеца  еще
с начала шестого часа.
 Чтобы проиллюстрировать, что запрет
мудрецов имеет такую же силу, как запрет Торы, Гемара приводит такой пример:
если кто-либо в шестом часу использовал  хамец  для совершения  кидушин,
 то это не имеет абсолютно никакого значения и нет ни малейшего сомнения в
том, что женщина осталась необрученной (см. Псахим 21б).
 И никто НЕ ЗАТОПИТ ИМ - то есть  хамецем
-  НИ ПЕЧЬ, НИ ПЛИТУ. Причем даже раби Йегуда, вообще-то считающий, что
"нет другого способа уничтожить хамец, кроме сожжения" (как сказано
ниже), согласен, что в это время уже нельзя даже топить  хамецем  печь или
плиту, несмотря на то, что тем самым, как будто бы, исполняют заповедь  биур-хамеи.
 Итак, РАБИ ЙЕГУДА ГОВОРИТ: НЕТ ДРУГОГО
СПОСОБА УНИЧТОЖИТЬ ХАМЕЦ, КРОМЕ СОЖЖЕНИЯ. Основанием для его точки зрения
является аналогия между  хамецем  и  котором:  как запрещено
оставлять части жертвоприношений после истечения определенного времени, а если
они остались, их надлежит сжечь, так и  хамец  запрещено оставлять после
истечения определенного времени, а если он все же остался, его надлежит сжечь
(вывод  барайты  в Псахим 28а).
 А МУДРЕЦЫ ГОВОРЯТ: ТАКЖЕ КРОШАТ его, то
есть  хамец,  на мелкие крошки И РАЗВЕИВАЮТ их ПО ВЕТРУ ИЛИ БРОСАЮТ В
МОРЕ.
 Гемара приводит различные точки зрения  амораев
 на то, как следует понимать слова мудрецов. По мнению Раба, слова
"также крошат [его]" означают, что независимо от того, развеивают ли  хамец
 по ветру или бросают его в море, предварительно его следует искрошить.
Однако рав Йосеф делит высказывание мудрецов на две части и объясняет, что если
 хамец  "развеивают по ветру", только в этом случае его
необходимо раскрошить, - бросить в море его можно и нераскрошенным. (Впрочем,
их разногласие относится только в тому случаю, когда  хамец  выбрасывают в
любой водоем, кроме Мертвого моря. Если же  хамец  бросают именно в
Мертвое море, то все сходятся во мнении, что тогда можно его не крошить.)
 Мудрецы, возражая раби Йегуде, опираются
на следующие слова Торы (Шмот, 29:34): "СОЖГИ ОСТАТОК В ОГНЕ". Они
рассуждают так: почему сказано "ОСТАТОК", ведь можно было бы сказать
"сожги ЕГО в огне"? Но отсюда видно, что Тора подчеркивает: из всех
видов пищи, которые запрещены и должны быть уничтожены, только сожжению подлежит
именно  нотар.  Следовательно,  биур-хамец  можно совершать любым
способом (Псахим 24а; см. также 28а, Тосафот, нач. "Амру ло").
 Мы объяснили суть разногласий между раби
Йегудой и мудрецами в свете вывода, к которому приходит  барайта,  цитируемая
в Гемаре. Однако Бартанура берет за основу своего объяснения точки зрения раби
Йегуды иную аналогию между  нотаром  и  хамецем  (о которой также
говорит  барайта):  "Нотар запрещен в пищу и для использования, а за
нарушение запрета о нем грозит карет, и также хамец запрещен в пищу и для
использования, а за нарушение запрета о нем грозит карет; следовательно, как  нотар
 подлежит сожжению, так и хамец подлежит сожжению". Однако мудрецы
возражают раби Йегуде: "Закон о быке, приговоренном убиению камнем,
доказывает, что это не так: сало этого быка запрещено в пищу и для
использования, а за нарушение запрета о нем грозит карет, однако оно не
подлежит сожжению" (см. "Тосфот р.Акивы Эйгера" и "Тифэрет
Исраэль").

 Мишна вторая

 ХАМЕЦ НЕЕВРЕЯ, ОСТАВШИЙСЯ ПОСЛЕ ПЕСАХА,
РАЗРЕШЕН ДЛЯ ИСПОЛЬЗОВАНИЯ, А хамец ЕВРЕЯ - ЗАПРЕЩЕН ДЛЯ ИСПОЛЬЗОВАНИЯ, ТАК КАК
СКАЗАНО (Шмот 13:7): "И ПУСТЬ НИКТО даже НЕ СМОЖЕТ УВИДЕТЬ ЗАКВАСКИ".


Объяснение мишны второй

 Эта мишна говорит о  хамеце,  который
остался после  Песаха.
 ХАМЕЦ НЕЕВРЕЯ, ОСТАВШИЙСЯ ПОСЛЕ ПЕСАХА,
РАЗРЕШЕН ДЛЯ ИСПОЛЬЗОВАНИЯ - евреям из него можно извлекать любую пользу, в том
числе употреблять его в пищу. Только из-за того, что затем сказано о  хамеце  еврея
- "запрещен для использования", наш  танай  ради единства стиля
изложения употребляет здесь выражение "разрешен для использования". А
Талмуд Йерушалми говорит, что он не сказал о нееврейском  хамеце  просто
"разрешен для еды" потому, что некоторые евреи вообще не едят
нееврейского хлеба.
 А хамец ЕВРЕЯ, который прошел через  Песах,
 ЗАПРЕЩЕН ДЛЯ какого бы то ни было ИСПОЛЬЗОВАНИЯ, ТАК КАК СКАЗАНО в Торе
(Шмот 13:7): "И ПУСТЬ НИКТО [ДАЖЕ] НЕ СМОЖЕТ УВИДЕТЬ ЗАКВАСКИ во всех
пределах твоих". Гемара объясняет, что мудрецы наказали еврея,
преступившего этот запрет Торы и оставившего на  Песах  у себя свой  хамец,
 следующим образом: даже после того, как  Песах  закончился, этот  хамец
 запрещен для какого бы то ни было использования.
 Таков смысл этой мишны в свете вывода
Гемары. Однако Бартанура приводит еще один вариант объяснения (согласно другой
точке зрения, приводимой в Гемаре): цитата, которой заканчивается наша мишна,
относится к ее НАЧАЛУ. То есть мишна сообщает, что ХАМЕЦ НЕЕВРЕЯ, ОСТАВШИЙСЯ
ПОСЛЕ ПЕСАХА, РАЗРЕШЕН ДЛЯ ИСПОЛЬЗОВАНИЯ потому, что сказано в Торе: "И
ПУСТЬ НИКТО даже НЕ СМОЖЕТ УВИДЕТЬ ЗАКВАСКИ во всех пределах твоих" - СВОЙ
 хамец  ты не имеешь права видеть в своем владении, однако ты можешь там
видеть ЧУЖОЙ  хамец  (Псахим 29а; см. также "Тосфот р.Акивы Эйгера).

 Мишна третья

 Если НЕЕВРЕЙ ДАЛ ЕВРЕЮ ВЗАЙМЫ ПОД ЗАЛОГ
ЕГО ХАМЕЦА, этот хамец ПОСЛЕ ПЕСАХА РАЗРЕШЕН ДЛЯ ИСПОЛЬЗОВАНИЯ. А если ЕВРЕЙ
ДАЛ ВЗАЙМЫ НЕЕВРЕЮ ПОД ЗАЛОГ ЕГО ХАМЕЦА, этот хамец ПОСЛЕ ПЕСАХА ЗАПРЕЩЕН ДЛЯ
ИСПОЛЬЗОВАНИЯ. ХАМЕЦ, ОКАЗАВШИЙСЯ ПОД ОБВАЛОМ, - ВСЕ РАВНО, КАК УНИЧТОЖЕННЫЙ.
РАБАН ШИМОН БЕН ГАМЛИЭЛЬ ГОВОРИТ: ЛЮБОЙ хамец, КОТОРЫЙ СОБАКА НЕ МОЖЕТ НАЙТИ.


Объяснение мишны третьей

 Если НЕЕВРЕЙ ДАЛ ЕВРЕЮ денег ВЗАЙМЫ
перед праздником  Песах  ПОД ЗАЛОГ ЕГО ХАМЕЦА. Иначе говоря, еврей передал
свой  хамец  нееврею, сказав ему: "Если я не верну тебе долг до
такого-то дня, то этот хамец станет твоим С СЕГОДНЯШНЕГО ДНЯ". И мишна
сообщает нам, что в таком случае этот хамец ПОСЛЕ ПЕСАХА РАЗРЕШЕН евреям ДЛЯ
ИСПОЛЬЗОВАНИЯ, если еврей-должник не заплатил вовремя.  Хамец  стал
принадлежать нееврею с того самого момента, когда был передан ему евреем в
качестве залога, а, как мы знаем из предыдущей мишны, нееврейский  хамец,  оставшийся
после  Песаха,  разрешен евреям для любого использования и даже для
употребления в пищу.
 Некоторые из комментаторов считают, что
речь идет именно о случае, когда срок уплаты долга - раньше наступления
праздника  Песах  (Рамбам, Законы о хамеце и маце 4:5). Другие же говорят,
что даже тогда, когда срок платежа наступает только после окончания праздника,
если еврей не возвратил долг,  хамец  становится нееврейским с самого
момента получения ссуды - то есть еще до  Песаха -  и, следовательно,
разрешенным евреям для употребления (Раавад).
 А если, наоборот, ЕВРЕЙ ДАЛ денег ВЗАЙМЫ
НЕЕВРЕЮ перед  Песахом  ПОД ЗАЛОГ ЕГО ХАМЕЦА. То есть, нееврей передал
еврею принадлежащий ему  хамец  и условился: "Если я не верну мой
долг вовремя, этот залог станет твоим С СЕГОДНЯШНЕГО ДНЯ". Если,
действительно, должник-нееврей не возвратил ссуды в срок, этот хамец ПОСЛЕ
ПЕСАХА ЗАПРЕЩЕН евреям ДЛЯ ИСПОЛЬЗОВАНИЯ, так как стал принадлежащим еврею с
того самого момента, когда он получил его из рук нееврея, то есть еще до наступления
 Песаха,  и тем самым стал еврейским  хамецем,  прошедшим через  Песах.
 ХАМЕЦ, ОКАЗАВШИЙСЯ ПОД ОБВАЛОМ до  Песаха,
-  ВСЕ РАВНО, КАК УНИЧТОЖЕННЫЙ, и не нужно разбирать развалины, чтобы
извлечь его и уничтожить. Тем не менее, необходимо мысленно отречься от него
(Гемара) - вдруг случится, что в  хол-гамоэд  обвал разберут и окажется,
что запрет Торы иметь во своем владении  хамец  во время праздника  Песах
 нарушен (Раши).
 РАБАН ШИМОН БЕН ГАМЛИЭЛЬ ГОВОРИТ: ЛЮБОЙ
хамец, находящийся под обвалом, КОТОРЫЙ СОБАКА НЕ МОЖЕТ НАЙТИ, считается как бы
не существующим.
 Гемара уточняет, что это относится
только к случаю, когда  хамец  похоронен под обломками слоем не меньше
трех  ладоней.  Однако же если он тоньше, то необходимо вытащить  хамец  и
уничтожить - в противном случае есть опасение, что собака может учуять его и
раскопать завал.
 Как пишет Рамбам, рабан Шимон бен Гамлиэль
не возражает  первому тачаю,  но разъясняет  галаху  о  хамеце,  оказавшемся
под развалинами.

 Мишна четвертая

 Если КТО-ТО ЕСТ В ПЕСАХ ХАМЕЦ-ТРУМУ
НЕЧАЯННО - ОПЛАЧИВАЕТ ОСНОВНУЮ СТОИМОСТЬ И прибавляет ХОМЕШ, ПРЕДНАМЕРЕННО - СВОБОДЕН
ОТ УПЛАТЫ И даже ОТ уплаты СТОИМОСТИ ДРОВ.


Объяснение мишны четвертой

 Мишна (Трумот 6:1) учит: "Тот, кто
ест труму нечаянно, оплачивает основную стоимость и прибавляет хомеш",
причем в качестве платы отдает не деньги, а плоды, от которых предварительно
отделяет  труму  и  маасеры. С  этого момента эти плоды -  хулин  становятся
 трумой,  так как в Торе сказано об этом случае так (Ваикра 22:14):
"И отдаст когену святыню" - то есть то, что достойно стать  святыней.
 Данная мишна обсуждает вопрос, должен ли платить тот, кто, вообще не имея
права есть  труму,  ест  хамец-труму  во время  Песаха.
 Если КТО-ТО, не имеющий права есть  труму,
 ЕСТ В ПЕСАХ ХАМЕЦ-ТРУМУ. Например,  труму,  которую отделил во время  Песаха
 от  мацы,  но закисшую и превратившуюся в  хамец,  или же  труму,
 которую отделил от  хамеца  еще до наступления праздника. НЕЧАЯННО - то
есть непреднамеренно, не зная, что это  трума  (хотя и понимая, что это  хамец).
 Согласно закону Торы о постороннем, нечаянно съевшем  труму,  он
ОПЛАЧИВАЕТ ОСНОВНУЮ СТОИМОСТЬ съеденной  трумы  И прибавляет ХОМЕШ.
Несмотря на то, что  хамец  во время праздника  Песах  запрещен для
использования и потому не стоит ничего, преступивший запрет есть  труму  все
же обязан платить, так как он отдает не деньги, а плоды, стоимость которых
равна стоимости  трумы,  которую он съел (как было сказано в предисловии к
объяснению этой мишны).
 Однако тот, кто в  Песах  съел  труму-хамец
 ПРЕДНАМЕРЕННО, то есть сознавая, что это  трума  (но забыв, что это  хамец),
-  СВОБОДЕН ОТ УПЛАТЫ. Вообще-то его статус равен статусу грабителя, который
обязан возместить стоимость награбленного имущества, но не должен к ней
прибавлять  хомеш -  поэтому и еврей, съевший  труму  преднамеренно,
не должен платить  хомеш.  Но в данном случае он не оплачивает и основную
стоимость тоже, по-скольку она отсутствует: как сказано выше, во время  Песаха
хамец  не имеет никакой ценности.
 И он свободен даже ОТ уплаты СТОИМОСТИ
ДРОВ - то есть не платит те деньги, которые составили бы стоимость съеденного  хамеца-трумы
 в том случае, если бы его использовали только вместо дров для топки печи.
 Некоторые комментаторы разъясняют, что
речь в этой мишне идет о ритуально нечистой  труме.  Дело в том, что
ритуально чистую  труму  Тора разрешает использовать только для еды, питья
и умащений, но топить ею печку запрещено. Однако нечистую  труму коген  имеет
право сжечь, чтобы на этом огне приготовить себе пищу ("Тосфот Йомтов). И
вот наша мишна сообщает, что съевший  труму-хамец  в  Песах  не
оплачивает ее стоимость даже в качестве дров для растопки печи (Раши,
Бартанура). Причина в том, что, поскольку  трума-хамец  в  Песах  не
годится даже для этого,  коген,  лишившись ее, не потерял ничего.

 Мишна пятая

 ВОТ ВИДЫ ЗЛАКОВ, из которых приготовлена
маца, СЪЕВ КОТОРУЮ, ЧЕЛОВЕК ИСПОЛНЯЕТ В ПЕСАХ СВОЙ ДОЛГ: ПШЕНИЦА, ЯЧМЕНЬ,
ПОЛБА, РОЖЬ И ОВЕС. ПРИЧЕМ ИСПОЛНЯЮТ СВОЙ ДОЛГ, СЪЕВ мацу ДМАЙ, ИЛИ ПЕРВЫЙ
МААСЕР, ОТ КОТОРОГО ОТДЕЛЕНА ЕГО ТРУМА, ИЛИ ВЫКУПЛЕННЫЕ ВТОРОЙ МААСЕР И
ПОСВЯЩЕНИЕ, А КОГЕНЫ - ХАЛУ ИЛИ ТРУМУ. НО НЕ ТЕВЕЛЬ, И НЕ ПЕРВЫЙ МААСЕР, ОТ
КОТОРОГО еще НЕ ОТДЕЛЕНА ЕГО ТРУМА, И НЕ НЕВЫКУПЛЕННЫЕ ВТОРОЙ МААСЕР И
ПОСВЯЩЕНИЕ. Если ХАЛЫ для жертвоприношения ТОДА И ЛЕПЕШКИ МАЦЫ для
жертвоприношения НАЗИРА ПРИГОТОВИЛ ДЛЯ СЕБЯ - ПОЕВ ИХ, НЕ ИСПОЛНЯЮТ СВОЙ ДОЛГ;
если же ПРИГОТОВИЛ ИХ ДЛЯ ПРОДАЖИ НА РЫНКЕ – ПОЕВ их, исполняют свой долг.


Объяснение мишны пятой

 В Торе сказано (Шмот 12:18): "В
первом месяце, в четырнадцатый день [его], ВЕЧЕРОМ будете есть опресноки".
Из этого следует, что в первую ночь праздника  Песах  каждый еврей обязан
есть  мацу.  Эта мишна учит, какой именно должна быть  маца,  съев
которую он надлежащим образом исполняет заповедь Торы.
 ВОТ ВИДЫ ЗЛАКОВ, из которых приготовлена
маца, СЪЕВ КОТОРУЮ, ЧЕЛОВЕК ИСПОЛНЯЕТ В ПЕСАХ СВОЙ ДОЛГ.
 Заповедь о  маце  предписывает
съесть по крайней мере  казаит  ее в первую ночь праздника  Песах,  причем
для  мацы  пригодны только следующие пять видов злаков: ПШЕНИЦА, ЯЧМЕНЬ,
ПОЛБА - вид пшеницы, РОЖЬ И ОВЕС. Тесто, приготовленное из муки этих злаков,
отличается особенностью закисать. Если же его предохраняют от этого и выпекают
из него хлеб, то он-то и есть та  маца,  поев которую в первую ночь  Песаха,
 еврей исполняет свой долг.
 Гемара указывает, на чем основывается
это положение. В Торе написано (Дварим 16:3): "НЕ ЕШЬ ВМЕСТЕ С КАЖДЫМ ИЗ
НИХ (то есть с каждым из пасхальных жертвоприношений) КВАСНОГО, СЕМЬ ДНЕЙ ЕШЬ
ВМЕСТЕ С НИМИ ОПРЕСНОКИ". Следовательно,  маца  для исполнения этой
заповеди непременно должна быть приготовлена из теста, которое может
закваситься, чтобы, предохраняя его от закваски, можно было бы исполнить это
предписание Торы. Напротив, тесто, приготовленное из муки таких злаков, как рис
или просо, не закисает, а просто портится, и потому  маца,  испеченная из
него, не годится для исполнения заповеди  Песаха  (см. тр. Мишны
"Хала" 1:2).
 ПРИЧЕМ ИСПОЛНЯЮТ СВОЙ ДОЛГ, СЪЕВ мацу
ДМАЙ - то есть приготовленную из зерна, купленного у простых невежественных
земледельцев, которые всегда отделяли  труму  от своего урожая, но нередко
весьма легкомысленно относились к обязанности отделять  маасеры.  Несмотря
на то, что вообще-то мудрецы запретили есть плоды, купленные у таких
земледельцев, прежде, чем от них не будут отделены положенные  маасеры,  в
данном случае они свой запрет смягчили (так как всегда есть вероятность, что
земледелец все же отделил  маасеры).  Поскольку  дмай  можно есть
беднякам (см. тр.Мишны "Дмай" 3:1), ради исполнения заповеди мудрецы
разрешили и  мацу-дмай,  так как, в принципе, любой человек может объявить
все свое имущество бесхозным и стать бедняком.
 ИЛИ ПЕРВЫЙ МААСЕР, ОТ КОТОРОГО ОТДЕЛЕНА
ЕГО ТРУМА, то есть  тру мат-маасер.  Такую  мацу  можно есть  левиту
 в первую ночь  Песаха  даже тогда, когда  большая трума  от зерна
не была отделена. Это возможно, если  левит  пришел на гумно раньше, чем
зерно было обмолочено и возникла обязанность отделить от него  большую труму,
 и уговорил хозяина отдать ему положенный  первый маасер.  В этом
случае  левит  свободен от необходимости отделить  трумат-маасер,  так
как в Торе написано (Бемидбар 18:26): "А левитам скажи следующее: беря от
сынов Израиля десятину, которую дал Я вам от них во владение, будете возносить
из него пожертвование Г-споду - десятину из десятины". Мудрецы уточняют:
именно ДЕСЯТИНУ ИЗ ДЕСЯТИНЫ, то есть  МААСЕР  ОТ  МААСЕРА,  а не  большую
труму  и не  труму  "маасера от маасера". Поэтому такая  маца
 годится для исполнения заповеди.
 ИЛИ ВЫКУПЛЕННЫЕ ВТОРОЙ МААСЕР И
ПОСВЯЩЕНИЕ.  Второй маасер,  отделенный от урожая, можно выкупить за
деньги и доставить их в Иерусалим, а сами плоды теперь можно есть где угодно.
Точно так же то, что посвящено Всевышнему, можно выкупить за деньги, которые в
результате становятся святыней, а посвящение превращается в  хулин.  Однако
тот, кто выкупает свой  второй маасер  или свое  посвящение,  обязан
прибавить  хомеш  к их стоимости, и наша мишна сообщает, что задержка в
выплате  хомеша  не является препятствием для исполнения заповеди о  маце.
 А именно: тот, кто выкупил  второй маасер  от своего урожая или свое
зерно, посвященное Всевышнему, лишь по их номинальной стоимости, не прибавив к
ней  хомеша,  может есть в первую ночь  Песаха мацу,  приготовленную
из этого зерна. Поскольку выплата  хомеша  не является задержкой, зерно
считается выкупленным и разрешенным для употребления в пищу.
 А КОГЕНЫ исполняют свой долг в первую
ночь  Песаха,  съев ХАЛУ, которую другие евреи отделили от теста,
замешанного для выпечки  мацы,  и отдали  когенам,  а те испекли из
нее  мацу  для себя, ИЛИ ТРУМУ.
 Гемара разъясняет, что этими словами
мишна сообщает нам нечто вовсе не очевидное: несмотря на то, что  маца  из
 халы  или из  трумы  не годится для всех (так как запрещена в пищу
посторонним),  когены  имеют право есть ее для исполнения заповеди.
 Итак, исполняют свой долг, поев в первую
ночь  Песаха  любую  мацу  из тех злаков, что перечислены выше. НО НЕ
ТЕВЕЛЬ - то есть  мацу,  приготовленную из зерна, от которого не отделили
ни  трумы,  ни  маасеров,  и которое потому безусловно запрещено.
Гемара прибавляет, что это относится также к тому, что объявлено  тевелем  мудрецами,
но не является им с точки зрения буквы закона Торы - например, к пшенице,
выросшей в горшке, дно которого не имеет отверстия.
 И НЕ ПЕРВЫЙ МААСЕР, ОТ КОТОРОГО еще НЕ
ОТДЕЛЕНА ЕГО ТРУМА. Гемара разъясняет, что речь не идет о том, что нельзя есть  мацу
 из  первого маасера,  от которого не отделили  трумат-маасер,  это
очевидно, так как он - самый настоящий  тевель.  Нет, мишна имеет в виду  первый
маасер  из зерна, от которого не отделили  БОЛЬШУЮ ТРУМУ.  Такое
возможно, если  левит  пришел на гумно уже после того, как зерно
обмолотили и уложили, и на хозяина вследствие этого легла обязанность отделить  большую
труму.  Однако если  левит  уже забрал свою долю до этого, он в таком
случае обязан отделить от  первого маасера  не только  трумат-маасер,  но
также и  большую труму.  И все время, пока он не отделил  большую труму,
 зерно имеет статус тевеля и запрещено в пищу.
 И НЕ НЕВЫКУПЛЕННЫЕ ВТОРОЙ МААСЕР И
ПОСВЯЩЕНИЕ. Как разъясняет Гемара, подразумеваются такие  второй маасер  и
 посвящение,  которые выкуплены, но не так, как предписывает  Галаха.  Например,
 маасер  выкупили на монету, на которой нет никакого изображения, или  посвящение
 обменяли на участок земли, имеющий такую же стоимость. И в том, и другом
случае выкуп считается недействительным, и потому такие  второй маасер  и  посвящение
 запрещены в пищу.
 Причина, почему во всех последних
случаях, когда зерно запрещено в пищу, не исполняют своего долга в первую ночь  Песаха,
 поев  мацу,  приготовленную из него, заключается в том, что во всех
этих случаях заповедь исполняют, одновременно совершая преступление против
Торы. В Талмуде Йерушалми сказано - Тора говорит: "Вот те заповеди" -
это означает, если их исполнение соответствует Торе, они - заповеди, если нет -
они не заповеди (Гаран).
 Если ХАЛЫ для жертвоприношения ТОДА И
ЛЕПЕШКИ МАЦЫ для жертвоприношения НАЗИРА. Тора говорит (Ваикра 7:12): "И
принесет вместе с этой благодарственной жертвой пресные халы, пропитанные
маслом, и лепешки-опресноки, маслом помазанные, и халы из заварного теста
[приготовленного] из лучшей пшеничной муки, пропитанные маслом". То есть,
совершая жертвоприношение  тода,  вместе с жертвенным животным приносили
три вида  мацы,  по десять хлебов каждого вида: десять хал из пресного
теста, десять плоских тонких лепешек и десять хал из пресного заварного теста
(кроме десяти хал из кислого теста,  хамеца).  И также сказано о  назире
 (Бемидбар 6:14-15): "И принесет он свою жертву Г-споду... и корзину
опресноков из лучшей пшеничной муки - хал, пропитанных маслом, и
лепешек-опресноков, помазанных маслом".
 И мишна сообщает нам, что если еврей
ПРИГОТОВИЛ эти виды  мацы  ДЛЯ СЕБЯ - то есть для того, чтобы самому
совершить эти жертвоприношения, - то, ПОЕВ ИХ в первую пасхальную ночь, НЕ
ИСПОЛНЯЮТ СВОЙ ДОЛГ в отношении заповеди о  маце.
 Дело в том, что в Торе написано (Шмот
12:17): "И берегите опресноки", что означает:  маца,  которую
берегут как  мацу  именно для празднования  Песаха,  пригодна для
исполнения заповеди. Из этого исключается  маца,  входящая в состав
жертвоприношений  тода  и  назира,  потому что ее берегут не как  мацу
 для  Песаха, а  как составную часть жертвоприношения.
 Если же еврей ПРИГОТОВИЛ ИХ ДЛЯ ПРОДАЖИ
НА РЫНКЕ - для продажи тому, кому они нужны для совершения соответствующих
жертвоприношений, - то, ПОЕВ ИХ в надлежащее время, ИСПОЛНЯЮТ СВОЙ ДОЛГ. Потому
что продавец с самого начала бережет их также в качестве  мацы  на  Песах.
 Он думает: "если не будет покупателей, которым нужна  маца  для
жертвоприношений, я оставлю ее себе на  Песах,  чтобы исполнить заповедь о
 маце".
 Как следует из нашего объяснения этой
мишны,  танай,  излагающий ее, не имеет в виду именно ХАЛЫ для
жертвоприношения  ТОДА,  а ЛЕПЕШКИ  МАЦЫ -  только для
жертвоприношения  НАЗИРА.  Он приводит их исключительно в качестве
примеров, подразумевая все виды  мацы,  входящие в эти жертвоприношения.
По той же причине - ради краткости изложения - он вообще не называет еще один
вид  мацы,  входящей в состав жертвоприношения  тода, -  халы из
заварного теста. Он считает само собой разумеющимся, что все сказанное
распространяется и на них.

 Мишна шестая

 А ВОТ ВИДЫ ОВОЩЕЙ, ПОЕВ КОТОРЫЕ, ЧЕЛОВЕК
ИСПОЛНЯЕТ В ПЕСАХ СВОЙ ДОЛГ: ХАЗЕРЕТ, И УЛЬШИН, И ТИМХА, И ХАРХАВИНА, И МАРОР.
ИСПОЛНЯЮТ СВОЙ ДОЛГ, ПОЕВ ИХ КАК СВЕЖИМИ, ТАК И СУХИМИ, ОДНАКО НЕ
МАРИНОВАННЫМИ, И НЕ РАЗВАРЕННЫМИ, И НЕ просто ВАРЕНЫМИ. И все ОНИ СОЕДИНЯЮТСЯ В
КАЗАИТ. ПРИЧЕМ ИСПОЛНЯЮТ СВОЙ ДОЛГ, СЪЕВ И ИХ СТЕБЕЛЬ, И если они ДМАЙ, ИЛИ
ПЕРВЫЙ МААСЕР, ОТ КОТОРОГО ОТДЕЛЕНА ЕГО ТРУМА, ИЛИ ВЫКУПЛЕННЫЕ ПЕРВЫЙ МААСЕР И
ПОСВЯЩЕНИЕ.


Объяснение мишны шестой

 Сказано в Торе (Шмот 12:8): "И
пусть едят мясо в эту же ночь - жареное на огне, и опресноки с горькой зеленью
пусть едят". Отсюда следует, что заповедь предписывает вместе с мясом
жертвы  песах  есть  мацу  и горькие овощи. Впрочем, заповедь есть  мацу
 в первую ночь  Песаха  не зависит от исполнения заповеди о принесении
жертвы  песах,  о ней в Торе сказано отдельно и потому она - совершенно
самостоятельная заповедь. В отличие от этого заповедь есть тогда же горькие
овощи не является самостоятельной, а зависит от заповеди о жертвоприношении  песах.
 Однако по решению мудрецов, даже тогда, когда нет Храма и жертву  песах  принести
невозможно, мы все же обязаны в первую ночь  Песаха  есть горькие овощи.
 В этой мишне говорится о том, какие
именно горькие овощи надо есть, чтобы исполнить свой долг в первую ночь
праздника  Песах.
 А ВОТ ВИДЫ ОВОЩЕЙ, ПОЕВ КОТОРЫЕ, ЧЕЛОВЕК ИСПОЛНЯЕТ В ПЕСАХ СВОЙ ДОЛГ есть горькую зелень:
ХАЗЕРЕТ - то есть салат, И УЛЬШИН - то есть цикорий, И ТИМХА - согласно
Рамбаму, это садовый цикорий, однако другие комментаторы считают, что это хрен
("Тосфот Йомтов"), И ХАРХАВИНА, дикий майоран, или орегано - растение,
молодые листья и корни которого употребляются в пищу, И МАРОР - вид кориандра,
отличающийся чрезвычайно горьким вкусом (Рамбам).
 ИСПОЛНЯЮТ СВОЙ ДОЛГ, ПОЕВ ИХ - любое из
вышеперечисленных растений - КАК СВЕЖИМИ, ТАК И СУХИМИ.
 Как разъясняет Гемара, только стебли
этих растений годятся для исполнения заповеди есть горькую зелень в первую ночь
 Песаха,  если они сухие (как будет сказано в этой мишне ниже). Листья же
их пригодны для этого только тогда, когда они еще свежие.
 ОДНАКО НЕ МАРИНОВАННЫМИ в уксусе, И НЕ
РАЗВАРЕННЫМИ больше обычного, И НЕ просто ВАРЕНЫМИ - так, как обычно варят
овощи.
 И все ОНИ СОЕДИНЯЮТСЯ В КАЗАИТ - то
есть, можно можно взять понемногу от разных растений, перечисленных выше, чтобы
в сумме получился  казаит.  Поскольку все они горькие, съев этот сборный  казаит,
 исполняют тем самым свой долг в первую ночь  Песаха.  (То же самое относится
в пяти видам злаков, перечисленных в предыдущей мишне: все они соединяются,
чтобы образовать  казаит мацы,  пригодной для исполнения заповеди).
 ПРИЧЕМ ИСПОЛНЯЮТ СВОЙ ДОЛГ есть горькую
зелень в первую ночь  Песаха,  СЪЕВ И ИХ СТЕБЕЛЬ - даже сухой (как было
упомянуто выше), И если они ДМАЙ - то есть куплены у простого, невежественного
земледельца, ИЛИ ПЕРВЫЙ МААСЕР, ОТ КОТОРОГО ОТДЕЛЕНА ЕГО ТРУМА - то есть  трумат-маасер,
ИЛИ  ВЫКУПЛЕННЫЕ
 ПЕРВЫЙ МААСЕР И ПОСВЯЩЕНИЕ - как было
разъяснено выше по поводу  мацы.
 Однако, если эти овощи запретны как  тевель
 или другие виды запрещенной пищи, перечисленные в предыдущей мишне, они не
годятся для исполнения заповеди. Несмотря на то, что от овощей  маасер  отделяют
не по букве закона Торы, а по указанию мудрецов, тот, кто ест любые из них, все
равно исполняет заповедь, одновременно нарушая другую (Раши).

 Мишна седьмая

 НЕ ЗАМАЧИВАЮТ ОТРУБИ ДЛЯ КУР, НО
ОШПАРИВАЮТ. ЖЕНЩИНА НЕ ДОЛЖНА ЗАМАЧИВАТЬ ОТРУБИ, ЧТОБЫ ВЗЯТЬ С СОБОЮ В БАНЮ, НО
МОЖЕТ ОБТЕРЕТЬ СВОЕ ТЕЛО СУХИМИ. В ПЕСАХ НЕЛЬЗЯ РАЗЖЕВАТЬ ПШЕНИЧНЫЕ ЗЕРНА И
ПОЛОЖИТЬ НА УШИБ, ТАК КАК ОНИ СКИСАЮТ.


Объяснение мишны седьмой

 Эта мишна говорит о том, что нельзя
делать в  Песах,  если это тесно связано с запретом  хамеца.
 НЕ ЗАМАЧИВАЮТ в  Песах  ОТРУБИ ДЛЯ
КУР, чтобы кормить их, потому что отруби, замоченные в воде, скисают, НО
ОШПАРИВАЮТ отруби кипятком, потому что тогда они уже не становятся  хамецем.
 ЖЕНЩИНА НЕ ДОЛЖНА ЗАМАЧИВАТЬ ОТРУБИ,
ЧТОБЫ ВЗЯТЬ С СОБОЮ В БАНЮ и использовать вместо мыла, так как замоченные
отруби закисают, НО МОЖЕТ ОБТЕРЕТЬ в бане СВОЕ ТЕЛО, даже мокрое, СУХИМИ
отрубями (см. Раши, Бартанура).
 Другие комментаторы говорят, что в  Песах
 отрубями можно обтирать только потное тело, а тело, облитое водой, нельзя
обтирать даже сухими отрубями (Рош).
 В ПЕСАХ НЕЛЬЗЯ РАЗЖЕВАТЬ ПШЕНИЧНЫЕ ЗЕРНА
И ПОЛОЖИТЬ их как компресс НА УШИБ, ТАК КАК ОНИ СКИСАЮТ от пропитавшей их
слюны.

 Мишна восьмая

 HE ДОБАВЛЯЮТ МУКУ В ХАРОСЕТ ИЛИ В ГОРЧИЦУ, А ЕСЛИ
ДОБАВИЛ ЭТО - НАДО СРАЗУ ЖЕ СЪЕСТЬ; А РАБИ МЕИР ЗАПРЕЩАЕТ. НЕ ВАРЯТ ПЕСАХ НИ В
каких НАПИТКАХ, НИ В СОКЕ ПЛОДОВ, ОДНАКО МАЖУТ И ОБМАКИВАЮТ ЕГО В НИХ. ВОДА,
КОТОРОЙ ПОЛЬЗУЕТСЯ ПЕКАРЬ, ДОЛЖНА БЫТЬ ВЫЛИТА, ПОТОМУ ЧТО ОНА ЗАКИСАЕТ.


Объяснение мишны восьмой

 НЕ ДОБАВЛЯЮТ МУКУ В ХАРОСЕТ - смесь
измельченных фруктов, приправленная жидким уксусом, в которую обмакивали мясо
при еде. Как правило, в нее замешивали также муку, однако в  Песах  так
делать нельзя, так как смешиваясь с водой, которой разбавлен уксус, мука
превращается в  хамец.  ИЛИ В ГОРЧИЦУ - так как ее также заправляют
уксусом, разбавленным водой, из-за чего мука закисает.
 А ЕСЛИ все же ДОБАВИЛ ЭТО - приправу
НАДО СРАЗУ ЖЕ СЪЕСТЬ. Как разъясняет Гемара, это относится только к горчице: ее
острота предохраняет муку от немедленного закисания. Однако если муку подмешали
к  харосет,  смесь необходимо сжечь, и как можно скорее: мука в ней очень
быстро превращается в  хамец.
 А РАБИ МЕИР ЗАПРЕЩАЕТ съесть немедленно
и горчицу, если в нее подмешали муку, потому что, как думает раби Меир, в
горчице мука закисает так же быстро, как и в  харосет.  Однако  ГАЛАХА  НЕ
СООТВЕТСТВУЕТ МНЕНИЮ РАБИ МЕИРА.
 НЕ ВАРЯТ ПЕСАХ НИ В каких НАПИТКАХ, НИ В
СОКЕ ПЛОДОВ. Сказано в Торе о жертвоприношении  песах  (Шмот 12:9):
"Не ешьте его недожаренным ИЛИ ВАРЕНЫМ - СВАРЕННЫМ В ВОДЕ". Наша
мишна сообщает, что не только в воде нельзя варить мясо жертвы  песах,  но
также, например, в вине или в масле (которое тоже имеет галахический статус
напитка), или в фруктовом соке. Мудрецы это выводят из того, что в Торе про  песах
 сказано не только "сваренный в воде", но и просто
"ВАРЕНЫЙ" - то есть, в чем угодно.
 ОДНАКО МАЖУТ  песах  во время
жарения и вином, и маслом, и любым фруктовым соком, И ОБМАКИВАЮТ ЕГО В НИХ во
время еды (Раши), не боясь, что заглушат вкус жареного мяса. А Рамбам пишет:
"Однако мажут песах и обмакивают его в них ПОСЛЕ ТОГО, КАК ПОЖАРЯТ".
 ВОДА, КОТОРОЙ ПОЛЬЗУЕТСЯ ПЕКАРЬ во время
работы, чтобы смачивать в ней руки, ДОЛЖНА БЫТЬ ВЫЛИТА вниз по наклонной
поверхности, чтобы нигде не задержалась, ПОТОМУ ЧТО ОНА ЗАКИСАЕТ, так как пекарь
окунал в нее руки, измазанные в тесте.




 Глава третья



 Мишна первая

 ВОТ ЧТО ИСЧЕЗАЕТ В ПЕСАХ: ВАВИЛОНСКИЙ
КУТАХ, И МИДИЙСКОЕ ПИВО, И ЭДОМСКИЙ УКСУС, И ЕГИПЕТСКИЙ ЗИТОМ, И ЗОМАН
КРАСИЛЬЩИКОВ, И АМИЛАН ПОВАРОВ, И КОЛАН ПЕРЕПИСЧИКОВ. РАБИ ЭЛИЭЗЕР ГОВОРИТ:
ЖЕНСКИЕ УКРАШЕНИЯ ТОЖЕ. ВОТ ОБЩЕЕ ПРАВИЛО: ВСЕ, ЧТО приготовлено ИЗ ХЛЕБНЫХ
ЗЛАКОВ, ИСЧЕЗАЕТ В ПЕСАХ. ВСЕ ОНИ ПОД ЗАПРЕТОМ, НО ЗА НИХ НЕ ГРОЗИТ КАРЕТ.


Объяснение мишны первой

 Тот, кто во время  Песаха  сознательно
съест  казаит хамеца,  навлекает на себя  карет -  как сказано (Шмот 12:
5): "Ибо душа всякого, кто будет есть квасное... БУДЕТ ОТТОРГНУТА ОТ
[духовного народа] ИЗРАИЛЯ".
 О ком именно говорит Тора? Мудрецы
объясняют, что речь идет о случае, если кто-то ест  хамец,  видный глазу.
Однако того, кто ест  хамец,  смешанный с другими продуктами (не  хамецем),
каретом  не наказывают. Впрочем, тот, кто съест смесь, содержащую в себе  казаит
хамеца,  за время, необходимое для съедения половины каравая хлеба (согласно
одной точке зрения - объем трех яиц, согласно другой - объем четырех),
преступает запрет "никакого кислого теста не ешьте" и наказывается
бичеванием.
 Эта мишна перечисляет виды продуктов,
содержащих в себе  хамец,  но меньше, чем  казаит,  который можно
съесть за время, необходимое для съедения половины каравая хлеба, а также виды
так называемого "затвердевшего хамеца"  (хамец нукшэ),  то есть  хамеца,
 не пригодного в пищу. Согласно комментариям Гарана и Бартануры, ее цель - сообщить
нам, что хотя тот, у кого в  Песах  есть эти виды  хамеца,  не
нарушает запрет иметь в своем владении  хамец,  все же накануне  Песаха  их
необходимо уничтожить - так постановили мудрецы.
 ВОТ ЧТО ИСЧЕЗАЕТ В ПЕСАХ - то есть, вот
какие виды еды уничтожают перед наступлением праздника  Песах  (Гаран,
Бартанура).
 Некоторые комментаторы объясняют это
выражение, точнее передавая смысл слов подлинника ("оврин" - буквально
"уходят"): вот то, что должно исчезнуть со света перед  Песахом  в
результате исполнения заповеди  биур-хамец  ("Тосфот Йомтов").
 ВАВИЛОНСКИЙ КУТАХ - род соуса для
приправы различных блюд, который делали в Двуречьи, смешивая сыворотку с
хлебными крошками и солью, И МИДИЙСКОЕ ПИВО - сваренное из ячменя, замоченного
в воде, И ЭДОМ-СКИЙ УКСУС - винный уксус, настоенный на ячмене, И ЕГИПЕТСКИЙ
ЗИТОМ - род пива, которое приготовляли в Египте из ячменя, шафрана и соли.
 Эти четыре вида продуктов, условно
называемые Гемарой "четыре страны" (Вавилон, Мидия, Эдом и Египет), -
"настоящий хамец в смеси", так как в состав каждого из них входит
хлебный злак. Только ни в одном из них нет достаточно  хамеца,  чтобы
съесть  казаит  его за время, необходимое для съедения половины каравая
хлеба (как было сказано в предисловии к объяснению этой мишны).
 И ЗОМАН КРАСИЛЬЩИКОВ - вода с отрубями,
используемая красильщиками при работе, И АМИЛАН ПОВАРОВ - хлеб, который повара
пекут из незрелого зерна и накрывают им горшки, чтобы он впитывал накипь, И
КОЛАН ПЕРЕПИСЧИКОВ - мучной клей для склеивания листов бумаги.
 Эти три вида - "три ремесла",
как условно называет их Гемара, представляют собой  хамец нукшэ,  хоть и
не смешанный ни с чем другим.
 РАБИ ЭЛИЭЗЕР - по другой версии РАБИ
ЭЛЬАЗАР - ГОВОРИТ: ЖЕНСКИЕ УКРАШЕНИЯ ТОЖЕ.
 Гемара разъясняет, что на самом деле
раби Элиэзер имеет в виду смесь пшеничной муки со специальными снадобьями,
которую женщины используют для удаления волос на теле. Тем самым раби Элиэзер
добавляет к сказанному  первым тачаем,  что  хамец нукшэ  нельзя
оставлять у себя на  Песах  даже в составе какой-либо смеси и его
необходимо уничтожить до наступления праздника. Однако мудрецы считают, что
смесь, содержащая в себе  хамец нукшэ,  не запрещена и уничтожать ее перед
 Песахом  не нужно.
 ВОТ ОБЩЕЕ ПРАВИЛО: ВСЕ, ЧТО приготовлено
ИЗ ХЛЕБНЫХ ЗЛАКОВ - любой  хамец  из пяти видов хлебных злаков (пшеницы,
ячменя, полбы, ржи и овса), даже находящийся в смеси, - ИСЧЕЗАЕТ В ПЕСАХ со
света. То есть, его нельзя хранить у себя в  Песах  и необходимо
уничтожить раньше. ВСЕ ОНИ - все смеси, перечисленные выше, - ПОД ЗАПРЕТОМ - и
тот, кто ест их, нарушает заповедь "никакого кислого теста не ешьте";
НО ЗА НИХ НЕ ГРОЗИТ КАРЕТ. Лишь тот, кто в  Песах  ест настоящий  хамец,
 видный глазу, наказывается за это  каретом -  но не за смесь,
включающую в себя  хамец,  и не за  хамец нукшэ  (как было сказано в
предисловии к объяснению этой мкшны).
 Некоторые комментаторы считают, что
"общее правило" - это окончание слов  первого таная.  Тогда, с
его точки зрения, даже если в смеси, содержащей настоящий  хамец,  нет  казаита
 его, достаточного, чтобы съесть его за время, необходимое для съедения
половины каравая хлеба, - тот, кто ест только  казаит  этой смеси,
преступает запрет Торы и наказывается бичеванием. Однако ЭТО МНЕНИЕ НЕ
СООТВЕТСТВУЕТ  ГАЛАХЕ.
 Другие же комментаторы полагают, что
"общее правило" - это продолжение слов раби Элиэзера (Тосафот). Тогда
очевидно разногласие между  первым танаем  и раби Элиэзером, и точка
зрения  первого такая,  представляется иначе. Он говорит, что тот, кто ест
перечисленные им виды смесей, вообще не нарушает никакой заповеди Торы, поскольку
при этом за время, необходимое для съедения половины каравая хлеба, невозможно
съесть  казаит хамеца.  То же относится к "затвердевшему
хамецу", даже видимому глазом. Тем не менее, есть его запрещено.
 Такая интерпретация соответствует  барайте,
 которую приводит Гемара: "Сказано в Торе: "Никакого кислого теста
не ешьте" - это включает в запрет и вавилонский кутах, и мидийское пиво, и
эдомский уксус, и египетский зитом. Может быть, за них наказывают каретом? Но
сказано: "Ибо душа каждого, кто будет есть квасное... будет
отторгнута" - за настоящий хамец из хлебного злака наказывают каретом, а
тот, кто ест хамец в смеси, лишь преступает заповедь, - [это] слова раби
Элиэзера. А мудрецы говорят: "За настоящий хамец из хлебного злака
наказывают каретом, но за хамец в смеси вообще не наказывают".
 И пишет Риф: "Несмотря на то, что
мудрецы сказали: "вообще не наказывают", это значит: не наказывают
бичеванием, однако хамец в смеси запрещен. И следует уточнить: в каком именно
случае не наказывают бичеванием - когда в смеси нет казаита хамеца, чтобы его
съесть за время, необходимое для съедения половины каравая хлеба, как в
вавилонском кутахе и ему подобных. Однако если в смеси есть казаит хамеца,
который можно съесть за время, необходимое для съедения половины каравая, мудрецы
тоже считают, что съевшего такую смесь наказывают бичеванием".
 Как уже упоминалось, мы объяснили начало
этой мишны согласно комментариям Гарана и Бартануры. Однако Раши и Рамбам берут
за основу другое значение слова "оврин" (которое мы перевели как "уходят")
- "преступают", и в их интерпретации мишна выглядит так: "ВОТ
ЧТО съев, ПРЕСТУПАЮТ В ПЕСАХ запрет иметь в своем владении хамец". Иначе
говоря, по их мнению, все, что перечисляет мишна, должно быть уничтожено перед  Песахом,
 так как это запрещено согласно букве закона Торы.
 Но рабейну Там не согласен с таким
истолкованием и предлагает свое (см. Псахим 42а, Тосафот), опирающееся на
первоначальное значение слова "оврим" - "уходят": "ВОТ
ЧТО УХОДИТ В ПЕСАХ со стола". То есть, рабейну Там считает, что нет
обязанности уничтожать все эти смеси, в состав которых входит  хамец, -  только
есть их запрещено.

 Мишна вторая

 ТЕСТО В ТРЕЩИНАХ КВАШНИ: ЕСЛИ ЕСТЬ ОДНО
МЕСТО, ГДЕ ОНО ОБРАЗУЕТ КАЗАИТ - его НАДЛЕЖИТ УНИЧТОЖИТЬ, А ЕСЛИ НЕТ - оно КАК
БЫ НЕ СУЩЕСТВУЕТ ИЗ-ЗА СВОЕЙ МАЛОСТИ. И ТАК ЖЕ В ОТНОШЕНИИ РИТУАЛЬНОЙ
НЕЧИСТОТЫ; ЕСЛИ ОНО СУЩЕСТВЕННО ДЛЯ НЕГО - СЛУЖИТ ПРЕГРАДОЙ, А ЕСЛИ ХОЧЕТ,
ЧТОБЫ ОНО ОСТАЛОСЬ - ОНО СЛОВНО сама КВАШНЯ. ГЛУХОЕ ТЕСТО: ЕСЛИ ЕСТЬ ТАКОЕ ЖЕ,
КОТОРОЕ СКИСЛО, - ТО ОНО ЗАПРЕЩЕНО.


Объяснение мишны второй

 ТЕСТО, оставшееся В ТРЕЩИНАХ КВАШНИ - деревянной
посудины, в которой месят и заквашивают тесто: ЕСЛИ ЕСТЬ ОДНО МЕСТО, ГДЕ ОНО
ОБРАЗУЕТ КАЗАИТ - его НАДЛЕЖИТ выковырять из трещин и УНИЧТОЖИТЬ перед  Песахом,
 А ЕСЛИ НЕТ такого места в квашне, где в трещине есть  казаит хамеца, -  оно
КАК БЫ НЕ СУЩЕСТВУЕТ ИЗ-ЗА СВОЕЙ МАЛОСТИ.
 Согласно Гемаре, последнее сказано о
тесте, которое служит ДЛЯ УКРЕПЛЕНИЯ КВАШНИ - скрепляет края трещины или
затыкает собой отверстие в квашне (Рамбам, Гамеири). Поскольку оно нужно для
того, чтобы посудина оставалась целой, само по себе оно не представляет для
хозяина ценности и потому тот не придает ему самостоятельного значения. Однако
же если это тесто не служит для укрепления квашни, то ДАЖЕ МЕНЬШЕ  КАЗАИТА  его
необходимо уничтожить. В этом случае хозяин не считает его не существующим, и
есть опасение, что во время  Песаха  он вдруг решит вытащить его из трещин
(Бартанура).
 По другому объяснению - если в трещинах
квашни много "пол-казаитов", есть вероятность, что хозяин вздумает
соединить их вместе (Гамеири). Тогда получается, что если  казаигп  теста
находится даже в таком месте, где он укрепляет квашню, его все же необходимо
уничтожить до  Песаха.
 И ТАК ЖЕ В ОТНОШЕНИИ РИТУАЛЬНОЙ
НЕЧИСТОТЫ, если  шерец  коснулся этого теста во время  Песаха.  В
случае, когда все оно подлежит уничтожению - а именно, если в нем есть  казаигп,
-  сам этот факт придает ему значимость, и тогда оно образует преграду перед
источником  нечистоты,  и квашня остается чистой. От теста она не
принимает  ритуальную нечистоту  потому, что пища не в состоянии
осквернить посуду. Если же в тесте нет  казаита,  то, поскольку оно не
подлежит уничтожению, оно как бы не существует самостоятельно, являясь частью
квашни, и если  шерец  коснулся его - это все равно, как если бы он
коснулся самой квашни, и она становится ритуально нечистой.
 Впрочем, это относится только ко времени
 Песаха.  В течение всего остального года решающим фактором является не
наличие или отсутствие  казаита  теста, а отношение к нему хозяина: ЕСЛИ
ОНО - то есть тесто в трещинах квашни - СУЩЕСТВЕННО ДЛЯ НЕГО - и он собирается
забрать его, - оно СЛУЖИТ ПРЕГРАДОЙ перед источником  ритуальной нечистоты  даже
в том случае, если в нем нет  казаита.  И если  шерец  касается его,
квашня остается ритуально чистой.
 Точно так же в  Песах:  если в
тесте нет  казаита,  но хозяин считает его важным, оно образует преграду
перед источником  ритуальной нечистоты  (Раши).
 А ЕСЛИ хозяин ХОЧЕТ, ЧТОБЫ ОНО ОСТАЛОСЬ
в трещинах квашни - ОНО СЛОВНО сама КВАШНЯ, и прикоснуться к нему означает
прикоснуться к самому сосуду. Причем это относится также и к случаю, когда
теста гораздо больше, чем  казаит:  если для хозяина оно как таковое не
существует, но как бы часть самой квашни, оно не является преградой перед
источником  ритуальной нечистоты  (Бартанура, Гамеири).
 ТАКОВ СМЫСЛ ЭТОЙ МИШНЫ СОГЛАСНО ГЕМАРЕ.
 ГЛУХОЕ ТЕСТО - так образно называется
тесто, в котором не заметно признаков скисания: оно подобно глухому, к которому
обращаются, а он никак не реагирует на это. Рамбам же считает, что оно
называется "глухонемым" и объясняет почему - если по такому тесту
ударить рукой, оно не издаст никакого звука.
 В другом варианте текста Мишны вместо "хереш"
("глухой") сказано "херес" ("черепок"). То есть,
речь идет о сухом и твердом, как черепок, тесте, в котором не заметно никаких
признаков скисания.
 ЕСЛИ ЕСТЬ ТАКОЕ ЖЕ - другое тесто,
замешанное одновременно с "глухим", КОТОРОЕ уже СКИСЛО, ТО ОНО - первое
тесто - ЗАПРЕЩЕНО в  Песах  как  хамец.
 Для случая же, когда нет другого теста,
чтобы сравнить с первым, Гемара дает критерий времени для определения
пригодности первого теста. А именно: если с момента, когда его перестали
месить, прошло время, необходимое человеку для того, чтобы средним шагом пройти
 миль  (2000  локтей),  тесто запрещено в  Песах.  Рамбам
определяет, что это время - 2/5 часа, или, по нашим часам, 24 минуты.

 Мишна третья

 КАК ОТДЕЛЯЮТ РИТУАЛЬНО НЕЧИСТУЮ ХАЛУ В
ПРАЗДНИК? РАБИ ЭЛИЭЗЕР ГОВОРИТ: ПУСТЬ НЕ ДАЕТ ЕЙ ИМЯ, ПОКА ОНА НЕ ИСПЕЧЕТСЯ.
РАБИ ЙЕГУДА БЕН БТЕЙРА ГОВОРИТ: ПУСТЬ ПОЛОЖИТ В ХОЛОДНУЮ воду. СКАЗАЛ РАБИ ЙЕГОШУА:
НЕ ТОТ ЭТО ХАМЕЦ, КОТОРЫЙ нам ЗАПРЕЩАЕТСЯ ИМЕТЬ В СВОЕМ ВЛАДЕНИИ; ПРОСТО
ОТДЕЛЯЕТ ЕЕ И ОСТАВЛЯЕТ ДО ВЕЧЕРА - А ЕСЛИ СКИСЛА, ТАК СКИСЛА.


Объяснение мишны третьей

 Эта мишна обсуждает вопрос, как отделяют
 халу  от теста, ставшего ритуально нечистым в праздничный день  Песаха  Чтобы
понять, в чем состоит суть проблемы, необходимо объяснить, какова специфика
отделения  халы в Песах.
 Если тесто ритуально чисто, то
отделенную от него  халу  необходимо немедленно испечь, так как если ее
оставить сырой, она скиснет и превратится в  хамец.  Чтобы предотвратить
это, ритуально чистую  халу  в  Песах  отдают  когену в  испеченном
виде. Однако если тесто стало ритуально нечистым, то  хала,  которую
отделяют от него, не годится в пищу  когену.  Следовательно, печь ее в
праздник нельзя - так как в таком случае это не связано с приготовлением пищи.
Но сжечь ее тоже нельзя, так как в праздник не сжигают  святыни.  Нельзя
даже скормить ее собаке  когена,  потому что это тоже способ уничтожения  святыни
-  а в праздник это запрещено. Кроме того, вообще воспрещается отдавать
животному пищу, предназначенную в дар  когену  и потому являющуюся  святыней,
 все время, пока она годится для человека. В остальные
праздники дело обстоит проще: ритуально нечистую  халу  отделяют,
оставляют до исхода праздничного дня и потом сжигают. Однако в  Песах  это
невозможно потому, что, как сказано выше, она превратится в  хамец.  Так
что же следует делать? По этому вопросу, мнения  танаев  в нашей мишне
разделились.
 КАК ОТДЕЛЯЮТ РИТУАЛЬНО НЕЧИСТУЮ ХАЛУ –
то есть, как отделяют халу от теста, ставшего ритуально нечистым, В ПРАЗДНИК - в
один из двух праздничных дней Песаха?
 РАБИ ЭЛИЭЗЕР ГОВОРИТ: ПУСТЬ НЕ ДАЕТ ЕЙ
ИМЯ - пусть женщина, замесившая тесто и отделившая от него соответствующий
кусок, не объявляет его  халой  (в подлиннике все глаголы, связанные с
отделением  халы,  стоят в женском роде), ПОКА ОНА - то есть кусок теста,
подходящий для того, чтобы быть  халой, -  НЕ ИСПЕЧЕТСЯ.
 В этом случае нет запрета печь
потенциальную  халу,  так как любой из кусков разделанного теста годится в
пищу, а во время выпечки про каждый из них говорят: "Не это - хала,
предназначенная для когена" (Раши). Получается, что все тесто выпекается
для нужд праздника, а потом уже женщина отделяет халу.
 Что же касается необходимости отделять
халу от общей массы теста, а не от отдельной части его, то раби Элиэзер
считает, что если все, что выпечено из этой массы теста, сложить вместе,
единство ее восстанавливается. Об этом сказано в Мишне (Хала 2:4): "[Если]
хлеба вынимают из печи и складывают в корзину, эта корзина их объединяет [для
отделения] халы".
 Итак, женщина выбирает один из кусков
теста, испеченный в качестве хлеба, и объявляет его  халой,  оставляет его
до окончания праздничного дня, а затем сжигает его.
 Иную точку зрения высказывает РАБИ ЙЕГУДА
БЕН БТЕЙРА, который ГОВОРИТ: Женщина, отделив  халу  от теста, как
полагается, ПУСТЬ ПОЛОЖИТ ее В ХОЛОДНУЮ воду, чтобы предохранить от скисания.
 Раби Йегуда бен Бтейра возражает раби
Элиэзеру. Он считает, что раз среди хлебов, выделанных из одной массы теста,
есть один, который есть запрещено, то даже если его не отделили и не назвали  халой,
 ни один из этих хлебов нельзя выпекать - так как получается, что это делают
не для еды. А раби Элиэзер не согласен с раби Йегудой бен Бтейра в том, что
можно положить отделенную халу в холодную воду, так как опасается, что женщина,
отделившая ее, не сможет обращаться с ней достаточно осторожно, чтобы
предохранить ее от скисания (Тосафот).
 СКАЗАЛ РАБИ ЙЕГОШУА: НЕ ТОТ ЭТО ХАМЕЦ,
КОТОРЫЙ нам ЗАПРЕЩАЕТСЯ ИМЕТЬ В СВОЕМ ВЛАДЕНИИ в  Песах. С  того момента,
как хозяин теста называет этот кусок  халой,  он уже не хозяин над ним. В
Торе же написано (Шмот 13:7): "И пусть никто [даже] не сможет увидеть
квасного... во всех пределах ТВОИХ". Мудрецы истолковывают, что слово
"твоих" относится к  хамецу  и выводят: ТВОЕГО  хамеца  не
должно быть видно в пределах твоих, но ЧУЖОЙ  хамец  может быть виден. То
же самое относится к  хале:  она не принадлежит тебе. Поэтому женщина,
занимающаяся приготовлением хлеба в праздник, ПРОСТО ОТДЕЛЯЕТ ЕЕ - то есть халу
- так, как это делает всегда, И ОСТАВЛЯЕТ ДО ВЕЧЕРА, пока не кончится
праздничный день, - А ЕСЛИ хала СКИСЛА, ТАК СКИСЛА. Поскольку она - чужой  хамец,
 его не возбраняется иметь в своем владении в  Песах.
 Гемара разъясняет, в чем состоит суть
разногласия между  танаями  в нашей мишне. Раби Элиэзер считает, что раз,
в принципе, после отделения халы хозяин может обратиться к мудрецу Торы, и тот
аннулирует данное хозяином обязательство считать этот кусок теста  халой,  в
результате чего тесто снова становится  тевелем  и опять все принадлежит
хозяину, то если хала скиснет, хозяин преступит запрет Торы иметь в своем
владении  хамец.  Раби Йегуда бен Бтейра в этом согласен с раби Элиэзером,
однако, в отличие от него, полагает, что в праздник нельзя выпекать все тесто,
включая часть, в принципе принадлежащую  когену  (как было сказано выше). Что
же касается раби Йегошуа, то он не согласен с ними обоими и считает, что все
время, пока хозяин не обратился к мудрецу Торы, не принимают в расчет
возможность аннулирования халы и возвращение всего теста во власть хозяина. И  ГАЛАХА
 СООТВЕТСТВУЕТ МНЕНИЮ РАБИ ЙЕГОШУА (Рамбам, Законы о праздниках 3:9).

 Мишна четвертая

 РАБАН ГАМЛИЭЛЬ ГОВОРИТ: ТРИ ЖЕНЩИНЫ
МЕСЯТ тесто ОДНОВРЕМЕННО И ПЕКУТ мацу В ОДНОЙ ПЕЧИ ОДНА ПОСЛЕ ДРУГОЙ. А МУДРЕЦЫ
ГОВОРЯТ: ТРИ ЖЕНЩИНЫ ЗАНИМАЮТСЯ приготовлением ТЕСТА: ОДНА МЕСИТ, ДРУГАЯ
РАСКАТЫВАЕТ, А ТРЕТЬЯ ПЕЧЕТ. РАБИ АКИВА ГОВОРИТ: НЕ ВСЕ ЖЕНЩИНЫ, И НЕ ВСЕ
ДРОВА, И НЕ ВСЕ ПЕЧИ ОДИНАКОВЫ. ВОТ ПРАВИЛО: ЕСЛИ тесто ВСХОДИТ - ПУСТЬ
ПРОДОЛЖАЮТ РАБОТАТЬ С НИМ, обмакивая руки В ХОЛОДНУЮ воду.


Объяснение мишны четвертой

 РАБАН ГАМЛИЭЛЬ ГОВОРИТ: ТРИ ЖЕНЩИНЫ
МЕСЯТ тесто ОДНОВРЕМЕННО - каждая свое, чтобы испечь из него  мацу, -  И
ПЕКУТ каждая свою мацу В ОДНОЙ ПЕЧИ ОДНА ПОСЛЕ ДРУГОЙ. Несмотря на то, что,
третья женщина должна ждать, пока первые две женщины испекут всю свою  мацу,  нет
опасения, что тесто ее за это время скиснет.
 А МУДРЕЦЫ ГОВОРЯТ: Нельзя настолько
легко относиться к возможности закисания теста, чтобы позволить женщинам месить
свое тесто одновременно, а выпекать по очереди. Пусть все ТРИ ЖЕНЩИНЫ ЗАНИМАЮТСЯ
приготовлением ТЕСТА, а именно: ОДНА МЕСИТ тесто, ДРУГАЯ РАСКАТЫВАЕТ его в
тонкие лепешки, А ТРЕТЬЯ ПЕЧЕТ  мацу.  То есть: в то самое время, когда
одна из них уже начинает разделывать готовое тесто, другая приступает к
замешиванию теста; когда же первая заканчивает свой этап работы и начинает печь
 мацу,  вторая переходит к раскатыванию своего теста, а третья - начинает
месить, и далее все повторяется в том же порядке. Таким образом, каждая женщина
в одно и то же время занята приготовлением своего теста, а все время, пока с
тестом работают, оно не доходит до заки-сания (см."Псахим"48б).
 РАБИ АКИВА ГОВОРИТ: НЕ ВСЕ ЖЕНЩИНЫ, И НЕ
ВСЕ ДРОВА, И НЕ ВСЕ ПЕЧИ ОДИНАКОВЫ. Раби Акива тоже не согласен с мнением
рабана Гамлиэля и считает недопустимым такое неосмотрительное отношение к
опасности образования  хамеца,  чтобы позволить трем женщинам замешивать
тесто одновременно, а выпекать по очереди в одной и той же печи. Потому что
есть женщины, которые работают недостаточно проворно, а дрова могут быть сырыми
и потому не совсем пригодными для растопки печи, и, наконец, некоторые печи
нагреваются слишком медленно. В результате может пройти так много времени до
выпечки теста, что оно может скиснуть, то есть превратиться в  хамец.  Поэтому
надлежит организовать работу так, как говорят мудрецы: каждая из женщин должна
непрерывно заниматься своим тестом, чтобы оно не скисло даже в том случае, если
подготовка его к выпечке продолжалась немалое время (Рамбам).
 ВОТ ПРАВИЛО: ЕСЛИ видят, что тесто
ВСХОДИТ - то есть, что в нем начинается процесс брожения, - ПУСТЬ ПРОДОЛЖАЮТ
РАБОТАТЬ С НИМ - то есть бить его и мять, все время обмакивая руки В ХОЛОДНУЮ
воду, так как это мешает тесту скиснуть.
 Некоторые комментаторы говорят, что
отрывок "Вот правило" - это не окончание слов раби Акивы, а анонимная
мишна, сообщающая, что в случае, когда в тесте появляются признаки скисания,
возможно предотвратить это, не прекращая работы с ним и все время обмакивая
руки в холодную воду.

 Мишна пятая

 ЗАБРОДИВШЕЕ ТЕСТО ДОЛЖНО БЫТЬ СОЖЖЕНО, А
ПОЕВШИЙ ЕГО СВОБОДЕН ОТ НАКАЗАНИЯ; РАСТРЕСКАВШЕЕСЯ тесто ДОЛЖНО БЫТЬ СОЖЖЕНО, А
ПОЕВШИЙ ЕГО ПОДЛЕЖИТ КАРЕТУ. КАКОЕ ТЕСТО - ЗАБРОДИВШЕЕ? Если трещины на нем
СЛОВНО РОЖКИ КУЗНЕЧИКОВ. Какое тесто называется РАСТРЕСКАВШИМСЯ? Если ТРЕЩИНЫ
НА НЕМ ПЕРЕМЕШАЛИСЬ. Все это - СЛОВА РАБИ ЙЕГУДЫ, А МУДРЕЦЫ ГОВОРЯТ: ХОТЬ ТАК,
ХОТЬ ТАК - ПОЕВШИЙ ЕГО ПОДЛЕЖИТ КАРЕТУ. А ЧТО ТАКОЕ ЗАБРОДИВШЕЕ ТЕСТО? ЛЮБОЕ,
ПОВЕРХНОСТЬ КОТОРОГО ПОБЛЕДНЕЛА, СЛОВНО ЛИЦО ЧЕЛОВЕКА, У КОТОРОГО ВОЛОСЫ ВСТАЛИ
ДЫБОМ.


Объяснение мишны пятой

 ЗАБРОДИВШЕЕ ТЕСТО, но еще не скисшее
окончательно, ДОЛЖНО БЫТЬ СОЖЖЕНО перед  Песахом,  так как подлежит
уничтожению, А ПОЕВШИЙ ЕГО в  Песах  СВОБОДЕН ОТ НАКАЗАНИЯ - и от  карета,
 и от бичевания, потому что такое тесто относится к категории  хамеца,  непригодного
в пищу (как было сказано выше, в мишне первой этой главы).
 РАСТРЕСКАВШЕЕСЯ тесто - на поверхности
которого образовалось множество трещин, что является признаком брожения, - ДОЛЖНО
БЫТЬ СОЖЖЕНО перед  Песахом,  А ПОЕВШИЙ ЕГО ПОДЛЕЖИТ КАРЕТУ, поскольку это
тесто - настоящий  хамец.
 КАКОЕ ТЕСТО - ЗАБРОДИВШЕЕ? Если трещины
на нем тонкие, СЛОВНО РОЖКИ КУЗНЕЧИКОВ и, подобно им, расходятся в разные
стороны (Раши).
 Какое тесто называется РАСТРЕСКАВШИМСЯ?
Если ТРЕЩИНЫ НА НЕМ ПЕРЕМЕШАЛИСЬ - то есть трещин стало так много, что они
разбегаются во всех направлениях и перекрещиваются.
 Все это - сказанное выше - СЛОВА РАБИ ЙЕГУДЫ,
освобождающего от наказания того, кто поест тесто, на поверхности которого
появились трещины, напоминающие рожки кузнечиков. А МУДРЕЦЫ ГОВОРЯТ: ХОТЬ ТАК,
ХОТЬ ТАК - какие бы трещины ни появились на поверхности теста: хоть тонкие и
расходящиеся в стороны, словно рожки кузнечика, хоть бегущие во все стороны и
перекрещивающиеся - ПОЕВШИЙ ЕГО ПОДЛЕЖИТ КАРЕТУ, потому что любые трещины,
появившиеся на поверхности теста, свидетельствуют о том, что оно превратилось в
 хамец.  Гемара объясняет, что нет такой трещины на поверхности теста, под
которой не было бы уже множества пустот внутри теста.
 А ЧТО ТАКОЕ ЗАБРОДИВШЕЕ ТЕСТО с точки
зрения мудрецов - то есть тесто в такой стадии брожения, что поевший его пока
еще не подлежит наказанию? ЛЮБОЕ тесто, ПОВЕРХНОСТЬ КОТОРОГО ПОБЛЕДНЕЛА, СЛОВНО
ЛИЦО ЧЕЛОВЕКА, У КОТОРОГО ВОЛОСЫ ВСТАЛИ ДЫБОМ от страха.
 И  ГАЛАХА  СООТВЕТСТВУЕТ МНЕНИЮ
МУДРЕЦОВ.

 Мишна шестая

 Если ЧЕТЫРНАДЦАТОЕ нисана ОКАЗЫВАЕТСЯ
СУББОТОЙ, ВСЕ УНИЧТОЖАЮТ ПЕРЕД СУББОТОЙ - это СЛОВА РАБИ МЕИРА. А МУДРЕЦЫ
ГОВОРЯТ: В СВОЕ ВРЕМЯ. РАБИ ЭЛЬАЗАР БЕН ЦАДОК ГОВОРИТ: ТРУМУ - ПЕРЕД СУББОТОЙ,
А ХУЛИН - В СВОЕ ВРЕМЯ.


Объяснение мишны шестой

 Эта мишна обсуждает вопрос, как
совершают  биур-хамец,  если канун  Песаха  совпадает с субботой.
 Если ЧЕТЫРНАДЦАТОЕ нисана ОКАЗЫВАЕТСЯ
СУББОТОЙ, когда сжигать  хамец  запрещено, ВСЕ - весь  хамец,  и  хулин,
 и  труму, -  УНИЧТОЖАЮТ ПЕРЕД СУББОТОЙ. Исключение составляет тот  хамец,
 который нужен для еды в субботу: его оставляют в укромном месте. Это - СЛОВА
РАБИ МЕИРА.
 А МУДРЕЦЫ ГОВОРЯТ: Весь  хамец  уничтожается
В СВОЕ ВРЕМЯ, то есть четырнадцатого нисана, несмотря на то.что этот день - суббота:
ведь можно уничтожить  хамец,  не нарушая субботы, например отдать его
другим людям, чтобы они его съели, или скормить его скотине.
 РАБИ ЭЛЬАЗАР БЕН ЦАДОК ГОВОРИТ:  хамец-ТРУМУ
 уничтожают ПЕРЕД СУББОТОЙ, поскольку ее едят лишь немногие - только  когены,
 а скармливать ее скотине запрещено. А  хамец-ХУЛИН -  В СВОЕ ВРЕМЯ.  Хамец-хулин
 незачем уничтожать до наступления субботы, так как если не найдется людей,
которые захотят его съесть, можно скормить его скотине или собакам.
 Риф считает, что  галаха  соответствует
мнению раби Эльазара бен Цадока, и точно так же пишет Рамбам в комментарии к
Мишне. Тем не менее, в своем кодексе "Мишне-Тора" он высказывает иную
точку зрения: "Если четырнадцатое нисана оказывается субботой, то
бдикат-хамец совершают в ночь на пятницу, то есть в ночь тринадцатого нисана.
Тот хамец, который будут есть в субботу до конца четвертого часа, оставляют в
укромном месте, А ВЕСЬ ОСТАЛЬНОЙ ХАМЕЦ УНИЧТОЖАЮТ ПЕРЕД СУББОТОЙ. Если же часть
хамеца остается в субботу после истечения четырех часов, от него отрекаются и накрывают
посудиной, чтобы он остался под ней до конца первого дня праздника, когда его
уничтожают" (Законы о хамеце и о маце 3:3).
 Однако Раавад возражает: "Это труму
уничтожают и часть ее оставляют, а хулин вовсе не уничтожают раньше времени - согласно
раби Эльазару бен Йегуде, старожилу Бартоты (см. Псахим 13а), и раби Эльазару
бен Цадоку, которые оба считают так. И это - основа закона" (см. "Магид
мишнэ").

 Мишна седьмая

 ИДЕТ РЕЗАТЬ СВОЮ ЖЕРТВУ ПЕСАХ, ИЛИ
СОВЕРШАТЬ ОБРЕЗАНИЕ СВОЕМУ СЫНУ, ИЛИ НА ТРАПЕЗУ В ЧЕСТЬ ОБРУЧЕНИЯ В ДОМЕ СВОЕГО
ТЕСТЯ И ВСПОМИНАЕТ, ЧТО В ЕГО ДОМЕ ЕСТЬ ХАМЕЦ, - ЕСЛИ МОЖЕТ ВОЗВРАТИТЬСЯ,
УНИЧТОЖИТЬ хамец И опять ВЕРНУТЬСЯ К исполнению СВОЕЙ ЗАПОВЕДИ, ПУСТЬ
ВОЗВРАТИТСЯ И УНИЧТОЖИТ, А ЕСЛИ НЕТ - ПУСТЬ ОТРЕЧЕТСЯ ОТ НЕГО МЫСЛЕННО. Идущий
СПАСАТЬ ОТ НАБЕГА, ОТ НАВОДНЕНИЯ, ОТ РАЗБОЙНИКОВ, ОТ ПОЖАРА ИЛИ ИЗ-ПОД ОБВАЛА -
ПУСТЬ ОТРЕЧЕТСЯ МЫСЛЕННО, А идущий, ЧТОБЫ ПРОВЕСТИ ОТДЫХ ТАМ, ГДЕ ОН ХОЧЕТ, - ПУСТЬ
ВЕРНЕТСЯ НЕМЕДЛЯ.


Объяснение мишны седьмой

 Если еврей ИДЕТ четырнадцатого нисана
РЕЗАТЬ СВОЮ ЖЕРТВУ ПЕСАХ, ИЛИ СОВЕРШАТЬ ОБРЕЗАНИЕ СВОЕМУ СЫНУ, ИЛИ НА ТРАПЕЗУ В
ЧЕСТЬ ОБРУЧЕНИЯ В ДОМЕ СВОЕГО ТЕСТЯ.
 Было принято в те времена, что когда
жених приходил в Дом своего тестя, чтобы обручиться с невестой, устраивали праздничную
трапезу, которая считалась трапезой в честь исполнения заповеди.
 И ВСПОМИНАЕТ, ЧТО В ЕГО ДОМЕ ЕСТЬ ХАМЕЦ
- который он еще не уничтожил, - ЕСЛИ МОЖЕТ ВОЗВРАТИТЬСЯ домой, УНИЧТОЖИТЬ
хамец И опять ВЕРНУТЬСЯ К исполнению СВОЕЙ ЗАПОВЕДИ - то есть, если после
уничтожения  хамеца  от дня останется еще достаточно времени, чтобы
исполнить ту заповедь, для которой он шел сначала, - ПУСТЬ ВОЗВРАТИТСЯ домой И
УНИЧТОЖИТ  хамец.
 А ЕСЛИ НЕТ - если не остается времени
для того, чтобы возвратиться домой, уничтожить  хамец  и еще выполнить ту
заповедь, ради которой он шел, ПУСТЬ ОТРЕЧЕТСЯ ОТ НЕГО - от своего  хамеца -  МЫСЛЕННО,
то есть откажется от всех своих прав на этот  хамец  и решит, что он - все
равно как прах земной и абсолютно ни на что не годится (см. Введение к нашему
трактату).
 Идущий же СПАСАТЬ других евреев ОТ
НАБЕГА врагов, или ОТ НАВОДНЕНИЯ, или ОТ РАЗБОЙНИКОВ, или ОТ ПОЖАРА, ИЛИ чтобы
вытащить их ИЗ-ПОД ОБВАЛА - то есть во всех случаях, когда жизни евреев грозит
опасность, - ПУСТЬ ОТРЕЧЕТСЯ от своего  хамеца  МЫСЛЕННО.
 Если даже день еще будет длиться долго и
времени вполне достаточно, чтобы вернуться домой и уничтожить  хамец,  этого
делать не нужно, так как все отступает перед спасением жизни еврея. Достаточно
лишь мысленно отречься от  хамеца,  остающегося в доме, так как, в
принципе, буква закона Торы требует только этого.
 А идущий ЧТОБЫ ПРОВЕСТИ ОТДЫХ ТАМ, ГДЕ
ОН ХОЧЕТ, - тот, кто идет положить  эйрув тхумим  в определенном месте,
чтобы иметь право идти оттуда в праздник еще на 2000  локтей  не для того,
чтобы исполнить заповедь, а только потому, что так ему хочется, - и если он
вспомнил о неуничтоженном в своем доме  хамеце,  ПУСТЬ ВЕРНЕТСЯ НЕМЕДЛЯ,
чтобы исполнить заповедь  биур-хамец.
 Однако если его намерение связано с
исполнением заповеди - например, он хочет утешить скорбящих, или поздравить и
повеселить жениха, или идет в  бейт-гамидраш  учить Тору, или повидаться
со своим учителем Торы и т.п. - он приравнивается к тому, о ком было сказано в
начале мишны: "Тот, кто идет резать свою жертву Песах" и т.д.. То
есть, у него мало времени, чтобы вернуться и уничтожить  хамец,  достаточно
отречься от него мысленно (Раши).
 Авторы "Тосафот" задают вопрос:
как совместить конец нашей мишны "Идущий, ЧТОБЫ ПРОВЕСТИ ОТДЫХ ТАМ, ГДЕ ОН
ХОЧЕТ..." с тем, что сказано (Эйрувин 31 а, и см. Мишну
"Эйрувин" 8:1): "Эйрув тхумин делают ТОЛЬКО РАДИ ВЫПОЛНЕНИЯ
ЗАПОВЕДИ"?
 Поэтому они объясняют, что наша мишна
имеет в виду того, кто в  Песах  идет повеселиться к своему другу или
родственнику - то есть с намерением, которое все же содержит элемент исполнения
заповеди ( см. также "Тифэрет Исраэль").
 Впрочем, некоторые авторитеты Торы
говорят, что хлеб используют для того, чтобы сделать  эйрув тхумим  лишь
ради исполнения заповеди. Однако если просто идут в определенное место, чтобы
получить там право провести субботу или праздник и воспользоваться возможностью
идти оттуда еще 2000  локтей,  то это можно делать и без намерения исполнить
заповедь - лишь потому, что так хочется. Следовательно, вопрос
"Тосафот" отпадает сам собой ("Тосфот раби Акивы Эйгера" от
имени автора труда "Маген Аврагам").

 Мишна восьмая

 И ТАК ЖЕ ТОТ, КТО ВЫШЕЛ ИЗ ИЕРУСАЛИМА И
ВСПОМНИЛ, ЧТО У НЕГО ЕСТЬ С СОБОЙ МЯСО СВЯТЫНИ, - ЕСЛИ ПРОШЕЛ ЦОФИМ, ДОЛЖЕН
СЖЕЧЬ ЕГО НА МЕСТЕ, А ЕСЛИ НЕТ - ВОЗВРАЩАЕТСЯ И СЖИГАЕТ ЕГО ПЕРЕД ЗАМКОМ НА
ДРОВАХ, приготовленных для ЖЕРТВЕННИКА. И РАДИ КАКОГО КОЛИЧЕСТВА ОНИ
ВОЗВРАЩАЮТСЯ? РАБИ МЕИР ГОВОРИТ: ЕСЛИ ХОТЬ ТО, ХОТЬ ДРУГОЕ - КАБЕЙЦА, РАБИ ЙЕГУДА
ГОВОРИТ: ЕСЛИ ХОТЬ ТО, ХОТЬ ДРУГОЕ - КАЗАИТ. А МУДРЕЦЫ ГОВОРЯТ: Если МЯСА
СВЯТЫНИ - КАЗАИТ, А ХАМЕЦА - КАБЕЙЦА.


Объяснение мишны восьмой

 По аналогии с тем, о чем говорилось в
предыдущей мишне, приводится закон о мясе жертвоприношений.
 И ТАК ЖЕ - как тот, о котором говорилось
в предыдущей мишне, - ТОТ, КТО ВЫШЕЛ ИЗ ИЕРУСАЛИМА И ВСПОМНИЛ, ЧТО У НЕГО ЕСТЬ
С СОБОЙ МЯСО СВЯТЫНИ - мясо жертвоприношений, относящихся к разряду  малых
святынь,  например мясо  шламим.  Есть его можно только в пределах
Иерусалима, а будучи вынесено за городскую стену, оно становится негодным и
должно быть сожжено.
 Но где именно надлежит его сжечь?
 ЕСЛИ ПРОШЕЛ ЦОФИМ - место, откуда виден
Храм (Раши), или, как говорят другие комментаторы, если уже перешел горы вокруг
Иерусалима, с которых он виден ("Тосфот Йомтов", "Тифэрет Исраэль"),
ДОЛЖЕН СЖЕЧЬ ЕГО тут же НА МЕСТЕ - там, где вспомнил о нем, так как в этом
случае его не утруждают требованием вернуться в Иерусалим.
 А ЕСЛИ НЕТ - если еще не прошел Цофим, -
он ВОЗВРАЩАЕТСЯ И СЖИГАЕТ ЕГО ПЕРЕД ЗАМКОМ - во дворе Храма или же, согласно
другой точке зрения, вне его, на территории Храмовой горы. Дело в том, что
Гемара приводит разные точки зрения  амораев  на то, что такое
"замок" (Йома 2а): раби Йоханан утверждает, что так называлось одно
место на Храмовой горе, а Рейш-Лакиш считает, что весь Храм называется
"замок" - потому что сказано (Диврей-гаямим 1,29:19): "И
выстроить ЗАМОК, для которого я [все] приготовил", а речь там идет именно
о Храме.
 НА ДРОВАХ, приготовленных для
ЖЕРТВЕННИКА.
 Почему это мясо сжигают именно
"перед замком", комментаторы объясняют, тем, что, по аналогии с
жертвоприношением  хатат,  ставшие негодными  малые святыни  сжигают
на том месте, где их едят (Раши, "Тосафот", Бартанура; см. также
"Тосфот Йомтов"). В связи с этим они замечают, что, в принципе, это
мясо можно было бы сжечь в городе, не поднимаясь на Храмовую гору, так как
именно там - место, где едят  малые святыни.  Однако мишна говорит о
госте, не живущем в Иерусалиме и не имеющем дров. Поэтому он возвращается к
Храму и пользуется дровами, заготовленными для жертвенника ("Тифэрет
Исраэль"; см. также Рамбам, Законы о негодности посвящений 19:8).
 И РАДИ КАКОГО КОЛИЧЕСТВА ОНИ
ВОЗВРАЩАЮТСЯ? - то есть сколько  хамеца  должно быть в доме того, кто идет
для исполнения заповеди - резать жертву  песах  и т.д., чтобы, вспомнив об
этом, он был обязан вернуться домой; сколько должно быть мяса  святыни у  того,
кто вышел из Иерусалима, чтобы, вспомнив об этом, он был обязан вернуться
назад?
 РАБИ МЕИР ГОВОРИТ: ХОТЬ ТО, ХОТЬ ДРУГОЕ
- хоть  хамец,  хоть мясо  святыни -  КАБЕЙЦА.
 Раби Меир проводит аналогию с законом о
минимальном количестве пищи, которое способно воспринять  ритуальную
нечистоту,  формулируя свою мысль так: "возвращение ради него - как его
осквернение". То есть: как пища, меньшая, чем  кабейца,  не
оскверняется, так и ради  хамеца  и мяса  святыни,  меньших, чем  кабейца,
 возвращаться не нужно. От своих прав на этот  хамец  отрекаются
мысленно, а мясо  святыни  сжигают на том месте, где о нем вспомнили.
 РАБИ ЙЕГУДА ГОВОРИТ: ХОТЬ ТО, ХОТЬ
ДРУГОЕ - КАЗАИТ. Раби Йегуда проводит аналогию с другим законом, формулируя это
так: "возвращение ради него - как его запрет". То есть: как минимум  хамеца
 в  Песах  и минимум мяса  святыни,  ставшей негодной, который
Тора запрещает есть -  казаит, -  возвращаются ради  хамеца  или мяса
 святыни  только в том случае, если их не меньше, чем  казаит.
 А МУДРЕЦЫ ГОВОРЯТ: возвращаются в
случае, если МЯСА СВЯТЫНИ всего только КАЗАИТ, поскольку к  святыням  надлежит
относиться с особой скрупулезностью, А ХАМЕЦА - КАБЕЙЦА. Тот, кто направляется
исполнить заповедь и вспоминает, что в его доме остался  хамец,  возвращается
ради его уничтожения только в том случае, если  хамеца  не меньше, чем  кабейца.
 И ГАЛАХА СООТВЕТСТВУЕТ МНЕНИЮ МУДРЕЦОВ.




 Глава четвертая





 Мишна первая

 ТАМ, ГДЕ ПРИНЯТО РАБОТАТЬ В КАНУН ПЕСАХА
ДО ПОЛУДНЯ - РАБОТАЮТ; ТАМ, ГДЕ ПРИНЯТО НЕ РАБОТАТЬ - НЕ РАБОТАЮТ. НА ТОГО, КТО
ПЕРЕХОДИТ ОТТУДА, ГДЕ РАБОТАЮТ, ТУДА, ГДЕ НЕ РАБОТАЮТ, ИЛИ ОТТУДА, ГДЕ НЕ
РАБОТАЮТ, ТУДА, ГДЕ РАБОТАЮТ, НАКЛАДЫВАЮТ ОГРАНИЧЕНИЯ МЕСТА, ОТКУДА ПРИШЕЛ, И ОГРАНИЧЕНИЯ
МЕСТА, КУДА ОН ПРИШЕЛ. И ПУСТЬ НИКТО НЕ ИЗМЕНЯЕТ обычаю ВО ИЗБЕЖАНИЕ РАЗДОРОВ.


Объяснение мишны первой

 Канун праздника  Песах  отличается
от кануна суббот и остальных праздников. В канун суббот и остальных праздников
мудрецы запретили работать только начиная со времени  Минхи,  а в канун  Песаха
-  начиная уже с полудня.
 Почему к работе в канун  Песаха  мудрецы
относятся так строго, разъясняет Талмуд Йерушалми. Дело в том, что с полудня 14
нисана  Песаха  начинается время, предназначенное для совершения жертвоприношения
 песах,  и не годится, чтобы в Храме приносили жертву за человека, который
в это время занимался своей работой.
 Несмотря на то, что в настоящее время у
нас нет Храма, и мы не можем совершать жертвоприношение  песах,  большинство
авторитетов Торы считают, что запрет работать после полудня 14 нисана остается
в силе. Только смысл его сейчас иной: высвободить время для подготовки к
проведению седера. Кроме того, существует принцип, согласно которому любое
постановление, принятое в свое время большинством мудрецов Торы, остается в
силе даже тогда, когда причина, вызвавшая к жизни это постановление, уже не
существует (Гамеири).
 Эта мишна учит, что каждому следует
придерживаться обычая, принятого там, где он живет. Есть места, где принято не
работать даже раньше полудня кануна  Песаха -  чтобы работа не отвлекла
человека и он не забыл, что необходимо уничтожить  хамец,  совершить
жертвоприношение  песах  и приготовиться к проведению  седера.  И
несмотря на то, что это - только обычай данного места, никто не смеет ему
изменять.
 ТАМ, ГДЕ ПРИНЯТО РАБОТАТЬ В КАНУН ПЕСАХА
ДО ПОЛУДНЯ - РАБОТАЮТ. В таком месте каждый, кто хочет, имеет право работать 14
нисана до тех пор, пока не наступит полдень. Однако ТАМ, ГДЕ ПРИНЯТО НЕ
РАБОТАТЬ в канун  Песаха  даже до полудня - чтобы никто, занятый своей
работой, не забыл о необходимости совершить  биур-хамец,  принести жертву  песах
 и подготовить все, что нужно к  седеру:  испечь  мацу,  приготовить
 марор  и  харосет, в  таком месте раньше, чем наступит полдень 14
нисана НЕ РАБОТАЮТ. Таков обычай этого места, и никто в это время не имеет
права работать.
 Впрочем, что касается работы ПОСЛЕ
полудня, то запрет на нее уже не зависит от обычая: он - установление мудрецов
Торы, обязательное для всех (как было сказано в предисловии к этой мишне).
 НА ТОГО, КТО ПЕРЕХОДИТ ОТТУДА, ГДЕ
РАБОТАЮТ - где принято работать до полудня в канун  Песаха,  ТУДА, ГДЕ НЕ
РАБОТАЮТ - где принят обычай не работать в канун  Песаха  даже раньше
полудня, ИЛИ ОТТУДА, ГДЕ НЕ РАБОТАЮТ, ТУДА, ГДЕ РАБОТАЮТ, НАКЛАДЫВАЮТ
ОГРАНИЧЕНИЯ МЕСТА, ОТКУДА ПРИШЕЛ, И ОГРАНИЧЕНИЯ МЕСТА, КУДА ОН ПРИШЕЛ. Иначе
говоря, в любом случае он не имеет права работать 14 нисана перед полуднем:
если он пришел оттуда, где работают, туда, где не работают, на него
распространяются ограничения места, куда он пришел; а если он пришел оттуда,
где не работают, туда, где работают, он все равно подчиняется запретам,
принятым там, откуда он пришел.
 И ПУСТЬ НИКТО НЕ ИЗМЕНЯЕТ обычаю ВО
ИЗБЕЖАНИЕ РАЗДОРОВ.
 Гемара говорит, что по вопросу, как
понимать эту последнюю фразу мишны, между  амораями  возникли разногласия.
 Абаей считает, что она имеет в виду
того, кто ушел оттуда, где принято работать до полудня в канун  Песаха,  и
пришел туда, где это не принято. На новом месте он не имеет права нарушать
принятый здесь обычай, чтобы не вызывать недовольства местных жителей. Однако
тот, кто ушел оттуда, где не работают в канун  Песаха,  и пришел туда, где
работают, обязан вести себя по-прежнему - то есть получается, что он нарушает
обычай того места, куда пришел: здесь все работают, а он не работает.
 В отличие от этого, Рава полагает, что
речь идет о том, кто пришел оттуда, где не работают до полудня в канун  Песаха,
 туда, где работают. По мнению Равы, мишна учит, что хотя в этом случае
пришедший нарушает обычай этого места (так как все работают, а он - нет), это
не имеет значения. Потому что мотивом запрета изменять обычаю является
стремление избежать раздоров, а здесь такой опасности нет: никто не подумает,
что он воздерживается от работы именно из-за того, что придерживается другого
обычая, запрещающего работать в канун  Песаха  перед полуднем. Скажут, что
просто ему нечего делать или он нездоров - ведь круглый год в городе есть
немало бездельников, и никто не задается вопросом, по какой причине они не
работают.
 В каком именно случае человек подчиняется
запретам того места, откуда он пришел? Только тогда, когда он намеревается
снова вернуться туда. Однако, если у него такого намерения нет, ему надлежит
вести себя так, как принято там, где он теперь находится - более строго или
более свободно, это не имеет значения (Гаран).
 Талмуд Йерушалми приводит еще одну точку
зрения, согласно которой положение "И пусть никто не изменяет обычаю во
избежание раздоров" учит тому, что даже тот, кто приходит оттуда, где не
работают перед полуднем 14 нисана, туда, где работают, не должен изменять
обычаю этого места, если это не приводит к раздорам. А именно: положение
"накладывают ограничения места, откуда пришел, и ограничения места, куда
он пришел", относится к простому человеку. Если он не работает перед
полуднем в канун  Песаха,  никто не осуждает его за то, что он ведет себя
более строго, чем все, но предполагают, что просто ему нечего делать и т.п..
Однако заключение мишны ("И пусть никто не изменяет...") говорит о
другом человеке: о котором известно, что он никогда не бездельничает. И мишна
учит, что такому человеку запрещено изменять обычаю того места - не работать
перед полуднем 14 нисана, он должен работать, как все, и в этом случае на него
не распространяются ограничения того места, откуда пришел, во избежание распри
(см. "Млехет Шломо").

 Мишна вторая

 ТОЧНО ТАК ЖЕ: ТОТ, КТО ПРИНОСИТ ПЛОДЫ
ШВИИТ ОТТУДА, ГДЕ ОНИ КОНЧИЛИСЬ, ТУДА, ГДЕ ОНИ НЕ КОНЧИЛИСЬ, ИЛИ ОТТУДА, ГДЕ
ОНИ НЕ КОНЧИЛИСЬ, ТУДА, ГДЕ ОНИ КОНЧИЛИСЬ, ОБЯЗАН их УНИЧТОЖИТЬ. РАБИ ЙЕГУДА
ГОВОРИТ: ЕМУ ГОВОРЯТ: ИДИ И ПРИНЕСИ ДЛЯ СЕБЯ ТЫ ТОЖЕ.


Объяснение мишны второй

 По ассоциации с той  галахой,  которую
сообщала предыдущая мишна, здесь приводится аналогичная  галаха о  плодах  швиит.
 Для ее понимания необходимо кратко сказать о некоторых законах, связанных с
такими плодами.
 Если в год швиит приносят домой какие-то
плоды этого года, то их разрешается есть все время, пока такие же плоды еще
остаются в поле и ими питаются дикие звери. Однако если сезон этих плодов
закончился, и их больше нет в поле для диких животных, необходимо уничтожить
плоды того же вида, которые имеются в доме. Об этом говорит Тора (Ваикра 25:7):
"И скотине твоей, и диким зверям, которые [живут] на земле твоей, весь
урожай ее будет пищей". Отсюда следует, что все время, пока дикие животные
едят в поле, твой скот ест это же самое дома; кончились эти плоды для диких
животных в поле - прекрати скармливать их своей скотине у себя в доме.
 Обо всем этом говорится в трактате Мишны
"Швиит" (см. 15:2-3). Кроме того, там сказано: "Три земли для
биура: Иудея, Заиорданье и Галилея". То есть: по отношению к заповеди о
БИУРЕ плодов  швиит  Страна Израиля делится на три области, и если плоды
какого-то определенного вида исчезли с полей в одной из этих областей, то ее
жители обязаны уничтожить такие же плоды, собранные ранее, - несмотря на то,
что в другой области сезон этих плодов еще продолжается. Например, если в Иудее
на полях уже нет какого-то вида плодов, то все жители Иудеи уничтожают эти
плоды, которые собрали ранее, в то время как жители Галилеи все еще продолжают
их есть и не должны их уничтожать.
 Эта мишна обсуждает случай, когда плоды  швиит
 принесли оттуда, где они уже кончились, туда, где они еще не кончились, или
наоборот.
 ТОЧНО ТАК ЖЕ - подобно тому, что
говорилось в предыдущей мишне. ТОТ, КТО ПРИНОСИТ ПЛОДЫ ШВИИТ - плоды, выросшие
в год  шмита,  ОТТУДА, ГДЕ ОНИ КОНЧИЛИСЬ для диких зверей в поле, и потому
уже надлежит убрать их из дома, ТУДА, ГДЕ ОНИ еще НЕ КОНЧИЛИСЬ для диких зверей
в поле, и потому жители этого места пока продолжают есть плоды этого вида,
принесенные ими в свои дома, ИЛИ же тот, кто приносит плоды  швиит  ОТТУДА,
ГДЕ ОНИ еще НЕ КОНЧИЛИСЬ, ТУДА, ГДЕ ОНИ КОНЧИЛИСЬ, - во обоих случаях он ОБЯЗАН
их УНИЧТОЖИТЬ, потому что на него распространяются ограничения и того места,
откуда пришел, и того места, куда он пришел.
 РАБИ ЙЕГУДА ГОВОРИТ: ЕМУ ГОВОРЯТ: ИДИ И
ПРИНЕСИ ДЛЯ СЕБЯ ТЫ ТОЖЕ.
 О смысле этих слов раби Йегуды Гемара
приводит несколько мнений. Из них комментаторы Мишны предпочли остальным
толкование рава Аши. Согласно ему, раби Йегуда тоже считает, что тот, о ком
говорит наша мишна, обязан подчиняться как ограничениям того места, откуда он
пришел, так и ограничениям того места, куда он пришел. В чем же тогда раби Йегуда
не согласен с мудрецами? Оказывается, их разногласие связано с дискуссией из
трактата Мишны "Швиит" (9:5): "ТРИ ВИДА овощей ЗАМАРИНОВАЛИ (в рассоле
или уксусе) В ОДНОЙ БОЧКЕ - РАБИ ЭЛИЭЗЕР ГОВОРИТ: ЕДЯТ (пока есть] ПЕРВЫЙ (то
есть, эти три вида овощей можно есть все время, пока один из них не кончится  в
 поле: как только это произойдет, все три станут запретными несмотря на то,
что два остальных вида все еще существуют и их необходимо уничтожить), РАБИ ЙЕГОШУА
ГОВОРИТ: И ПОСЛЕДНИЙ ТОЖЕ (пока хоть один из этих трех видов есть в поле, можно
есть все три), РАБ АН ГАМЛИЭЛЬ ГОВОРИТ: ВСЕ овощи ТОГО ВИДА, который ЗАКОНЧИЛСЯ
В ПОЛЕ, вынимают ИЗ БОЧКИ и УНИЧТОЖАЮТ".
 Итак, те же самые мнения служат основой
спора  танаев  в нашей мишне.  Первый тана и  допускает послабление в
интерпретации закона точно так же, как раби Йегошуа: по его мнению, поскольку
все три вида замаринованы в одной бочке, можно есть даже те виды, которые
закончились в поле, на основании того, что есть один вид, еще не исчезнувший в
поле. Это и есть смысл слов мишны: ТОТ, КТО ПРИНОСИТ ПЛОДЫ ШВИИТ ОТТУДА, ГДЕ
ОНИ НЕ КОНЧИЛИСЬ, ТУДА, ГДЕ ОНИ КОНЧИЛИСЬ - то есть кончились все виды,
замаринованные в одной бочке, - ОБЯЗАН их УНИЧТОЖИТЬ. Однако если все время,
пока в поле исчезли не все эти виды, а только некоторые из них, можно есть даже
те же самые плоды, которых в поле уже нет, на основании того, что сезон хотя бы
одного из этих видов еще не закончился.
 РАБИ ЙЕГУДА ГОВОРИТ: ЕМУ - то есть
хозяину плодов, замаринованных в бочке, - ГОВОРЯТ: ИДИ И ПРИНЕСИ ДЛЯ СЕБЯ ТЫ
ТОЖЕ - то есть, выйди в поле и принеси оттуда себе все виды плодов, которые
замаринованы в твоей бочке. А если какие-то из них ты не найдешь, ты обязан
такие же самые плоды уничтожить. Иначе говоря, раби Йегуда согласен с рабаном
Гамлиэлем, что тот вид, которого уже нет в поле, должен быть уничтожен дома
тоже (Бартанура, "Тифэрет Исраэль").
 Другие комментаторы говорят, что не  первый
танай,  а именно раби Йегуда трактует закон о плодах года  швиит  в сторону
послабления. Согласно их точке зрения, он считает, что на того, кто переносит
их из одной области в другую, НЕ накладывают как ограничения того места, откуда
пришел, так и ограничения того места, куда он пришел. Ведь этот человек всегда
может так ответить тому, кто вздумает его упрекать, что он ест плоды, уже
исчезнувшие в поле: "ИДИ туда, откуда я пришел - ты увидишь, что эти плоды
там еще не кончились, И ПРИНЕСИ таких же плодов ДЛЯ СЕБЯ ТЫ ТОЖЕ". Если же
он приносит плоды  швиит  оттуда, где они уже кончились, туда, где они не
кончились, то он может здесь есть их с полным правом, как все здесь их едят (Гамеири).
 Согласно этой интерпретации, в
высказывании раби Йегуды отсутствуют слова "ему говорят" (см. "Млехет
Шломо", где эта трактовка подкрепляется ссылкой на Талмуд Йерушалми; см.
также р.Х.Албека).

 Мишна третья

 ТАМ, ГДЕ ПРИНЯТО ПРОДАВАТЬ МЕЛКИЙ
РОГАТЫЙ СКОТ НЕЕВРЕЯМ, - ПРОДАЮТ, ТАМ, ГДЕ ПРИНЯТО НЕ ПРОДАВАТЬ, - НЕ ПРОДАЮТ.
И НИГДЕ НЕ ПРОДАЮТ ИМ КРУПНЫЙ РОГАТЫЙ СКОТ, ТЕЛЯТ И ОСЛЯТ - НИ ЗДОРОВЫХ, НИ
КАЛЕК. РАБИ ЙЕГУДА РАЗРЕШАЕТ продавать КАЛЕК, БЕН БТЕЙРА РАЗРЕШАЕТ продавать
ЛОШАДЕЙ.


Объяснение мишны третьей

 Следующие три мишны (3-5) связаны с
первой по ассоциации. Подобно ей, они сообщают законы, основой которых является
только обычай.
 Данная мишна повторяется также в
трактате "Авода зара". Ее тема - запрет продавать неевреям крупный
рогатый скот (о смысле этого запрета будет сказано ниже), в связи с которым в
некоторых местах сложился обычай распространять его и на продажу мелкого
рогатого скота. Мишна учит нас, что и в этом вопросе надлежит следовать обычаю
того места, где находишься.
 ТАМ - в том месте, ГДЕ ПРИНЯТО ПРОДАВАТЬ
МЕЛКИЙ РОГАТЫЙ СКОТ - то есть, коз и овец - НЕЕВРЕЯМ, ПРОДАЮТ, там разрешено, а
ТАМ, ГДЕ ПРИНЯТО НЕ ПРОДАВАТЬ неевреям мелкий рогатый скот, потому что
добровольно распространили запрет продавать неевреям крупный рогатый скот и на
мелкий, - НЕ ПРОДАЮТ - то есть, там не разрешено это делать.
 И НИГДЕ НЕ ПРОДАЮТ ИМ КРУПНЫЙ РОГАТЫЙ
СКОТ - то есть, коров и быков.
 Дело в том, что мудрецы Торы установили
этот запрет из опасения, что еврей одолжит или отдаст внаем свою скотину
нееврею и тот будет работать на ней в субботу, а Тора обязывает еврея
заботиться, чтобы в субботу отдыхала даже принадлежащая ему скотина. Или из
опасения, что еврей продаст нееврею свою скотину перед самым наступлением
субботы, а тот попросит его показать, как она ходит под грузом; еврей прикрикнет
на животное, и оно, услышав знакомый голос, будет выполнять команды, а тем
временем солнце зайдет и получится, что еврей в субботу управляет вьючным
животным (Авода зара 14б).
 Точно так же нигде не продают неевреям
ТЕЛЯТ И ОСЛЯТ, потому что пока они малы, их нельзя использовать для работы, но
когда вырастут, это станет возможно.
 Некоторые комментаторы говорят, что это
тоже запрет мудрецов, установленный из опасения, что кто-то, не отличающий
телят и ослят от взрослых коров и ослов, увидит, что некто продает первых, и
продаст гоям взрослых животных.
 "Осленок" на иврите "съях".
Гемара (Бава батра 786) объясняет, что это слово происходит от слова "сиха"-"речь":
"Потому что он (т.е. осленок) слушается хорошей речи". То есть, ему
достаточно дать приказание спокойным, мягким голосом или только дать знак - и
он идет туда, куда желает человек (Рашбам).
 Итак, запрещено продавать неевреям телят
и ослят, причем нельзя продавать НИ ЗДОРОВЫХ животных, НИ даже КАЛЕК, потому
что последних тоже можно использовать - например, крутить жернова на мельнице.
 Запрет продавать искалеченных ослят и
телят некоторые комментаторы также объясняют установлением мудрецов, которое
они приняли из опасения, что какой-нибудь посторонний человек, не знающий о их
физических недостатках, увидит, как их продают неевреям, решит, что никакого
запрета не существует, и продаст им здоровых животных.
 РАБИ ЙЕГУДА РАЗРЕШАЕТ продавать КАЛЕК,
считая, что животное-калека не годится ни для какой работы и что нееврей обычно
покупает его, чтобы зарезать, и не держит долго в своем доме. Следовательно,
нет никакого основания опасаться, что какой-нибудь еврей увидит это животное у
нееврея и сам продаст ему здоровое (Раши).
 Однако  ГАЛАХА  НЕ СООТВЕТСТВУЕТ МНЕНИЮ РАБИ ЙЕГУДЫ.
 БЕН БТЕЙРА РАЗРЕШАЕТ продавать ЛОШАДЕЙ
потому что в те времена лошадей обычно использовали не для работы, а для
верховой езды, а в этом, согласно букве закона Торы, нет нарушения заповеди
давать отдыхать в субботу домашним животным. Согласно принципу "живой
несет сам себя", человек, сидящий верхом на лошади, тем самым не
заставляет ее совершать то, что квалифицируется как работа. Запрет верховой
езды в субботу - ни что иное, как постановление мудрецов.
 Однако  первый танай  запрещает
продавать неевреям и лошадей тоже. Почему? Одни комментаторы объясняют, что
спор идет только о лошади, на которой охотник доставляет домой пойманных птиц,
однако лошадей, предназначенных исключительно для верховой езды,  первый
танай  отнюдь не запрещает продавать неевреям. Бен Бтейра полагает, что
принцип "живой несет сам себя" относится и к животным, и к птицам, и
потому если лошадь везет их на себе, это не нарушение субботы. Следовательно,
такую лошадь можно продать нееврею. Однако  первый танай  придерживается
мнения, что принцип "живой несет сам себя" относится исключительно к
человеку, а не к животным и птицам, и потому нельзя их везти в субботу на
еврейской лошади. Следовательно, в этом отношении лошадь приравнивается к
крупному рогатому скоту и ее запрещено продавать неевреям.  ГАЛАХА  НЕ
СООТВЕТСТВУЕТ МНЕНИЮ БЕН БТЕЙРЫ (Рамбам).
 Другие же комментаторы считают, что  первый
танай  имеет в виду любых лошадей - даже тех, которые предназначаются
исключительно для верховой езды, так как мудрецы запретили их продавать, чтобы
посторонний наблюдатель не перепутал их с лошадью, используемой на охоте ("Тосфот
Йомтов).

 Мишна четвертая

 ТАМ, ГДЕ ПРИНЯТО ЕСТЬ ЖАРЕНОЕ МЯСО В
НОЧЬ ПЕСАХА, - ЕДЯТ, ТАМ, ГДЕ ПРИНЯТО НЕ ЕСТЬ, - НЕ ЕДЯТ. ТАМ, ГДЕ ПРИНЯТО
ЗАЖИГАТЬ СВЕТИЛЬНИК НА НОЧЬ ЙОМ-КИПУРА, - ЗАЖИГАЮТ, ТАМ, ГДЕ ПРИНЯТО НЕ
ЗАЖИГАТЬ, - НЕ ЗАЖИГАЮТ. НО ЗАЖИГАЮТ В СИНАГОГАХ, В БЕЙТ-МИДРАШАХ И В ТЕМНЫХ
ПЕРЕУЛКАХ, А ТАКЖЕ ОКОЛО БОЛЬНЫХ.


Объяснение мишны четвертой

 ТАМ, ГДЕ ПРИНЯТО ЕСТЬ ЖАРЕНОЕ МЯСО В
первую НОЧЬ ПЕСАХА, - ЕДЯТ, так как там это разрешено; ТАМ, ГДЕ ПРИНЯТО НЕ ЕСТЬ
жареное мясо в первую ночь  Песаха, -  НЕ ЕДЯТ.
 О жертвоприношении  песах  сказано
в Торе (Шмот 12:8): "И пусть съедят его мясо в эту же ночь - ЖАРЕНОЕ НА
ОГНЕ". Поэтому тот, кто ест жареное мясо в первую ночь  Песаха  вне
Иерусалима, вызывает подозрение тем, что ест жертву  песах,  где это
запрещено Торой. Поэтому-то нельзя есть жареное мясо в первую ночь  Песаха  там,
где это никто не делает.
 ТАМ, ГДЕ ПРИНЯТО ЗАЖИГАТЬ СВЕТИЛЬНИК НА
НОЧЬ ЙОМ-КИПУРА, - ЗАЖИГАЮТ, ТАМ, ГДЕ ПРИНЯТО НЕ ЗАЖИГАТЬ, - НЕ ЗАЖИГАЮТ.
  Галаха  предписывает
зажигать светильники в доме накануне суббот, в честь ее, а также ради
исполнения заповеди о наслаждении субботой (см. Шабат 2:1). Точно такие же предписания
действуют накануне праздников, кроме Йом-Кипура, когда все зависит от обычая:
есть места, где в ночь на Йом-Кипур принято оставлять зажженный светильник, и
есть места, где это не принято. Поэтому каждый должен поступать согласно обычаю
того места, где он проживает.
 Гемара говорит, что, в сущности, и те,
кто оставляет в ночь на Йом-Кипур зажженный светильник в своем доме, и те, кто
это не делает, имеют в виду одно и то же: помешать возникновению у себя желания
супружеской близости, запрещенной в Йом-Кипур. Одни для этого оставляют в доме
зажженный светильник, так как  Галаха  запрещает супружескую близость при
свете. Другие, наоборот, оставляют дом в темноте для того, чтобы не увидеть
ночью свою жену и не возжелать ее.
 НО повсеместно ЗАЖИГАЮТ свет В
СИНАГОГАХ, где молятся, В БЕЙТ-МИДРАШАХ, где учат Тору, - в честь наступающего
священного дня, И В ТЕМНЫХ ПЕРЕУЛКАХ, А ТАКЖЕ ОКОЛО БОЛЬНЫХ - и вообще в любом
месте, где нужен свет. Отсюда следует, что точно так же можно оставлять свет и
в тех комнатах, где муж и жена не спят (Бартанура).

 Мишна пятая

 ТАМ, ГДЕ ПРИНЯТО РАБОТАТЬ ДЕВЯТОГО ABA, - РАБОТАЮТ,
ТАМ, ГДЕ ПРИНЯТО НЕ РАБОТАТЬ, - НЕ РАБОТАЮТ. НО ПОВСЕМЕСТНО НЕ РАБОТАЮТ ТЕ, КТО
ПОСВЯТИЛ СЕБЯ ТОРЕ. РАБАН ШИМОН БЕН ГАМЛИЭЛЬ ГОВОРИТ: ВОВЕК ПУСТЬ каждый
ЧЕЛОВЕК СДЕЛАЕТ СЕБЯ ТЕМ, КТО ПОСВЯТИЛ СЕБЯ ТОРЕ. А МУДРЕЦЫ ГОВОРЯТ: В ИУДЕЕ
РАБОТАЛИ В КАНУН ПЕСАХА ДО ПОЛУДНЯ, А В ГАЛИЛЕЕ НЕ РАБОТАЛИ ВООБЩЕ. НОЧЬЮ ЖЕ - ШКОЛА
ШАМАЯ ЗАПРЕЩАЕТ, А ШКОЛА ГИЛЕЛЯ РАЗРЕШАЕТ ДО ПЕРВОГО ЛУЧА СОЛНЦА.


Объяснение мишны пятой

 ТАМ, ГДЕ ПРИНЯТО РАБОТАТЬ ДЕВЯТОГО ABA, - РАБОТАЮТ,
однако ТАМ, ГДЕ в этот день ПРИНЯТО НЕ РАБОТАТЬ, - НЕ РАБОТАЮТ.
 В день Девятого ава работа не запрещена,
несмотря на то, что это день траура, а тому, кто в трауре, запрещено работать.
Однако этот запрет касается только тех, кого несчастье постигло недавно; те,
кого постигло несчастье давно, не освобождаются от работы (Гамеири). Поэтому
относительно Девятого ава все зависит от местного обычая: там, где принято в
этот день работать, -  работа  разрешена, там, где принято не работать,
работа считается запрещенной.
 НО ПОВСЕМЕСТНО НЕ РАБОТАЮТ весь день
Девятого ава ТЕ, КТО ПОСВЯТИЛ СЕБЯ ТОРЕ - чтобы работа не отвлекла их, и они в
полной мере сознавали скорбность этого дня. Другое объяснение этого заключается
в том, что те, кто посвятил себя Торе, способны более остро, нежели другие,
ощутить отсутствие Храма (Гамеири).
 РАБАН ШИМОН БЕН ГАМЛИЭЛЬ ГОВОРИТ: ВОВЕК
ПУСТЬ каждый ЧЕЛОВЕК СДЕЛАЕТ СЕБЯ Девятого ава подобным ТЕМ, КТО ПОСВЯТИЛ СЕБЯ
ТОРЕ. То есть: даже там, где принято работать Девятого ава, человеку пристало
вести себя в этот день более строго, подобно тем, кто всю свою жизнь посвятил
Торе, - и нет в этом ничего от кичливости собственным благочестием.
 А МУДРЕЦЫ ГОВОРЯТ: В ИУДЕЕ РАБОТАЛИ В
КАНУН ПЕСАХА ДО ПОЛУДНЯ.
 Здесь мишна возвращается к той проблеме,
которая обсуждалась в самом начале этой главы: разрешена или запрещена работа в
канун праздника  Песах!  Теперь сообщается, что, по мнению мудрецов, это
вовсе не зависит от местного обычая. Просто в Иудее разрешили делать работу до
полудня в канун  Песаха,  А В ГАЛИЛЕЕ в канун  Песаха  никогда НЕ
РАБОТАЛИ ВООБЩЕ - то есть там весь день 14 нисана работать запрещено.
 Некоторые комментаторы видят самую
непосредственную связь между высказыванием мудрецов и первой мишной этой главы,
где эта  галаха  излагается в общем виде: "Там, где принято работать
в кануны Песаха до полудня - работают; там, где принято не  работать -  не
работают". А теперь мудрецы сообщают, что в Иудее был обычай работать в
канун  Песаха, а  в Галилее, напротив, существовал обычай не работать
(Рамбам).
 НОЧЬЮ ЖЕ - в ночь на 14 нисана в Галилее
– ШКОЛА ШАМАЯ ЗАПРЕЩАЕТ работать, так как считает, что, как и в праздники
(когда запрещено работать и днем, и ночью), если 14 нисана запрещено работать,
то это запрещено и в предыдущую ночь. "Ночь сопровождает день", - так
считает школа Шамая.
 А ШКОЛА ГИЛЕЛЯ РАЗРЕШАЕТ работать в ночь
на 14 нисана ДО ПЕРВОГО ЛУЧА СОЛНЦА, так как в качестве примера берет пост,
когда днем запрещается есть, а в предыдущую ночь - разрешается.

 Мишна шестая

 РАБИ МЕИР ГОВОРИТ: КАЖДУЮ РАБОТУ,
КОТОРУЮ НАЧАЛИ ПЕРЕД ЧЕТЫРНАДЦАТЫМ нисана, ЗАКАНЧИВАЮТ ЧЕТЫРНАДЦАТОГО, ОДНАКО
НЕЛЬЗЯ НАЧИНАТЬ ЕЕ ЧЕТЫРНАДЦАТОГО ПРЕДНАМЕРЕННО - НЕСМОТРЯ НА ТО, ЧТО ЕЕ МОЖНО
ЗАКОНЧИТЬ. А МУДРЕЦЫ ГОВОРЯТ: ТРЕМЯ видами РЕМЕСЛА ЗАНИМАЮТСЯ В КАНУН ПЕСАХА ДО
ПОЛУДНЯ, А ИМЕННО: ШЬЮТ, СТРИГУТ И СТИРАЮТ. РАБИ ЙОСЕЙ БАР ЙЕГ УДА ГОВОРИТ: И
САПОЖНИКИ работают ТОЖЕ.


Объяснение мишны шестой

 Эта мишна знакомит нас с новыми
законами, касающимися работы в канун  Песаха.
 РАБИ МЕИР ГОВОРИТ: КАЖДУЮ РАБОТУ,
КОТОРУЮ НАЧАЛИ ПЕРЕД ЧЕТЫРНАДЦАТЫМ нисана, ЗАКАНЧИВАЮТ ЧЕТЫРНАДЦАТОГО, то есть
разрешается закончить в канун  Песаха  до полудня - даже там, где не
принято работать в этот день вообще. Однако это относится только к тем видам
работ, которые необходимы для подготовки к празднику; что же касается работы,
не связанной с этим, то там, где принято работать в канун  Песаха  перед
полуднем, ее делают, а там, где это не принято, даже если ее начали перед
четырнадцатым нисана, в этот день ее не заканчивают (Гемара). ОДНАКО НЕЛЬЗЯ
НАЧИНАТЬ ЕЕ ЧЕТЫРНАДЦАТОГО нисана ПРЕДНАМЕРЕННО - НЕСМОТРЯ НА ТО, ЧТО ЕЕ МОЖНО
ЗАКОНЧИТЬ до полудня.
 А МУДРЕЦЫ ГОВОРЯТ: ТРЕМЯ видами РЕМЕСЛА
ЗАНИМАЮТСЯ В КАНУН ПЕСАХА ДО ПОЛУДНЯ повсеместно, причем эти три вида работы
даже можно начать четырнадцатого нисана с тем, чтобы закончить их до полудня
(Рош). Гемара объясняет, что причина этого в чрезвычайной важности этих работ для
нужд праздника - так что мудрецы в некоторых случаях разрешили их даже в  хол-гамоэд.
 А ИМЕННО, вот эти работы: ШЬЮТ одежду. Поскольку мудрецы позволили в  хол-гамоэд
 делать эту работу тем, кто не является профессиональным портным (см. Моэд
катан 8:1), в канун  Песаха,  статус которого менее строгий, чем  хол-гамоэд,
 ее разрешили даже профессионалу.
 СТРИГУТ волосы И СТИРАЮТ белье.
Поскольку тому, кто вернулся из далекого путешествия или был освобожден из
тюрьмы в  хол-гамоэд,  разрешено стричься и стирать одежду (Моэд катан
3:1-2), в канун  Песаха  это можно делать всем до полудня.
 РАБИ ЙОСЕЙ БАР ЙЕГУДА ГОВОРИТ: И
САПОЖНИКИ работают ТОЖЕ. Опять же, поскольку паломникам, пришедшим на праздник
в Иерусалим, разрешили починять свою обувь в  хол-гамоэд,  в канун  Песаха
 до полудня сапожникам разрешили даже шить новую обувь.
 Однако мудрецы не согласны с раби Йосей
бар Йегудой. Они считают, что "из закона о конце работы не выводят закон о
начале работы". То есть: из того, что паломникам действительно можно
чинить свою обувь в  хол-гамоэд,  вовсе не следует, что можно шить новую
обувь в канун  Песаха.  И  ГАЛАХА  СООТВЕТСТВУЕТ МНЕНИЮ МУДРЕЦОВ.
 Что же касается раби Меира, то мудрецы
не спорят с ним, а дополняют его слова.
 Мы объяснили содержание этой мишны
согласно точке зрения большинства комментаторов. Однако Рамбам считает, что
речь в ней идет именно о таком месте, где принято работать в канун  Песаха  до
полудня. Там же, где в канун  Песаха  работать не принято, даже ту работу,
которую начали раньше, нельзя заканчивать четырнадцатого нисана. Причем там,
где вообще-то принято работать в этот день, закончить разрешено только ту
работу, которая связана с подготовкой к празднику; если же она никак с этим не
связана, то четырнадцатого нисана ее запрещено даже заканчивать. И нельзя
начинать в этот день работу, хоть и связанную с подготовкой к празднику.
Исключение составляют только те три вида работ, которые перечисляют мудрецы: их
можно даже начинать в канун  Песаха  (по причине, указанной выше) с тем,
чтобы закончить до полудня - но только там, где вообще принято работать
четырнадцатого нисана (Рамбам и его комментарии к Мишне; "Мишне-Тора",
Законы о праздниках 18:9, и см. там возражение Раавада).

 Мишна седьмая

 САЖАЮТ кур В ГНЕЗДО ЧЕТЫРНАДЦАТОГО
нисана РАДИ ПТЕНЦОВ, А УБЕЖАВШУЮ КУРИЦУ ВОЗВРАЩАЮТ НА МЕСТО; ЕСЛИ ЖЕ наседка
УМЕРЛА - САЖАЮТ ДРУГУЮ ВМЕСТО НЕЕ. ВЫГРЕБАЮТ навоз ИЗ-ПОД НОГ СКОТИНЫ
ЧЕТЫРНАДЦАТОГО нисана, А В МОЭД - СГРЕБАЮТ К СТОРОНАМ. ОТНОСЯТ ВЕЩИ МАСТЕРУ В
ДОМ И ПРИНОСЯТ НАЗАД - НЕСМОТРЯ НА ТО, ЧТО ОНИ НЕ НУЖНЫ К ПРАЗДНИКУ.


Объяснение мишны седьмой

 САЖАЮТ кур В ГНЕЗДО - на яйца. Мишна
говорит "в гнездо", потому что яйца раскладывают на соломе или на
сене так, как они лежат к птичьем гнезде (Гамеири). ЧЕТЫРНАДЦАТОГО нисана - согласно
одним комментаторам, даже после полудня, поскольку это не является настоящей
работой; согласно другим - только перед полуднем и именно там, где не принято
делать никакой работы в канун  Песаха  (Гамеири; см. "Тосфот Йомтов"
и "Млехет Шломо"). РАДИ ПТЕНЦОВ - для того, чтобы куры высиживали
птенцов (Раши).
 А УБЕЖАВШУЮ КУРИЦУ - курицу, сбежавшую с
яиц, на которые она была посажена, чтобы высиживаить их, - ВОЗВРАЩАЮТ НА МЕСТО,
хотя зачастую это не так уж легко.
 Гемара разъясняет, что последняя фраза
относится к  хол-гамоэду,  так как про четырнадцатое нисана говорить это
незачем: из первой фразы мишны ясно, что если можно усаживать кур на яйца, то
тем более можно возвращать их, если они убежали. Однако в  хол-гамоэд  нельзя
усаживать кур на яйца, и наша мишна призвана сообщить, что в случае, если
курицу усадили на яйца накануне праздника и она убежала в  хол-гамоэд,  ее
разрешается возвращать на место.
 В Гемаре уточняют также, что возвращать
курицу на яйца в  хол-гамоэд  можно лишь тогда, КОГДА ЕЩЕ НЕ ПРОШЛО ТРЕХ
ДНЕЙ С МОМЕНТА, КОГДА ОНА СБЕЖАЛА С НИХ - когда она еще чувствует к ним тепло и
ее легко усадить снова, и КОГДА ОНА УЖЕ СИДЕЛА НА НИХ ТРИ ДНЯ - так как тогда
эти яйца уже не годятся для еды и считаются пропавшими. ОДНАКО ПОСЛЕ ТОГО, КАК
ПРОШЛИ ТРИ ДНЯ С МОМЕНТА, КОГДА ОНА СБЕЖАЛА С НИХ - она уже не чувствует к ним
тепла и вернуть ее весьма нелегко, - ИЛИ ДАЖЕ В ТЕЧЕНИЕ ТРЕХ ДНЕЙ С ТОГО
МОМЕНТА, КАК ОНА СБЕЖАЛА, ОДНАКО ЕСЛИ ЕЩЕ НЕ СИДЕЛА НА НИХ ТРИ ДНЯ и яйца
годятся в пищу тому, кто не изнежен, так что большого убытка здесь нет, их
можно дешево продать тому, кто их ест - НЕЛЬЗЯ ВОЗВРАЩАТЬ ЕЕ.
 Согласно другому мнению, которое также
приводит Гемара, даже если еще не прошло три дня после того, как курица села на
яйца, ее можно возвратить на них в  хол-гамоэд  во избежание убытка,
несмотря на то, что он не так уж велик.
 ЕСЛИ ЖЕ наседка, которую посадили
высиживать яйца, УМЕРЛА - САЖАЮТ ДРУГУЮ ВМЕСТО НЕЕ.
 Некоторые комментаторы говорят, что это
тоже относится к  хол-гамоэду,  и причиной является стремление избежать
убытка (Гамеири). Другие же считают, что речь идет о четырнадцатом нисана и что
эта  галаха  связана с тем, что мишна сообщала в самом начале, - и отсюда
следует, что в  хол-гамоэд  нельзя сажать на яйца другую курицу вместо
умершей, так как это стоит большого труда (Рамбам; см. также Бартануру и
"Тосфот Йомтов").
 ВЫГРЕБАЮТ навоз ИЗ-ПОД НОГ СКОТИНЫ,
чтобы вынести его из хлева наружу и свалить в кучу, ЧЕТЫРНАДЦАТОГО нисана - как
считает большинство комментаторов, даже после полудня, А В МОЭД - однако в  хол-гамоэд
-  СГРЕБАЮТ навоз К СТОРОНАМ хлева и собирают его в одном из углов, но не
выносят наружу, чтобы свалить в общую кучу.
 Также в течение всего дня четырнадцатого
нисана ОТНОСЯТ ВЕЩИ, требующие починки, МАСТЕРУ В ДОМ И ПРИНОСЯТ НАЗАД
исправленные или новые вещи - НЕСМОТРЯ НА ТО, ЧТО ОНИ НЕ НУЖНЫ К ПРАЗДНИКУ.
 Если в канун  Песаха  разрешено
относить мастеру неисправные вещи для ремонта, то уж тем более можно приносить
от него вещи исправленные или новые. Тем не менее, в  хол-гамоэд  нельзя
нести мастеру никакие вещи - даже те, которые нужны в праздник, - а приносить
от него можно только те, которые действительно нужны в праздник (Моэд катан
2:4).
 Мы дали объяснение начала этой мишны на
основе комментариев Раши и Гамеири, однако другие комментаторы трактуют его
по-иному. В их освещении оно принимает такой вид: УСТРАИВАЮТ ГНЕЗДА
ЧЕТЫРНАДЦАТОГО нисана ДЛЯ ПТЕНЦОВ - то есть, для только что вылупившихся
цыплят, однако в этот день нельзя посадить курицу на яйца (другой комментарий,
приводимый Гамеири от имени мудрецов Нарбонны). А автор "Магид мишнэ",
комментируя Рамбама (Законы о праздниках 8:21), старается доказать, что речь
идет просто об устройстве курятника (и так же объясняет это "Тифэрет
Исраэль).
 Однако если так, то теряет смысл вопрос
Гемары, который она задает по поводу сказанного здесь, что "убежавших кур
возвращают на место": "ЕСЛИ САЖАТЬ МОЖНО, ТО ТЕМ БОЛЕЕ МОЖНО
ВОЗВРАЩАТЬ - ДЛЯ ЧЕГО ЖЕ МИШНЕ ГОВОРИТЬ ОБ ЭТОМ?" В свете их объяснения
для такого вопроса вообще нет места. Правда, эти комментаторы прилагают усилия
к тому, чтобы уладить это противоречие, однако здесь не место подробно
разбирать их аргументы (см. "Тифэрет Исраэль" и "Магид
мишнэ").
 Впрочем, и Раши приводит другой вариант
текста мишны, согласно которому речь идет не только курах, но и о голубях:
"Сажают [голубей] в голубятню и кур [на яйца]". Этот вариант лучше
согласуется с простым смыслом слов, так как "шовах" (который,
согласно другим комментариям, нам пришлось переводить как "гнездо"
или как "курятник") означает именно "голубятню" (как
замечает Раши в этом же комментарии).
 Вслед за ним и Бартанура объясняет это
место в мишне, что речь здесь идет о том, что четырнадцатого нисана разрешается
сажать голубок на яйца, чтобы они высиживали птенцов. Однако он дает еще один
вариант текста: "Сажают [голубок] в голубятни четырнадцатого [нисана], а
убежавшую курицу возвращают на место" (см. "Тосфот Йомтов").

 Мишна восьмая

 ШЕСТЬ ВЕЩЕЙ ДЕЛАЛИ ЖИТЕЛИ ЙЕРИХО - В
ТРЕХ ИХ ОСТАНОВИЛИ, А В ТРЕХ ИХ НЕ ОСТАНОВИЛИ. ВОТ В ЧЕМ ИХ НЕ ОСТАНОВИЛИ:
ПРИВИВАЛИ ФИНИКОВЫЕ ПАЛЬМЫ ВЕСЬ ДЕНЬ, СЛИВАЛИ "ШМА", ЖАЛИ И СКИРДОВАЛИ
ПЕРЕД ПРИНЕСЕНИЕМ ОМЕРА - И НЕ ОСТАНОВИЛИ ИХ. А ВОТ В ЧЕМ ИХ ОСТАНОВИЛИ:
РАЗРЕШАЛИ МОЛОДЫЕ ПОБЕГИ ПОСВЯЩЕНИЙ, ЕЛИ В СУББОТУ ПАДАНЦЫ, ОТДАВАЛИ ПЕА ОТ
ОВОЩЕЙ - И ОСТАНОВИЛИ ИХ МУДРЕЦЫ.


Объяснение мишны восьмой

 ШЕСТЬ ВЕЩЕЙ ДЕЛАЛИ ЖИТЕЛИ ЙЕРИХО, потому
что так было у них принято, против воли мудрецов, - В ТРЕХ случаях из шести
мудрецы ИХ ОСТАНОВИЛИ, запретив так делать, А В других ТРЕХ случаях мудрецы ИХ
НЕ ОСТАНОВИЛИ - но, тем не менее, не примирились с таким обычаем.
 ВОТ В ЧЕМ ИХ НЕ ОСТАНОВИЛИ:
 1) Жители Йерихо ПРИВИВАЛИ ФИНИКОВЫЕ
ПАЛЬМЫ ВЕСЬ ДЕНЬ четырнадцатого нисана. В Йерихо, славящемся своими финиками,
как раз в период  Песаха  занимались прививкой финиковых пальм для того,
чтобы их плоды становились лучше. Однако поскольку опоздание с прививкой хоть
на один день может принести ущерб качеству плодов, было принято делать это даже
в течение всего дня накануне  Песаха  (см., что "Тосфот Йомтов"
приводит от имени "Ароха").
 2) Кроме того, жители Йерихо отличались
тем, что СЛИВАЛИ молитву "ШМА". Гемара приводит  барайту,  в
которой раби Йегуда разъясняет, что, сказав первую фразу "Шма" ("Слушай,
Израиль, Г-сподь, Б-г наш, Г-сподь - един"), жители Йерихо не
останавливались для того, чтобы добавить: "Благословенно имя славного
царства Его во веки веков", а сразу же продолжали: "Люби Г-спода,
твоего Б-га", и т.д.
 Иное объяснение дает в той же  барайте
 раби Меир: он говорит, что жители Йерихо "не прерывались" в
"Шма". По мнению Раши, это значит, что они не делали никакой - даже
самой маленькой - паузы между словами "един" и "люби" и
нисколько не затягивали слово "един", как того требует  Галаха.  Согласно
же другим комментаторам, по мнению раби Меира, жители Йерихо произносили всю
фразу "Слушай, Израиль..." на одном дыхании, сливая слова, не
останавливаясь между ними, чтобы создать соответствующий душевный настрой (см.
"Тосфот Йомтов" и "Тифэрет Исраэль").
 3) И, наконец, в Йерихо было принято,
что ЖАЛИ И СКИРДОВАЛИ сжатые злаки ПЕРЕД ПРИНЕСЕНИЕМ ОМЕРА - в нарушение  Галахи.
 В Торе сказано о принесении  омера  (Ваикра 23:10): "Первинки
вашей жатвы" - из чего следует, что для того, чтобы  омер  действительно
был "первинками вашей жатвы", до его принесения в Храм нельзя жать ни
один из пяти видов злаков.
 Однако запрет касается только тех полей,
из урожая которых  Галаха  разрешает приносить  оивр.  Что же
касается полей, требующих искусственного орошения, находящихся в долинах, на
которых вырастают злаки низкого качества, не годящиеся поэтому для  омера,  то
урожай на них разрешается сжинать и до принесения  омера  (Рамбам, Законы
о жертвоприношениях тамид и мусаф 7:13). Тем не менее, мудрецы разрешили только
жать на этих полях, но не собирать колосья в скирды, чтобы предотвратить
употребление в пищу нового урожая раньше, чем будет принесен  оивр.  Об
этом говорит Мишна (Мнахот 10:8): "ЖНУТ колосья НА ПОЛЯХ С ИСКУССТВЕННЫМ
ОРОШЕНИЕМ, НАХОДЯЩИХСЯ В ДОЛИНАХ, НО НЕ СКИРДУЮТ". Тем не менее, жители
Йерихо, поля которых как раз были такими, не только сжинали урожай до
принесения  омера,  но и складывали его в скирды, как говорит Мишна (там
же): "ЖИТЕЛИ ЙЕРИХО ЖНУТ С ОДОБРЕНИЯ МУДРЕЦОВ, НО СКИРДУЮТ ПРОТИВ ВОЛИ
МУДРЕЦОВ".
 И НЕ ОСТАНОВИЛИ ИХ мудрецы - не
запретили делать все, что перечислено выше.
 А ВОТ В ЧЕМ ИХ ОСТАНОВИЛИ мудрецы:
 1) В Йерихо было принято, что РАЗРЕШАЛИ
использовать в собственных целях МОЛОДЫЕ ПОБЕГИ, то есть молодые, мягкие
веточки деревьев - ПОСВЯЩЕНИЙ рожковых деревьев и сикомор. Жители этого города
говорили в оправдание такого обычая, что, якобы, их отцы объявили  посвящением
 только стволы этих деревьев, чтобы защитить их от тех, кто, пользуясь своей
силой, срубал чужие деревья, и что потому вырастающие на них молодые и нежные
побеги не являются  посвящением  и, следовательно, разрешены для любого
употребления (Раши).
 Рамбам же трактует эти слова мишны
несколько иначе: по его мнению, речь идет о  ПОЛЯХ-посвящениях.  Жители
Йерихо говорили, что плоды запрещены только тогда, когда они объявлены  посвящением;
 если же  посвящением  объявлено поле, то все, что вырастает на нем
после этого, разрешено в пищу.
 Есть другой вариант текста этой мишны: ОТСЕКАЛИ
МОЛОДЫЕ ПОБЕГИ - то есть, жители Йерихо срубали для себя веточки, выросшие на
деревьях после того, как их объявили  посвящением  (Бартанура; см. также "Млехет
Шломо").
 2) Жители Йерихо ЕЛИ В СУББОТУ ПАДАНЦЫ,
которые находили под фруктовыми деревьями, не задумываясь над тем, когда эти
плоды упали с дерева: в пятницу ли - и тогда они, согласно  Галахе,  разрешены,
в субботу ли - и тогда они запрещены как  мукцэ  (Рамбам, Бартанура).
 3) И еще в Йерихо ОТДАВАЛИ беднякам ПЕА
ОТ ОВОЩЕЙ - в то время как  Галаха  освобождает овощи от  пеа  (см.
Пеа 1:4), так как их не оставляют на длительное хранение, однако обязывает
отделять от них  маасер.
 Результатом же того, что жители Йерихо
оставляли  пеа  от овощей, было то, что бедняки ели запрещенную пищу:
поскольку  пеа  не подлежит отделению  маасера,  бедняки этого не
делали, думая, что в их руках настоящая  пеа -  в то время как эти овощи
ею не являлись и потому подлежали отделению  маасера.
 И ОСТАНОВИЛИ ИХ МУДРЕЦЫ - потому что на
самом деле молодые побеги, выросшие на  посвящении,  тоже являются таковым
и запрещены для какого бы то ни было употребления; потому что паданцы, которые
находят в субботу под деревом, нельзя брать, подозревая, что они упали с дерева
в субботу и поэтому не  мукцэ  ли они; и, наконец, от овощей не оставляют  пеа,
 поскольку из-за этого их освобождают от отделения  маасера.

 Мишна девятая

 ШЕСТЬ ВЕЩЕЙ СДЕЛАЛ ЦАРЬ ХИЗКИЯГУ - В
ТРЕХ ПРИЗНАЛИ ЕГО ПРАВОТУ, А В ТРЕХ НЕ ПРИЗНАЛИ ЕГО ПРАВОТУ. ПРОВОЛОК КОСТИ
ОТЦА СВОЕГО НА ВЕРЕВОЧНЫХ НОСИЛКАХ - И ПРИЗНАЛИ ЕГО ПРАВОТУ; РАЗРУБИЛ МЕДНОГО
ЗМЕЯ - И ПРИЗНАЛИ ЕГО ПРАВОТУ; СПРЯТАЛ КНИГУ ЛЕКАРСТВ - И ПРИЗНАЛИ ЕГО ПРАВОТУ.
В ТРЕХ случаях НЕ ПРИЗНАЛИ ЕГО ПРАВОТУ: РАЗРУБИЛ ДВЕРИ ХРАМА И ОТОСЛАЛ ИХ ЦАРЮ
АССИРИИ - И НЕ ПРИЗНАЛИ ЕГО ПРАВОТУ; ЗАТКНУЛ ИСТОЧНИК ВЕРХНИЙ ТИХОН - И НЕ
ПРИЗНАЛИ ЕГО ПРАВОТУ; ОБЪЯВИЛ В НИСАНЕ НИСАН ТРИНАДЦАТЫМ МЕСЯЦЕМ ГОДА - И НЕ
ПРИЗНАЛИ ЕГО ПРАВОТУ.


Объяснение мишны девятой

 Эта мишна без всяких изменений
приводится в Гемаре в качестве  барайты  (Псахим 56а), и Рамбам в своем
комментарии тоже указывает, что эта мишна - в действительности не что иное, как
цитата из "Тосефты". Она появляется здесь по ассоциации с предыдущей мишной,
на которую похожа по строению.
 ШЕСТЬ ВЕЩЕЙ СДЕЛАЛ ЦАРЬ ХИЗКИЯГУ, В ТРЕХ
из них мудрецы ПРИЗНАЛИ ЕГО ПРАВОТУ - согласившись, что это действительно
следовало сделать, А В ТРЕХ других случаях НЕ ПРИЗНАЛИ ЕГО ПРАВОТУ.
 В каких случаях мудрецы одобрили
поступки Хизкиягу?
 Когда он ПРОВОЛОК КОСТИ СВОЕГО ОТЦА,
царя Ахаза, злодея и нечестивца, НА ВЕРЕВОЧНЫХ НОСИЛКАХ, лишив его погребальных
носилок, полагающихся мертвому по его сану, - то есть, не похоронил своего отца,
оказав ему подобающие почести. Об этом сказано в книге "Диврей гаямим"
(2, 28:27): "И почил Ахаз со своими отцами, и похоронили его в Иерусалиме,
в городе, ПОТОМУ ЧТО НЕ ПОЛОЖИЛИ ЕГО В ГРОБНИЦУ ЦАРЕЙ ИЗРАИЛЬСКИХ". Хизкиягу
поступил так с целью, чтобы позор, постигший его отца после смерти, стал
искуплением грехов, совершенных им при жизни. Кроме того, показав всем, какому
поношению подверглись останки отступника от Торы, Хизкиягу хотел внушить живым
нечестивцам такое отвращение ко злу, чтобы в них пробудилось стремление
исправиться (Раши). Иначе говоря, намерением Хизкиягу было освящение Б-жьего
Имени на земле. И поэтому мудрецы ПРИЗНАЛИ ЕГО ПРАВОТУ в этом деле.
 Кроме того, царь Хизкиягу РАЗРУБИЛ
МЕДНОГО ЗМЕЯ, оставшегося с времен Моше-рабейну (см. Бемидбар 21:6-9) и
хранившегося в Храме, как об этом сказано в книге "Млахим" (2,18:4):
"Он отменил [совершение жертвоприношений на] частных жертвенниках... и
разломал медного змея, которого сделал Моше, потому что до того самого времени
сыны Израиля воскуряли ему". И мудрецы ПРИЗНАЛИ ЕГО ПРАВОТУ - потому что
он уничтожил источник заблуждения, вводивший народ в соблазн языческого
служения.
 Еще Хизкиягу СПРЯТАЛ - лишив людей
доступа к ней - КНИГУ ЛЕКАРСТВ. Раши пишет: "Потому что из-за того, что
против всякой болезни эта книга давала лекарство, благодаря которому сразу же
становились здоровым, сердце их не смирялось перед Всевышним, когда Он посылал
им болезни". То есть, до тех времен существовала "Книга
лекарств", автором которой считался царь Шломо, в ней были записаны
рецепты лекарств против любой болезни. Когда царь Хизкиягу заметил, что из-за
этого люди перестали бояться Всевышнего и, заболев, не надеялись на Его помощь,
он спрятал эту книгу, положив ее в тайник на вечное хранение.
 Однако Рамбам резко возражает против
этого объяснения: "Значит, согласно их легковесному и извращенному мнению,
если голодный человек наестся и, без сомнения, станет чувствовать себя здоровым
и сильным, он тут же перестанет уповать на Всевышнего и надеяться на Его
помощь?! Эх, глупцы, мы скажем вам: точно так же, как мы будем благодарить
Всевышнего за то, что Он доставил нам пищу, насытившую нас, что Он избавил нас
от голода и вернул нам жизнь и здоровье, мы, когда выздоровеем от болезни,
будем благодарить Его за то, что Он доставил нам лекарство, излечившее нас, что
Он вернул нам жизнь и здоровье".
 Поэтому Рамбам предлагает иное
объяснение тому, что сказано в мишне. Он пишет, что "Книга лекарств",
которую спрятал царь Хизкиягу, была посвящена описанию различных фигур,
образующихся в известные моменты времени от сочетаний звезд и планет, - причем
каждая из них помогала против определенной болезни. "И автор этой книги, -
подчеркивает Рамбам, - излагал в ней только знания о природе окружающего мира,
вовсе не предлагая другим осуществлять на деле то, что написано в ней... Потому
что есть вещи, которые Всевышний запретил делать, но разрешил изучать и
постигать. Об этом сказано в Торе (Дварим 18:9): "Не учись, чтоб совершать
мерзости, подобные [тем, что совершают] эти народы", и сказали мудрецы:
отсюда следует, что именно для того, чтобы совершать на деле, ты не имеешь
права изучать это, однако тебе позволяется это изучать для того, чтобы понять
самому и давать указания другим. И вот, когда люди начали верить в эти фигуры и
использовать их для излечения от болезней, думая в своем заблуждении, будто те
обладают Божественной силой, спрятал Хизкиягу "Книгу лекарств, чтобы
лишить невежественные массы доступа к ней".
 И мудрецы снова ПРИЗНАЛИ ЕГО ПРАВОТУ.
 Но В ТРЕХ других случаях мудрецы НЕ
ПРИЗНАЛИ ЕГО ПРАВОТУ.
 А именно:
 Когда Хизкиягу РАЗРУБИЛ ДВЕРИ ДВЕРИ
ХРАМА И ОТОСЛАЛ ИХ ЦАРЮ АССИРИИ - как об этом написано (Млахим 2, 18:16):
"Тогда разрубил Хизкиягу двери Храма Г-спода... и отдал их царю
ассирийскому". То есть, он снял золото, которым были покрыты двери Храма и
послал его царю Ассирии, желая подкупить, чтобы тот не воевал против него. И НЕ
ПРИЗНАЛИ мудрецы ЕГО ПРАВОТУ - потому что ему следовало уповать на Всевышнего и
верить, что Он в состоянии спасти Иерусалим от ассирийских полчищ.
 Также царь Хизкиягу ЗАТКНУЛ ИСТОЧНИК
ручья ВЕРХНИЙ ТИХОН, чтобы лишить воды ассирийское войско, если оно осадит
Иерусалим, - как об этом сказано в книге "Диврей гаямим" (2,32:30):
"И он, Хизкиягу, заткнул источник воды Верхнего Тихона", и еще (там
же 32:4): "И заткнули все родники и поток, бьющий из-под земли, говоря:
зачем придут ассирийские цари и найдут много воды?" И опять НЕ ПРИЗНАЛИ
мудрецы ЕГО ПРАВОТУ, потому что он должен был уповать на Всевышнего и верить
тому, что передал ему от Его имени пророк Йешаягу (Млахим 2,20:6): "И
защищу Я этот город, чтобы спасти его". Кроме того, заткнув источники
воды, Хизкиягу причинил зло своему собственному народу.
 Еще Хизкиягу ОБЪЯВИЛ В НИСАНЕ - уже
после того, как начался месяц нисан, он решил сделать год високосным и объявить
НИСАН ТРИНАДЦАТЫМ МЕСЯЦЕМ ГОДА - то есть, предыдущим месяцем, вторым адаром,
отступив в отсчете месяцев года назад, чтобы дать больше времени для подготовки
к празднику  Песах.  Об этом сказано в "Диврей гаямим"
(2,30:2-3): "И посоветовались царь, его князья и вся община в Иерусалиме,
[и решили] праздновать Песах во втором месяце - так как не могли сделать это в
то время, потому что [еще] не осветилось когенов достаточно".
 Гемара уточняет, что на самом деле
Хизкиягу объявил год високосным еще не в самом нисане, а тридцатого числа
месяца адар (см. Сангедрин 126), однако мудрецы Торы не согласились с решением
царя, И НЕ ПРИЗНАЛИ ЕГО ПРАВОТУ.
 Дело в том, что в тридцатый день месяца
адара уже поздно принимать решение, что год будет високосным (из тринадцати
месяцев), так как в этот день, в принципе, уже может начаться нисан. В обычный,
не високосный, год в адаре всегда только 29 дней - значит, его тридцатый день
фактически уже новомесячье нисана. По этой причине в этот день не объявляют год
високосным, потому что, согласно  Галахе,  это следует делать только в
течение адара.




 

 

Добавить комментарий

Текст комментария не должен содержать оскорбительных фраз по отношению к кому либо
Текст комментария не должен содержать нецензурных слов.


Защитный код
Обновить

Language

Russian English French German Italian Portuguese Spanish

Рейтинг:  0 / 5

Звезда не активнаЗвезда не активнаЗвезда не активнаЗвезда не активнаЗвезда не активна
 

ТАЛМУД  Мишна  Раздел Моэд  Трактат Псахим

   


 Введение




 Трактат Мишны "Псахим"
посвящен, в основном, трем главным законам: 1) о  хамеце  и  маце, 2) о  совершении
жертвоприношения  песах  и 3) о проведении  седера  в первую ночь
праздника.
 Согласно Торе, с  хамецем  в
течение праздника  Песах  связаны три запрета. Первый из них - это запрет
УПОТРЕБЛЯТЬ  ХАМЕЦ  В ПИЩУ. Основанием для него служат следующие слова
Торы: "Семь дней ешьте опресноки... ибо душа всякого, кто будет есть
квасное с первого дня [праздника] до седьмого, будет отторгнута от [духовного
народа] Израиля" (Шмот 12: 15). Второй - запрет ИЗВЛЕКАТЬ ИЗ  ХАМЕЦА  КАКУЮ
БЫ ТО НИ БЫЛО ПОЛЬЗУ. В Торе сказано: "И не используйте квасное для
пищи" (Шмот 13: 3). Из этого мудрецы Торы делают вывод, что какое бы то ни
было использование  хамеца,  прямо или косвенно связанное с питанием,
запрещено (Псахим 21б, см. комм. Раши). И третий - это запрет ОСТАВЛЯТЬ  ХАМЕЦ
 В СВОЕМ ВЛАДЕНИИ В ТЕЧЕНИЕ ВСЕГО ПРАЗДНИКА  ПЕСАХ.  Об этом в Торе
буквально сказано: "И пусть никто [даже] не сможет увидеть квасного, и
пусть никто [даже] не сможет увидеть закваски во всех ваших пределах"
(Шмот 13: 7). И еще: "Семь дней пусть закваски не будет в ваших
домах" (Шмот 12: 19). Отсюда следует, что еще до момента, когда вступает в
силу запрет употреблять  хамец  в пищу, его уже не должно быть во владении
еврея. Тора говорит (Шмот 12: 15): "Но в первый день очистите ваши дома от
квасного", а из Устной Торы известно, что "первый день", о
котором здесь сказано, это четырнадцатое нисана, то есть канун  Песаха.
 Согласно другой точке зрения, которую
приводит Гемара, тот же самый запрет вытекает из другого отрывка в Торе (Шмот
34: 25): "Не режь, пока есть квасное [в твоем владении], жертву,
посвященную Мне, [и не брызгай ее] кровь [на жертвенник]". То есть: Тора
запрещает еврею резать ягненка (или козленка), предназначенного для
жертвоприношения песах,  все время, пока в пределах его владения еще
остается  хамец.  Как известно, жертву  песах  режут четырнадцатого
нисана после полудня - значит,  хамец  должен быть убран из еврейских
домов к этому времени.
 Что практически означает предписание
Торы "очистить дом от квасного"?
 Гемара приводит несколько мнений об
этом. Согласно одному из них, речь идет о мысленном отречении - по ее
выражению, "суть отречения - в сердце". А именно: "Пусть каждый
отречется в сердце своем от всего квасного, принадлежащего ему, и приравняет
его к праху земному. Пусть он начнет думать, что в его владениях вообще нет
никакого квасного, а если и есть, то оно словно прах земной, совершенно ни на
что не пригодный" (Рамбам, Законы о маце и о хамеце 2: 2). И, кстати,
переводчики Торы на арамейский язык Йонатан бен Узиэль и Онкелос перевели повеление
"очистите ваши дома от квасного" именно так: "объявите
несуществующим".
 Согласно другой точке зрения,
"очищение дома от квасного" означает физическое уничтожение  хамеца,
 и потому одного только мысленного отречения от него недостаточно. Что же
касается изречения Гемары "суть отречения - в сердце", то оно
действенно только в одном отношении: когда ради того, чтобы не нарушить запрет
иметь  хамец  в своем владении в течение  Песаха,  его объявляют
бесхозным, не принадлежащим никому. Раз в Торе сказано: "И пусть никто
[даже] не сможет увидеть квасного... во всех пределах твоих", то отсюда
следует: ты не имеешь права видеть в своих владениях ПРИНАДЛЕЖАЩИЙ ТЕБЕ  хамец,
 однако видеть в своих владениях ЧУЖОЙ  хамец  запрета нет (Псахим 46,
Тосафот). Иными словами: с того самого момента, когда еврей мысленно отрекается
от своего  хамеца,  последний уже не считается находящимся в его владении,
а его бывший хозяин не нарушает запрета иметь  хамец  в  Песах.  Однако,
тем не менее, предписание "очистить дом от квасного" он не исполняет
до тех пор, пока не уничтожит свой  хамец  в буквальном смысле слова.
 Есть, правда, точка зрения, что заповедь
"очистить дом от квасного" можно исполнить любым из этих двух
способов: или мысленно отречься от своего  хамеца,  или физически его
уничтожить без отречения в сердце (Гаран, Гамеири). Но существует мнение, что
эти два способа относятся к двум разным видам  хамеца -  известному и
неизвестному: от  хамеца,  который не нашли, но который, возможно,
находится где-то в доме, необходимо отречься мысленно, однако тот  хамец, о  котором
известно доподлинно, нужно уничтожить в буквальном смысле этого слова ("Кесеф
мишнэ"; Гамеири).
 Среди авторитетов Торы на этот счет есть
и другие мнения. Как бы там ни было, мудрецы предписали  хамец  уничтожать
и потому обязали в ночь на 14 нисана совершать "проверку наличия
хамеца" (которой посвящена глава первая нашего трактата Мишны).
 ЖЕРТВОПРИНОШЕНИЕ ПЕСАХ - центральная
заповедь праздника Песах, о которой Тора дает подробные указания (Шмот
12:3-10). Для жертвы  песах  годятся только ягнята или козлята:
"самец, не достигший года, без единого телесного недостатка". Время,
когда их режут, точно определено в Торе (Бемидбар 9:3):"В четырнадцатый
день этого месяца, ПОСЛЕ ПОЛУДНЯ совершите его, в предназначенное для этого
время ". И сказано также (Шмот 12:6): "Пусть зарежет его вся
собравшаяся [для этого] община Израиля после полудня". Мудрецы разъясняют,
что начало этого времени - шесть так называемых временных часов, то есть
полдень, "когда начинают склоняться вечерние тени". Следовательно, с
полудня 14 нисана, когда  хамец  уничтожен, а солнце начинает склоняться к
западу, уже проявляется святость праздника  Песах,  и с этого времени
вступает в силу запрет совершать какую бы то ни было работу, не связанную
напрямую с подготовкой к празднику.
 Сказано в Торе (Шмот 12:4): "По
числу душ [в доме], в соответствии с мерой еды каждого объединитесь [чтобы
есть] ягненка". Отсюда следует, что ОСНОВНОЕ предназначение жертвы  песах
-  для еды, и что тем самым она отличается от всех других жертвоприношений,
части которых разрешено есть (как разъясняется в главе седьмой). Отсюда также
вытекает, что  песах  можно резать лишь тогда, когда точно известно, кто
примет участие в  седере,  и что минимальное количество мяса жертвы  песах,
 которое необходимо съесть, это  казаит.  Все остальные подробности
того, как жертву  песах  режут, свежуют, жарят и едят, как это
жертвоприношение совершают в состоянии  ритуальной нечистоты,  кто именно
обязан сделать это не 14 нисана, а через месяц, в  Песах шейни -  все эти
вопросы рассматриваются в этом трактате.
 Его первые три главы посвящены разбору
законов, связанных с исполнением запрета  хамеца в  течение  Песаха.
 Глава четвертая рассматривает запрет
работать в канун  Песаха.
 Главы с пятой по девятую обсуждают все,
что связано с совершением жертвоприношения  песах.
 И, наконец, глава десятая подробно
излагает правила проведения  седера  в первую ночь праздника. Рамбам
объясняет, почему в последовательности трактатов Мишны "Псахим" идет
сразу за трактатами "Шабат" и "Эйрувин": потому что в главе
Торы о праздниках  Песах  упоминается сразу после Субботы, а также потому,
что заповедь о  Песахе -  первая заповедь, данная Всевышним народу Израиля
через Моше. Но почему этот трактат назван "Псахим" (то есть "Песахи",
во множественном числе), а не "Песах"?
 Наиболее простой из ответов - потому что
в нем рассматриваются как законы празднования "первого", основного
праздника  Песах,  так и законы, связанные со "вторым Песахом",  Песах
шейни.
 Гамеири, однако, рассказывает, что во
времена  гаонов  этот трактат разделили на два. Один из них, включавший
первые четыре главы и главу десятую, рассматривал законы о  хамеце, маце  и
проведении  седера,  а второй, состоявший из глав с пятой по девятую, был
целиком посвящен жертвоприношению  песах.  Первый из этих трактатов
называли "Песах ришон", то есть "Первый [трактат о]
Песахе", а второй - "Песах шейни", "Второй [трактат о]
Песахе". Когда же их вновь объединили вместе, то весь трактат в целом
стали называть "Псахим", во множественном числе.




 Глава первая





 Мишна первая

 В НОЧЬ НА ЧЕТЫРНАДЦАТОЕ нисана ПРОВЕРЯЮТ
наличие ХАМЕЦА ПРИ СВЕТЕ СВЕЧИ. КАЖДОЕ МЕСТО, КУДА НЕ ЗАНОСЯТ ХАМЕЦ, ПРОВЕРКИ
НЕ ТРЕБУЕТ. А ПОЧЕМУ мудрецы СКАЗАЛИ О ДВУХ РЯДАХ бочек В ПОГРЕБЕ? Они имели в
виду МЕСТО, КУДА ЗАНОСЯТ ХАМЕЦ. ШКОЛА ШАМАЯ ГОВОРИТ: Проверяют ДВА ПЕРЕДНИХ
РЯДА бочек ВО ВСЮ ШИРЬ ПОГРЕБА, А ШКОЛА ГИЛЕЛЯ ГОВОРИТ: ДВА ВНЕШНИХ, ТО ЕСТЬ
ВЕРХНИХ РЯДА.


Объяснение мишны первой

 Во Введении было уже упомянуто, что
мудрецы Торы обязали проверять наличие  хамеца  в доме перед наступлением  Песаха.
 А именно: искать  хамец  в каждом месте, где он может быть, чтобы
затем его уничтожить. Процедура эта на иврите называется  бдикат-хамец,  и
ею занимается наша мишна.
 Смысл процедуры  бдикат-хамец  различные
комментаторы объясняют по-разному. Раши, например, говорит, что ее целью
является гарантия того, что запрет иметь в своем владении  хамей,  во
время  Песаха  не будет нарушен. То есть: несмотря на то, что еврей уже
мысленно отрекся от своего  хамеца  (что, по букве закона Торы, вполне
достаточно), он, все же, должен искать  хамей,  на всей территории,
хозяином которой является, чтобы затем его уничтожить.
 Причиной этого постановления мудрецов
является осознание того, что далеко не всякий человек способен по-настоящему,
категорически отречься от своих прав на принадлежащее ему имущество,
бесповоротно решить, что весь его  хамей,  как бы более не существует, и
совершенно перестать о нем думать. Не все люди в достаточной мере сознательны,
и мудрецы опасаются, как бы кто-нибудь из-за этого не преступил запрет Торы
иметь  хамей,  в  Песах  (Гаран от имени Раши).
 Бартанура же считает, что причиной
установления обязанности делать  бдикат-хамец  было другое опасение: как
бы во время  Песаха  еврей случайно не нашел у себя оставшуюся аппетитную
булочку, не раскаялся в том, что отказался от своих прав на нее и не решил бы
ее сьесть, тем самым преступив запрет Торы.
 Авторы "Тосафот"
придерживаются иной точки зрения. Возражая против объяснения Раши, они ссылаются
на то, что, по букве закона Торы, мысленного отречения от своего  хамеца  вполне
достаточно. Но если так, то для чего же мудрецы обязали совершать  бдикат-хамец!
 Авторам "Тосафот" представляется, что основанием для этого
явилась боязнь, как бы еврей не нашел в  Песах  случайно затерявшийся  хамей,
 и не съел бы его МАШИНАЛЬНО, как в течение всего года привык есть  хамей,
-  не задумываясь. По этой же самой причине - что человек целый год спокойно
ест  хамей, -  мудрецы и усложнили закон о  хамеце:  по Торе, он начинается
лишь с  казаита,  мудрецы же запретили его даже в самом малом количестве.
Возможно, мудрецы сделали исполнение запрета о  хамеце  гораздо более
строгим, чем требует Тора, и обязали еврея собирать у себя весь  хамей,  и
уничтожать его даже после того, как он мысленно отрекся от своих прав на него,
еще по одной причине. А именно - из-за того, что сама Тора относится к  хамецу
 в  Песах  особо серьезно и обусловливает это целыми двумя запретами:  хамеца
 никто не должен ВИДЕТЬ во владении еврея и  хамец  НЕ ДОЛЖЕН НАХОДИТЬСЯ
во владении еврея. И все это - чтобы предохранить еврея от возможности съесть  хамец
в Песах.
 В НОЧЬ НА ЧЕТЫРНАДЦАТОЕ нисана ПРОВЕРЯЮТ
наличие ХАМЕЦА - ищут  хамец  во всем своем владении, во всех местах, где
он может быть, чтобы затем его уничтожить (основание для этого установления см.
во Введении). ПРИ СВЕТЕ СВЕЧИ - потому что именно свет свечи особенно
эффективен при  бдикат-хамец.  Несмотря на то, что, в принципе,  хамец  можно
оставлять в доме до полудня накануне  Песаха,  мудрецы предписали
совершать  бдикат-хамец  накануне ночью, так как ночью люди обычно уже
находятся каждый в своем доме (Гемара). Кроме того, поскольку  бдикат-хамец  надлежит
совершать при свете свечи, это лучше делать ночью, чем днем, так как ночью свет
свечи более эффективен. Тем не менее, тот, кто не совершил  бдикат-хамец  вовремя,
в ночь на 14 нисана, обязан сделать это на следующее утро, причем также при
свете свечи.
 КАЖДОЕ МЕСТО, КУДА обычно в течение
всего года НЕ ЗАНОСЯТ ХАМЕЦ, ПРОВЕРКИ НЕ ТРЕБУЕТ - потому что мы обязаны искать
 хамец  только там, где есть вероятность его найти, то есть во всех
местах, куда, как правило, время от времени  хамец  заносят.
 А ПОЧЕМУ мудрецы прежних времен СКАЗАЛИ
О ДВУХ РЯДАХ бочек В ПОГРЕБЕ - что необходимо проверить их, нет ли там  хамеца 1 ! Потому что они имели в виду только то МЕСТО в винном погребе, КУДА в
течение года иногда ЗАНОСЯТ ХАМЕЦ. Например случается, что человек посреди
трапезы встает из-за стола и идет в погреб, чтобы принести вина, а кусок хлеба
продолжает держать в руке и потом забывает его в погребе.
 КАКИЕ ЖЕ ИМЕННО ДВА РЯДА БОЧЕК В ПОГРЕБЕ
ТРЕБУЮТ ПРОВЕРКИ?
 ШКОЛА ШАМАЯ ГОВОРИТ: Проверяют ДВА
ПЕРЕДНИХ РЯДА бочек ВО ВСЮ ШИРЬ ПОГРЕБА.
 Для понимания сущности проблемы
необходимо указать, что бочки в погребе стоят рядами, одна к другой, на них - другие
бочки, тоже в ряд, на них - третьи, и так до самого потолка. Гемара приводит
две точки зрения, как следует понимать слова школы Шамая. Согласно одной из
них, ДВА ПЕРЕДНИХ РЯДА бочек ВО ВСЮ ШИРЬ ПОГРЕБА - это первый, фронтальный ряд
бочек от пола до потолка и следующий за ним - тоже от пола до потолка. Согласно
другому мнению, нет необходимости проверять ряд бочек, стоящий позади первого,
но в первом ряду необходимо проверить две линии бочек: вертикальную, ближайшую
к входу, и самую верхнюю горизонтальную, по словам Гемары, "видящую
потолок". Иначе говоря, "два передних ряда бочек" - это передняя
вертикаль и верхняя горизонталь первого ряда бочек, в виде буквы "Г".
 А ШКОЛА ГИЛЕЛЯ ГОВОРИТ: ДВА ВНЕШНИХ, ТО
ЕСТЬ ВЕРХНИХ РЯДА. Следовательно, не нужно проверять два передних ряда бочек по
всей ширине погреба, а только два внешних. Однако по вопросу, какие именно это
ряды Гемара тоже приводит два мнения.
 Согласно одному из них, речь идет о
верхней горизонтали ("видящей потолок") первого, фронтального ряда
бочек, и о той, что непосредственно под ней. Согласно другому - это верхняя
горизонталь фронтального ряда бочек и также верхняя горизонталь второго ряда,
то есть первые две линии бочек, "видящие потолок".
 Эта мишна в подлиннике начинается словом
"ор", то есть "свет". Почему оно может употребляться для
обозначения ночи, есть различные объяснения. Одни говорят, что употребление
слова "свет" для обозначения ночи - такой же эвфемизм, как прозвище
слепого "видящий много света", и что составитель Мишны, раби Йегуда Ганаси,
хотел тем самым избежать упоминания в самом начале трактата слова, могущего
произвести нежелательное впечатление (Рамбам). Другие прибавляют к этому: раби
Йегуда Ганаси сделал так, чтобы осуществить сказанное в Тегилим (119:130):
"Начало слов Твоих светит" (Гараза и Гаран). А автор "Тифэрет
Исраэль" пишет: "Это намекает на то, что наилучший  образ  исполнения
заповеди о бдикат-хамец - в самом начале ночи, когда еще немного светло; или же
имеется в виду время, когда звезды зажигаются на небе".

 Мишна вторая

 HE ОПАСАЮТСЯ, ЧТО КРЫСА ПЕРЕТАЩИЛА хамец ИЗ
ПОМЕЩЕНИЯ В ПОМЕЩЕНИЕ ИЛИ С МЕСТА НА МЕСТО - ПОТОМУ ЧТО ЕСЛИ ТАК, то и СО ДВОРА
ВО ДВОР И ИЗ ГОРОДА В ГОРОД, И КОНЦА ЭТОМУ НЕТ.


Объяснение мишны второй

 НЕ ОПАСАЮТСЯ во время  бдикат-хамец,  ЧТО
КРЫСА ПЕРЕТАЩИЛА хамец ИЗ одного ПОМЕЩЕНИЯ, где еще не производили  бдикат-хамец,
 В ПОМЕЩЕНИЕ, где  бдикат-хамец  уже закончили, ИЛИ С одного МЕСТА НА
другое МЕСТО в том же помещении. Например, из одного угла комнаты, который еще
не проверили, в другой угол, который уже очистили от  хамеца.
 Рамбам же комментирует это так: не
опасаются, что крыса перетащит  хамец  из помещения, в которое его обычно
заносят, в другое помещение, куда его, как правило, не заносят (Законы о хамеце
и о маце 2:7; см. его комментаторов там же).
 ПОТОМУ ЧТО ЕСЛИ думать ТАК все время, то
придется бояться, как бы крыса не перетащила  хамец  и СО ДВОРА, где еще не
делали  бдикат-хамец,  ВО ДВОР, где  бдикат-хамец  уже закончили;
ведь не все люди совершают  бдикат-хамец  одновременно. И точно так же
придется опасаться, вдруг крыса перетащит  хамец  ИЗ одного ГОРОДА В
другой ГОРОД, И КОНЦА ЭТОМУ НЕТ.

 Мишна третья

 РАБИ ЙЕГУДА ГОВОРИТ: ПРОВЕРЯЮТ наличие
хамеца В НОЧЬ НА ЧЕТЫРНАДЦАТОЕ нисана, ИЛИ УТРОМ ЧЕТЫРНАДЦАТОГО, ИЛИ ВО ВРЕМЯ
БИУРА. А МУДРЕЦЫ ГОВОРЯТ: НЕ ПРОВЕРИЛ В НОЧЬ НА ЧЕТЫРНАДЦАТОЕ - ПУСТЬ ПРОВЕРИТ
ЧЕТЫРНАДЦАТОГО, НЕ ПРОВЕРИЛ ЧЕТЫРНАДЦАТОГО - ПУСТЬ ПРОВЕРИТ ВО ВРЕМЯ ПРАЗДНИКА,
НЕ ПРОВЕРИЛ ВО ВРЕМЯ ПРАЗДНИКА - ПУСТЬ ПРОВЕРИТ ПОСЛЕ ПРАЗДНИКА. А ТО, ЧТО ОН
ОСТАВЛЯЕТ, ПУСТЬ ПОЛОЖИТ В УКРОМНОМ МЕСТЕ, ЧТОБЫ НЕ ПРИШЛОСЬ ПРОВЕРЯТЬ ЕЩЕ РАЗ.


Объяснение мишны третьей

 Эта мишна говорит о человеке, нечаянно
или умышленно не совершившем  бдикат-хамец в  ночь на 14 нисана.
 РАБИ ЙЕГУДА ГОВОРИТ: ПРОВЕРЯЮТ наличие
хамеца В НОЧЬ НА ЧЕТЫРНАДЦАТОЕ нисана, ИЛИ УТРОМ ЧЕТЫРНАДЦАТОГО нисана, ИЛИ ВО
ВРЕМЯ БИУРА. То есть, мы имеем только три срока для совершения
  бдикат-хамец.  А именно: тот,
кто не проверил наличие  хамеца  в своем владении в ночь на 14 нисана,
обязан сделать это утром 14 нисана, а если он пропустил и этот срок, то у него
еще остается возможность исполнить свой долг во время окончательного
уничтожения  хамеца,  в течение шестого часа (то есть в течение временного
часа, предшествующего полудню). Однако если и этот срок пропущен, более  бдикат-хамец
 совершать нельзя: раби Йегуда опасается, как бы тот, кто будет искать  хамец
 после  биура  и найдет его, не захотел съесть его.
 А МУДРЕЦЫ ГОВОРЯТ: тот, кто НЕ ПРОВЕРИЛ
наличие  хамеца  В НОЧЬ НА ЧЕТЫРНАДЦАТОЕ нисана - ПУСТЬ ПРОВЕРИТ ЧЕТЫРНАДЦАТОГО
в любое время дня; если же НЕ ПРОВЕРИЛ в течение всего дня ЧЕТЫРНАДЦАТОГО
нисана - ПУСТЬ ПРОВЕРИТ наличие  хамеца  ВО ВРЕМЯ ПРАЗДНИКА - то есть
сразу же, как сможет это сделать в течение всей праздничной недели; а если НЕ
ПРОВЕРИЛ и ВО ВРЕМЯ ПРАЗДНИКА - ПУСТЬ ПРОВЕРИТ ПОСЛЕ ПРАЗДНИКА - так как  хамец,
 остававшийся во владении еврея во время Песаха, становится абсолютно
запретным (как будет сказано ниже, в мишне 2:5). Мудрецы считают, что  бдикат-хамец
 можно совершать и после того, как вступает в силу запрет употреблять  хамец
в  пищу, и не бояться, что еврей, который тогда найдет  хамец,  захочет
съесть его: ведь разыскивая  хамец,  он делает это с четко осознаваемой
целью уничтожить его. И ТАКОВА  ГАЛАХА  (Рамбам, Законы о хамеце и о маце
3:5).
 Теперь мишна возвращается к еврею,
совершающему  бдикат-хамец  вовремя.
 А ТО - тот  хамец,  ЧТО ОН - то
есть человек, совершающий  биур-хамец  в ночь на 14 нисана, ОСТАВЛЯЕТ,
чтобы есть ночью и утром, а также  хамец,  который он намеревается
уничтожить завтра в положенное время, ПУСТЬ ПОЛОЖИТ В УКРОМНОМ, безопасном
МЕСТЕ, ЧТОБЫ НЕ ПРИШЛОСЬ ПРОВЕРЯТЬ ЕЩЕ РАЗ. Потому что если обнаружится, что
какое-то количество оставленного  хамеца  пропало, придется совершить  бдикат-хамец
 снова (Гемара).
 Мы изложили мнение мудрецов так, как его
объясняет большинство комментаторов ("Тосафот", Риф, Рамбам) Однако
Раши интерпретирует слова мудрецов иначе. Для понимания его точки зрения
необходимо иметь в виду, что слово "моэд" (которое мы перевели как
"праздник"), на иврите также означает "срок".
 Итак: НЕ ПРОВЕРИЛ наличия  хамеца  В
НОЧЬ НА ЧЕТЫРНАДЦАТОЕ - ПУСТЬ ПРОВЕРИТ ЧЕТЫРНАДЦАТОГО - утром; НЕ ПРОВЕРИЛ
ЧЕТЫРНАДЦАТОГО утром - ПУСТЬ ПРОВЕРИТ В СРОК уничтожения  хамеца,  то есть
в течение шестого часа; НЕ ПРОВЕРИЛ В СРОК - ПУСТЬ ПРОВЕРИТ ПОСЛЕ ИСТЕЧЕНИЯ СРОКА.
Это значит, что, по мнению Раши,  бдикат-хамец  можно совершать даже по
прошествии времени, предназначенного для уничтожения  хамеца,  то есть в
течение всего дня 14 нисана вплоть до наступления темноты (см. "Тосфот-Йомтов").
Однако во время  Песаха  искать  хамец  уже нельзя: так как тому, кто
ест  хамец  в  Песах,  грозит  карет;  мудрецы тоже запрещают  бдикат-хамец
 в праздничную неделю из опасения, как бы нашедший тогда  хамец  не
забыл о его запрете и не съел его (Гаран от имени Раши).

 Мишна четвертая

 РАБИ МЕИР ГОВОРИТ: ЕДЯТ ВЕСЬ ПЯТЫЙ час И
СЖИГАЮТ В НАЧАЛЕ ШЕСТОГО. А РАБИ ЙЕГУДА ГОВОРИТ: ЕДЯТ ВЕСЬ ЧЕТВЕРТЫЙ, ВЫЖИДАЮТ
ВЕСЬ ПЯТЫЙ И СЖИГАЮТ В НАЧАЛЕ ШЕСТОГО.


Объяснение мишны четвертой

 Эта мишна учит, до какого времени в
канун  Песаха  можно есть  хамец  и когда надлежит его уничтожить.
Для понимания этой мишны следует разъяснить, о каких часах идет здесь речь.
 Все часы, упоминаемые в Мишне, - это так
называемые ВРЕМЕННЫЕ ЧАСЫ, а не постоянная единица времени, принятая в наше
время Они получаются от деления на 12 частей всего светлого времени суток от
начала рассвета до времени, когда на небе зажигаются звезды (согласно другой
точке зрения - от восхода и до захода солнца) То есть, временной час - это 1/12
часть дня Правда, в Стране Израиля в середине месяца нисана продолжительность
дня - 12-13 часов, и потому между общепринятыми сейчас часами и временными
почти нет различия 'Однако способы их отсчета существенно различаются для нас
точкой отсчета часов служит полночь (а также полдень), а во времена Мишны это
было начало рассвета (или, как упоминалось, восход солнца)
 РАБИ МЕИР ГОВОРИТ: четырнадцатого нисана
 хамец  ЕДЯТ ВЕСЬ ПЯТЫЙ ЧАС - то есть,  хамец  можно есть все первые
пять часов дневного времени. Например, если день продолжается 12 современных
часов от 6 часов утра до 6 часов вечера, то  хамец  можно есть до 11 часов
утра. И СЖИГАЮТ  хамец  В НАЧАЛЕ ШЕСТОГО часа.
 Хотя по букве закона Торы  хамец  становится
запретным только в полдень, мудрецы наложили дополнительное ограничение и
предписали уничтожать его часом раньше - из опасения, что люди не заметят
наступления полудня и будут думать, что все еще продолжается шестой час.
 А РАБИ ЙЕГУДА ГОВОРИТ: четырнадцатого
нисана  хамец  ЕДЯТ ВЕСЬ ЧЕТВЕРТЫЙ час - то есть, примерно до 10 часов
утра по нашему времени.
 По мнению раби Йегуды, мудрецы
постановили, что запрет  хамеца  вступает в силу еще за два часа до того
времени, когда он становится запрещенным по букве, закона Торы. Затем ВЫЖИДАЮТ
ВЕСЬ ПЯТЫЙ час - то есть уже не едят  хамец,  но еще его не сжигают.
 Это ограничение мудрецы наложили,
опасаясь ошибки на целых два часа, так как  хамец  находится в руках
простых людей и невежд, не следящих за точным временем.
 Гемара разъясняет, что хотя в пятом часу
солнце еще находится в восточной половине неба, а в седьмом - уже заметно
переходит на западную и ошибка, казалось бы, исключена, мудрецы все-таки
приняли это установление на случай, если 14 нисана будет пасмурным днем, когда
можно спутать даже пятый час с седьмым.
 И СЖИГАЮТ  хамец В  НАЧАЛЕ ШЕСТОГО
часа - то есть часа, предшествующего полудню. Поскольку с начала седьмого часа
уже вступает в силу запрет Торы, мудрецы запретили извлекать из  хамеца  какую
бы то ни было пользу уже часом раньше. Впрочем, в течение пятого часа, хотя
есть  хамец  нельзя, какую-либо пользу извлекать из него все еще
разрешается - например, можно скормить его скотине.
 И  ГАЛАХА  СООТВЕТСТВУЕТ МНЕНИЮ РАБИ
ЙЕГУДЫ.

 Мишна пятая

 И ЕЩЕ СКАЗАЛ РАБИ ЙЕГУДА: ДВЕ ХАЛЫ ИЗ
ЖЕРТВОПРИНОШЕНИЯ ТОДА, СТАВШИЕ НЕПРИГОДНЫМИ, КЛАЛИ НА КРЫШУ ПОРТИКА; ВСЕ ВРЕМЯ,
ПОКА ОНИ там ЛЕЖАТ, ВЕСЬ НАРОД ЕСТ хамец; СНЯЛИ ОДНУ - ВЫЖИДАЮТ, НЕ ЕДЯТ И НЕ
СЖИГАЮТ; СНЯЛИ ОБЕ - ВЕСЬ НАРОД НАЧИНАЕТ СЖИГАТЬ хамец. РАБАН ГАМЛИЭЛЬ ГОВОРИТ:
хамец-ХУЛИН ЕДЯТ ВЕСЬ ЧЕТВЕРТЫЙ час, А ТРУМУ - ВЕСЬ ПЯТЫЙ; СЖИГАЮТ ЖЕ В НАЧАЛЕ
ШЕСТОГО.


Объяснение мишны пятой

 Это - продолжение предыдущей мишны.
Здесь говорится, как в канун  Песаха  из Храма подавали народу знаки,
когда еще можно есть  хамец  и с какого времени возникает обязанность его
уничтожить.
 И ЕЩЕ СКАЗАЛ РАБИ ЙЕГУДА: ДВЕ ХАЛЫ ИЗ
ЖЕРТВОПРИНОШЕНИЯ ТОДА, испеченные из кислого теста, то есть  хамец,  СТАВШИЕ
НЕПРИГОДНЫМИ для жертвоприношения и потому запрещенные в пищу (как будет
объяснено ниже), 14 нисана КЛАЛИ НА КРЫШУ ПОРТИКА на территории Храмовой горы,
откуда они были видны всем. Эти халы служили сигналом: ВСЕ ВРЕМЯ, ПОКА ОНИ там
 ЛЕЖАТ,  хамец  все еще можно есть,
и ВЕСЬ НАРОД ЕСТ хамец; СНЯЛИ ОДНУ из хал - в начале пятого часа приходит
доверенное лицо  бейт-дина  и снимает с крыши портика одну халу - ВЫЖИДАЮТ,
то есть НЕ ЕДЯТ  хамец,  но И НЕ СЖИГАЮТ его; СНЯЛИ ОБЕ - то есть, когда в
начале шестого часа доверенное лицо  бейт-дина  снимает вторую халу - ВЕСЬ
НАРОД НАЧИНАЕТ СЖИГАТЬ свой  хамец  и заканчивает  биур-хамец  в
течение этого часа.
 В связи с халами из жертвоприношения  тода
 Гемара разъясняет, что всякий, кто был обязан его совершить, обязан был
сделать это самое позднее 13 нисана.
 Дело в том, что в состав этого
жертвоприношения входит сорок хлебов, из которых 30 -  маца  и 10 -  хамец.
 Те части жертвоприношения  тода,  которые предназначаются для еды,
можно есть в течение только одного дня и одной ночи. Следовательно, если это
жертвоприношение совершают 14 нисана, то  хамец,  входящий в него, можно
есть только до шестого часа. Однако это находится в непримиримом противоречии с
принципом, согласно которому  "святыни  нельзя доводить до состояния
непригодности". В данном случае это означает, что нельзя сознательно
укорачивать время, в течение которого соответствующие части жертвоприношения
можно есть и тем самым приводить значительную часть его в состояние  нотар  (так
как те части жертвоприношений, которые остаются после истечения предписанного
времени, становятся непригодными и подлежат сожжению).
 По этой причине мудрецы ограничили время
совершения жертвоприношения  тода  перед праздником  Песах  13
нисана. Однако и тогда из-за обилия хлеба в этом жертвоприношении  когены,  как
правило, не успевали съесть его, так что часть его неизбежно становилась  нотаром.
 Вот из этих-то хлебов брали две халы и клали их на крышу портика на
Храмовой горе. Однако в случае, если халы  тода  все же не становились  нотаром,
 их не брали, чтобы собственными руками не делать святыню непригодной для
приношения Всевышнему.
 РАБАН ГАМЛИЭЛЬ ГОВОРИТ: хамец-ХУЛИН ЕДЯТ
14 нисана ВЕСЬ ЧЕТВЕРТЫЙ, час А  хамец-ТРУМУ -  ВЕСЬ ПЯТЫЙ.
 Дело в том, что все время, пока  трума
 годится в пищу, ее нельзя сознательно портить.
 СЖИГАЮТ ЖЕ весь  хамец,  в том
числе и  труму,  В НАЧАЛЕ ШЕСТОГО часа - потому что тогда вступает в силу
запрет мудрецов извлекать из  хамеца  какую бы то ни было пользу (Гамеири).
 Однако  ГАЛАХА  НЕ СООТВЕТСТВУЕТ
МНЕНИЮ РАБАНА ГАМЛИЭЛЯ: весь пятый час выжидают: не едят и не сжигают никакой  хамец
-  ни  хулин,  ни  труму.

 Мишна шестая

 РАБИ ХАНИНА, ЗАМЕСТИТЕЛЬ
ПЕРВОСВЯЩЕННИКА, ГОВОРИТ: НИКОГДА КОГЕНЫ НЕ КОЛЕБАЛИСЬ, чтобы СЖЕЧЬ МЯСО,
ОСКВЕРНЕННОЕ НИЗКОЙ СТЕПЕНЬЮ РИТУАЛЬНОЙ НЕЧИСТОТЫ, ВМЕСТЕ С МЯСОМ, ОСКВЕРНЕННЫМ
ВЫСОКОЙ СТЕПЕНЬЮ РИТУАЛЬНОЙ НЕЧИСТОТЫ - НЕСМОТРЯ НА ТО, ЧТО ПРИ ЭТОМ НЕЧИСТОТУ
УВЕЛИЧИВАЮТ. ДОБАВИЛ РАБИ АКИВА, СКАЗАВ: НИКОГДА КОГЕНЫ НЕ КОЛЕБАЛИСЬ ЗАЖЕЧЬ
МАСЛО, ОСКВЕРНЕННОЕ ЧЕЛОВЕКОМ В СОСТОЯНИИ ОДНОДНЕВНОЙ НЕЧИСТОТЫ, В СВЕТИЛЬНИКЕ,
ОСКВЕРНЕННОМ ПРИКОСНУВШИМСЯ К ТРУПУ - НЕСМОТРЯ НА ТО, ЧТО ПРИ ЭТОМ НЕЧИСТОТУ
УВЕЛИЧИВАЮТ.


Объяснение мишны шестой

 Эта мишна обсуждает проблему сожжения
жертвенного мяса, оскверненного низкой степенью  ритуальной нечистоты,  вместе
с мясом других жертвоприношений, оскверненных высокой степенью  ритуальной
нечистоты.  Хотя, на первый взгляд, ее содержание никак не связано с темой
этой главы, сведения, которые она сообщает, необходимы для понимания проблем,
обсуждаемых в следующей, седьмой мишне.
 В  ритуальной нечистоте  существует
несколько уровней. Высший, источником которой является мертвый человек,
называется "отцом отцов нечистоты". Соприкоснувшийся с трупом - безразлично,
человек ли или какой-нибудь предмет обихода - сам становится источником этой
нечистоты, так называемым "отцом нечистоты". Есть и другие "отцы
нечистоты"- например, мертвый  шерец,  падаль чистого животного,  зав,
мцора  и т.д. (см. тр. Мишны "Кейлим", гл.1). Тот, кто прикоснется
к "отцу нечистоты", становится "первым по нечистоте" и
способен, в свою очередь, сообщать  ритуальную нечистоту  только пище и
напиткам. Так, если "первый по нечистоте" прикоснулся к еде, она
стала "вторым по нечистоте". Галаха гласит, что "второй по
нечистоте" делает "третьим по нечистоте" только  труму,  а
"третий по нечистоте" - "четвертым по нечистоте" только  святыни.
 Все степени  ритуальной нечистоты,  более низкие, чем "отец
нечистоты", образно называются "детьми [отца] нечистоты".
Степень нечистоты, сообщаемая "отцом нечистоты", считается высокой,
поскольку она оскверняет и самого человека, и неодушевленные предметы обихода.
В отличие от этого "дети [отца] нечистоты" обладают низкой степенью
нечистоты, потому что не в состоянии осквернить ни человека, ни его орудия, а
только еду и питье (как упоминалось выше).
 РАБИ ХАНИНА, ЗАМЕСТИТЕЛЬ ПЕРВОСВЯЩЕННИКА
на случай, если тот окажется не в состоянии исполнять свои обязанности в
Йом-Кипур, а также выполняющий определенные функции, которые определяет
первосвященник, ГОВОРИТ: НИКОГДА КОГЕНЫ во время своей службы в Храме НЕ
КОЛЕБАЛИСЬ, чтобы СЖЕЧЬ жертвенное МЯСО, ОСКВЕРНЕННОЕ НИЗКОЙ СТЕПЕНЬЮ
РИТУАЛЬНОЙ НЕЧИСТОТЫ.
 Согласно Гемаре, речь идет о
"третьем по нечистоте" ("сыне сына [отца] нечистоты"),
осквернившемся от "второго по нечистоте". И тем не менее,  когены  никогда
не останавливались перед тем, чтобы сжечь такое мясо ВМЕСТЕ С МЯСОМ других
жертвоприношений, ОСКВЕРНЕННЫМ ВЫСОКОЙ СТЕПЕНЬЮ РИТУАЛЬНОЙ НЕЧИСТОТЫ - то есть
вместе с "первым по нечистоте", получившим ее от "отца
нечистоты", - НЕСМОТРЯ НА ТО, ЧТО ПРИ ЭТОМ НЕЧИСТОТУ УВЕЛИЧИВАЮТ:
"третий по нечистоте", соприкоснувшись с первым по нечистоте ,
становится "вторым по нечистоте".  Когены  считали, что,
поскольку мясо жертвенного животного все равно осквернилось и, став негодным,
должно быть сожжено, уже не имеет значения, что оно получит более высокую
степень  ритуальной нечистоты.
 Правда, Тора велит беречь  святыни  от
скверны, однако нигде в ней не сказано, что если они уже осквернились, нельзя
прибавлять им  нечистоту.  К тому же  нечистота,  о которой идет
здесь речь, вообще не связана с буквой закона Торы, а представляет собой
дополнительный запрет, наложенный мудрецами.
 Сказано в Торе (Ваикра 11:38): "А
если будет смочено водою зерно и упадет на него [даже] часть мертвого гада  (шереца),
 нечистым станет оно для вас". Раз сказано "станет ОНО",
мудрецы Торы заключают, что по букве закона Торы только "оно"
нечисто, однако не в состоянии сделать нечистым другой съестной продукт. Все
же, как упоминалось выше, они постановили, что нечистая в ритуальном отношении
пища делает ритуально нечистой любую еду, с которой она соприкоснулась. И
все-таки в случае, когда нечистый продукт все равно должен быть уничтожен,
мудрецы уже не придают значения увеличению степени его нечистоты.
 К тому, что сообщил раби Ханина,
заместитель первосвященника, ДОБАВИЛ РАБИ АКИВА, СКАЗАВ: НИКОГДА КОГЕНЫ НЕ КОЛЕБАЛИСЬ
ЗАЖЕЧЬ МАСЛО, ОСКВЕРНЕННОЕ ЧЕЛОВЕКОМ В СОСТОЯНИИ ОДНОДНЕВНОЙ ритуальной
НЕЧИСТОТЫ.
 "Однодневная нечистота" - это
низкая степень  ритуальной нечистоты.  Чтобы освободиться от нее, человек
должен только окунуться в  миквэ  еще днем и дождаться захода солнца,
который возвращает ему ритуальную чистоту. В нашей мишне речь идет о человеке,
который уже окунулся в  миквэ  и до заката солнца имеет статус
"второго по нечистоте". Дотронувшись до масла, являющегося  трумой,
 он делает его "третьим по нечистоте".
 Ритуально нечистое масло -  трума  разрешено
для использования, и потому, согласно раби Акиве, когены без всяких колебаний
всегда зажигали такое масло В СВЕТИЛЬНИКЕ, ОСКВЕРНЕННОМ человеком,
ПРИКОСНУВШИМСЯ К ТРУПУ - то есть находящимся в состоянии высшей степени  ритуальной
нечистоты.
 Гемара разъясняет, что речь здесь идет
именно о МЕТАЛЛИЧЕСКОМ светильнике, то есть о металлической масляной лампе.  Галаха
 говорит, что металлический предмет, соприкоснувшийся с трупом, становится
равным ему по степени  ритуальной нечистоты,  то есть "отцом отцов
нечистоты". Если же до него дотронулся человек, оскверненный трупной
нечистотой, то, все равно, металлический предмет точно так же приобретает ту же
самую степень  ритуальной нечистоты:  он становится "отцом
нечистоты".
 Об этой особенности металлических
предметов в отношении трупной нечистоты в Торе сказано так (Бемидбар 19:16):
"И всякий, кто прикоснется в открытом поле к трупу [человека], убитого
мечом... будет нечист семь дней". Согласно Устной Торе, это - намек на то,
что и меч, которым убили человека, становится таким же источником трупной
нечистоты, как само мертвое тело. Значит, светильник, о котором говорит раби
Акива, - "отец нечистоты" и делает налитое в него масло "первым
по нечистоте".
 И все-таки  когены  не придавали
этому значения, НЕСМОТРЯ НА ТО, ЧТО ПРИ ЭТОМ НЕЧИСТОТУ УВЕЛИЧИВАЮТ: масло,
которое было лишь "третьим по нечистоте", теперь становилось
"первым по нечистоте".
 Что же именно прибавил раби Акива к
словам раби Ханины, заместителя первосвященника?
 Раби Ханина засвидетельствовал, что мясо
жертвенных животных, находящееся в состоянии "третий по нечистоте",
сознательно делают "вторым по нечистоте", то есть прибавляют ему еще
одну степень нечистоты. А раби Акива сказал, что масло, имеющее статус "третий
по нечистоте", делают даже "первым по нечистоте" - раз уж оно
все равно осквернено, не боятся собственноручно прибавить ему целых ДВЕ степени
нечистоты.

 Мишна седьмая

 СКАЗАЛ РАБИ МЕИР: ИЗ ИХ СЛОВ МЫ ВЫВЕЛИ,
ЧТО НА ПЕСАХ СЖИГАЮТ ЧИСТУЮ ТРУМУ ВМЕСТЕ С НЕЧИСТОЙ. СКАЗАЛ ЕМУ РАБИ ЙОСЕЙ:
ПОДХОД твой НЕВЕРЕН. И СОГЛАСНЫ РАБИ ЭЛИЭЗЕР С РАБИ ЙЕГОШУА В ТОМ, ЧТО ЭТУ
СЖИГАЮТ ОТДЕЛЬНО, А ЭТУ - ОТДЕЛЬНО. В ЧЕМ ЖЕ ОНИ НЕ СОГЛАСНЫ? ПО ПОВОДУ
СОМНИТЕЛЬНОЙ трумы И НЕЧИСТОЙ. ПОТОМУ ЧТО РАБИ ЭЛИЭЗЕР ГОВОРИТ: ПУСТЬ ЭТА
СГОРИТ САМА ПО СЕБЕ, А ЭТА - САМА ПО СЕБЕ, А РАБИ ЙЕГОШУА ГОВОРИТ: ОБЕ СРАЗУ.


Объяснение мишны седьмой

 СКАЗАЛ РАБИ МЕИР: ИЗ ИХ СЛОВ - то есть
из слов раби Ханины, заместителя первосвященника, и раби Акивы, что  когены  никогда
не колебались прибавить степень нечистоты тому, что и так уже стало нечистым, -
МЫ ВЫВЕЛИ, ЧТО НА ПЕСАХ - то есть, в канун  Песаха,  совершая  биур-хамец,
 СЖИГАЮТ ЧИСТУЮ ТРУМУ ВМЕСТЕ С НЕЧИСТОЙ. Несмотря на то, что в этот день
ритуально чистую  труму-хамец  нельзя есть в шестом часу дня лишь по
постановлению мудрецов, сжигать ее, тем не менее, можно вместе с ритуально
нечистой  трумой,  хотя она при этом оскверняется. Раби Меир считает это
дозволенным точно так же, как и увеличение степени  нечистоты  уже
оскверненного (о чем говорят раби Ханина, заместитель первосвященника, и раби
Акива).
 СКАЗАЛ ЕМУ РАБИ ЙОСЕЙ: ПОДХОД твой
НЕВЕРЕН. Сама основа твоего рассуждения неверна: если раби Ханина, заместитель
первосвященника, и раби Акива разрешают увеличивать степень нечистоты продукта,
который уже осквернен, то из этого вовсе не следует, что позволительно ЧИСТУЮ  труму
 сжигать вместе с нечистой, собственными руками оскверняя ее.
 Гемара разъясняет, что и раби Меир, и
раби Йосей считают, что мясо, имеющее низкую степень  ритуальной нечистоты,  осквернено
жидкостью, в свою очередь, получившей ее от сосуда, которого коснулся  шерец.
 Раби Меир считает, что питье передает  ритуальную нечистоту  чему-то
другому, даже еде, только по постановлению мудрецов. Значит, мясо, о котором
сказал раби Ханина, по букве закона Торы, совершенно чисто. Следовательно, раз  когены,
 не колеблясь, сжигали такое мясо вместе с другим, нечистым уже по закону
Торы, вполне позволительно в шестом часу 14 нисана, когда  труму-хамец  нельзя
есть тоже только по постановлению мудрецов, сжигать ее вместе с  трумой,  нечистой
согласно букве закона Торы.
 Однако раби Йосей полагает, что
способность напитка передавать свою нечистоту - это буква закона Торы, и
поэтому отвечает раби Меиру: ПОДХОД ТВОЙ НЕВЕРЕН. Мясо, о котором сказал раби
Ханина, с самого начала было нечисто согласно букве закона Торы, а вот  трума,
 о которой ты говоришь, с точки зрения Торы, совершенно чиста, и лишь есть
ее нельзя по постановлению мудрецов.
 ОДНАКО  ГАЛАХА  РЕШАЕТ, ЧТО
СПОСОБНОСТЬ НАПИТКА ОСКВЕРНЯТЬ В ДЕЙСТВИТЕЛЬНОСТИ НЕ БУКВА ЗАКОНА ТОРЫ, А
ПОСТАНОВЛЕНИЕ МУДРЕЦОВ; ОДНАКО В ОБСУЖДАЕМОМ СЛУЧАЕ  ГАЛАХА  СООТВЕТСТВУЕТ
МНЕНИЮ РАБИ ЙОСЕЙ: НАКАНУНЕ
 ПЕСАХА ЧИСТУЮ  ТРУМУ  НЕ СЖИГАЮТ
ВМЕСТЕ С НЕЧИСТОЙ.
 И СОГЛАСНЫ РАБИ ЭЛИЭЗЕР С РАБИ ЙЕГОШУА.
 Это - продолжение слов раби Йосей: он
добавляет, что, несмотря на разногласия в вопросе о сомнительной и нечистой  труме
(о  чем будет сказано ниже), раби Элиэзер и раби Йегошуа согласны В ТОМ, ЧТО
ЭТУ - то есть чистую  труму
  -  СЖИГАЮТ ОТДЕЛЬНО, А ЭТУ - то есть нечистую  труму
  -  СЖИГАЮТ ОТДЕЛЬНО, когда совершают  биур-хамец.
 Спрашивается, В ЧЕМ ЖЕ ОНИ НЕ СОГЛАСНЫ?
 Оказывается, что они занимают различные
позиции ПО ПОВОДУ СОМНИТЕЛЬНОЙ трумы, о чистоте или  нечистоте  которой
точно не известно, И также относительно  трумы,  достоверно НЕЧИСТОЙ:
можно ли ИХ сжигать вместе?
 ПОТОМУ ЧТО РАБИ ЭЛИЭЗЕР ГОВОРИТ: ПУСТЬ
ЭТА - чистая  трума -  СГОРИТ САМА ПО СЕБЕ, А ЭТА - нечистая  трума -  САМА
ПО СЕБЕ, так как  Галаха  предписывает охранять от достоверного
осквернения даже ту  труму,  чистота которой под сомнением (см. тр. Мишны
"Трумот" 8:8).
 А РАБИ ЙЕГОШУА ГОВОРИТ: ОБЕ СРАЗУ. Можно
сжигать вместе сомнительную и достоверно нечистую  труму:  раз уже есть
вероятность того, что  трума  осквернена, мы не обязаны охранять ее от
достоверной нечистоты.




 Глава вторая





 Мишна первая

 ВСЕ ВРЕМЯ, ПОКА РАЗРЕШЕНО ЕСТЬ хамец,
КОРМЯТ им домашних ЖИВОТНЫХ, ЗВЕРЕЙ И ПТИЦ, И ПРОДАЮТ ЕГО НЕЕВРЕЮ, И МОЖНО
ИЗВЛЕКАТЬ ИЗ НЕГО любую ПОЛЬЗУ. ПРОШЛО ЕГО ВРЕМЯ - НЕЛЬЗЯ ИЗВЛЕКАТЬ ИЗ НЕГО
какую бы то ни было ПОЛЬЗУ, И никто НЕ ЗАТОПИТ ИМ НИ ПЕЧЬ, НИ ПЛИТУ. РАБИ ЙЕГУДА
ГОВОРИТ: НЕТ ДРУГОГО СПОСОБА УНИЧТОЖИТЬ ХАМЕЦ, КРОМЕ СОЖЖЕНИЯ. А МУДРЕЦЫ
ГОВОРЯТ: ТАКЖЕ КРОШАТ его И РАЗВЕИВАЮТ ПО ВЕТРУ ИЛИ БРОСАЮТ В МОРЕ.


Объяснение мишны первой

 Эта мишна разъясняет, до каких пор в
канун  Песаха  можно использовать  хамец, а  также каким способом его
уничтожают.
 ВСЕ ВРЕМЯ, ПОКА 14 нисана РАЗРЕШЕНО ЕСТЬ
хамец, КОРМЯТ им домашних ЖИВОТНЫХ, ЗВЕРЕЙ И ПТИЦ.
 Гемара разъясняет, что наша мишна
выражает точку зрения рабана Гамлиэля, считающего, что "хамец-ХУЛИН ЕДЯТ
ВЕСЬ ЧЕТВЕРТЫЙ час, А ТРУМУ - ВЕСЬ ПЯТЫЙ", и сообщает, что все время, пока
 КОГЕНУ  разрешено есть  хамец-ТРУМУ -  то есть, весь пятый час, - ПРОСТО
ЕВРЕИ (не когены и не левиты) кормят  хамецем-хулин  своих домашних
животных.
 Иными словами: несмотря на то, что
просто евреям уже нельзя есть  хамец,  они пока еще имеют право извлекать
из него любую пользу. Причем мишна говорит, что  хамец  можно скармливать
скоту - хотя, как правило, скот не доедает корм до конца и есть вероятность,
что хозяин забудет уничтожить эти остатки.
 Кроме того,  хамецем  можно кормить
домашних животных, а они обычно прячут остатки своей пищи, так что недоеденный
ими  хамец  хозяин может не заметить и не уничтожить его. Что же касается
птиц, то  танай  нашей мишны, упомянув скот и зверей, назвал их просто по
инерции (Псахим 21 а).
 И ПРОДАЮТ ЕГО НЕЕВРЕЮ - все время, пока
можно извлекать из  хамеца  пользу, разрешено продавать его нееврею даже в
том случае, если известно, что тот будет есть его в  Песах.
 Гемара разъясняет, что это сказано в
качестве противопоставления точке зрения мудрецов школы Шамая. Они говорят, что
"продать свой хамец нееврею можно только тогда, когда [точно] известно,
что тот израсходует его до конца [еще] перед Песахом". Дело в том, что,
согласно школе Шамая, исполнение заповеди  биур-хамец  подразумевает
полное уничтожение  хамеца  перед  Песахом,  и наша мишна призвана
сообщить, что  галаха  не соответствует этому мнению.
 И МОЖНО ИЗВЛЕКАТЬ ИЗ НЕГО любую ПОЛЬЗУ.
Гемара уточняет, что если еще до наступления времени, с которого  хамец  становится
запретным, его обожгут в огне так, что он совершенно потеряет свой вид и вкус
(Раши), то даже после того, как наступит время его запрета, его все еще можно
будет использовать.
 ПРОШЛО ЕГО ВРЕМЯ - то есть время, когда  хамец
 можно употреблять в пищу, или, иными словами, наступил шестой час - НЕЛЬЗЯ
ИЗВЛЕКАТЬ ИЗ НЕГО какую бы то ни было ПОЛЬЗУ. Несмотря на то, что по букве
закона Торы  хамец  становится запретным для какого бы то ни было
употребления только с наступлением седьмого часа (то есть с полудня), мудрецы
наложили дополнительный запрет, чтобы отдалить человека от вероятности
преступить закон Торы, и запретили какое бы то ни было использование  хамеца  еще
с начала шестого часа.
 Чтобы проиллюстрировать, что запрет
мудрецов имеет такую же силу, как запрет Торы, Гемара приводит такой пример:
если кто-либо в шестом часу использовал  хамец  для совершения  кидушин,
 то это не имеет абсолютно никакого значения и нет ни малейшего сомнения в
том, что женщина осталась необрученной (см. Псахим 21б).
 И никто НЕ ЗАТОПИТ ИМ - то есть  хамецем
-  НИ ПЕЧЬ, НИ ПЛИТУ. Причем даже раби Йегуда, вообще-то считающий, что
"нет другого способа уничтожить хамец, кроме сожжения" (как сказано
ниже), согласен, что в это время уже нельзя даже топить  хамецем  печь или
плиту, несмотря на то, что тем самым, как будто бы, исполняют заповедь  биур-хамеи.
 Итак, РАБИ ЙЕГУДА ГОВОРИТ: НЕТ ДРУГОГО
СПОСОБА УНИЧТОЖИТЬ ХАМЕЦ, КРОМЕ СОЖЖЕНИЯ. Основанием для его точки зрения
является аналогия между  хамецем  и  котором:  как запрещено
оставлять части жертвоприношений после истечения определенного времени, а если
они остались, их надлежит сжечь, так и  хамец  запрещено оставлять после
истечения определенного времени, а если он все же остался, его надлежит сжечь
(вывод  барайты  в Псахим 28а).
 А МУДРЕЦЫ ГОВОРЯТ: ТАКЖЕ КРОШАТ его, то
есть  хамец,  на мелкие крошки И РАЗВЕИВАЮТ их ПО ВЕТРУ ИЛИ БРОСАЮТ В
МОРЕ.
 Гемара приводит различные точки зрения  амораев
 на то, как следует понимать слова мудрецов. По мнению Раба, слова
"также крошат [его]" означают, что независимо от того, развеивают ли  хамец
 по ветру или бросают его в море, предварительно его следует искрошить.
Однако рав Йосеф делит высказывание мудрецов на две части и объясняет, что если
 хамец  "развеивают по ветру", только в этом случае его
необходимо раскрошить, - бросить в море его можно и нераскрошенным. (Впрочем,
их разногласие относится только в тому случаю, когда  хамец  выбрасывают в
любой водоем, кроме Мертвого моря. Если же  хамец  бросают именно в
Мертвое море, то все сходятся во мнении, что тогда можно его не крошить.)
 Мудрецы, возражая раби Йегуде, опираются
на следующие слова Торы (Шмот, 29:34): "СОЖГИ ОСТАТОК В ОГНЕ". Они
рассуждают так: почему сказано "ОСТАТОК", ведь можно было бы сказать
"сожги ЕГО в огне"? Но отсюда видно, что Тора подчеркивает: из всех
видов пищи, которые запрещены и должны быть уничтожены, только сожжению подлежит
именно  нотар.  Следовательно,  биур-хамец  можно совершать любым
способом (Псахим 24а; см. также 28а, Тосафот, нач. "Амру ло").
 Мы объяснили суть разногласий между раби
Йегудой и мудрецами в свете вывода, к которому приходит  барайта,  цитируемая
в Гемаре. Однако Бартанура берет за основу своего объяснения точки зрения раби
Йегуды иную аналогию между  нотаром  и  хамецем  (о которой также
говорит  барайта):  "Нотар запрещен в пищу и для использования, а за
нарушение запрета о нем грозит карет, и также хамец запрещен в пищу и для
использования, а за нарушение запрета о нем грозит карет; следовательно, как  нотар
 подлежит сожжению, так и хамец подлежит сожжению". Однако мудрецы
возражают раби Йегуде: "Закон о быке, приговоренном убиению камнем,
доказывает, что это не так: сало этого быка запрещено в пищу и для
использования, а за нарушение запрета о нем грозит карет, однако оно не
подлежит сожжению" (см. "Тосфот р.Акивы Эйгера" и "Тифэрет
Исраэль").

 Мишна вторая

 ХАМЕЦ НЕЕВРЕЯ, ОСТАВШИЙСЯ ПОСЛЕ ПЕСАХА,
РАЗРЕШЕН ДЛЯ ИСПОЛЬЗОВАНИЯ, А хамец ЕВРЕЯ - ЗАПРЕЩЕН ДЛЯ ИСПОЛЬЗОВАНИЯ, ТАК КАК
СКАЗАНО (Шмот 13:7): "И ПУСТЬ НИКТО даже НЕ СМОЖЕТ УВИДЕТЬ ЗАКВАСКИ".


Объяснение мишны второй

 Эта мишна говорит о  хамеце,  который
остался после  Песаха.
 ХАМЕЦ НЕЕВРЕЯ, ОСТАВШИЙСЯ ПОСЛЕ ПЕСАХА,
РАЗРЕШЕН ДЛЯ ИСПОЛЬЗОВАНИЯ - евреям из него можно извлекать любую пользу, в том
числе употреблять его в пищу. Только из-за того, что затем сказано о  хамеце  еврея
- "запрещен для использования", наш  танай  ради единства стиля
изложения употребляет здесь выражение "разрешен для использования". А
Талмуд Йерушалми говорит, что он не сказал о нееврейском  хамеце  просто
"разрешен для еды" потому, что некоторые евреи вообще не едят
нееврейского хлеба.
 А хамец ЕВРЕЯ, который прошел через  Песах,
 ЗАПРЕЩЕН ДЛЯ какого бы то ни было ИСПОЛЬЗОВАНИЯ, ТАК КАК СКАЗАНО в Торе
(Шмот 13:7): "И ПУСТЬ НИКТО [ДАЖЕ] НЕ СМОЖЕТ УВИДЕТЬ ЗАКВАСКИ во всех
пределах твоих". Гемара объясняет, что мудрецы наказали еврея,
преступившего этот запрет Торы и оставившего на  Песах  у себя свой  хамец,
 следующим образом: даже после того, как  Песах  закончился, этот  хамец
 запрещен для какого бы то ни было использования.
 Таков смысл этой мишны в свете вывода
Гемары. Однако Бартанура приводит еще один вариант объяснения (согласно другой
точке зрения, приводимой в Гемаре): цитата, которой заканчивается наша мишна,
относится к ее НАЧАЛУ. То есть мишна сообщает, что ХАМЕЦ НЕЕВРЕЯ, ОСТАВШИЙСЯ
ПОСЛЕ ПЕСАХА, РАЗРЕШЕН ДЛЯ ИСПОЛЬЗОВАНИЯ потому, что сказано в Торе: "И
ПУСТЬ НИКТО даже НЕ СМОЖЕТ УВИДЕТЬ ЗАКВАСКИ во всех пределах твоих" - СВОЙ
 хамец  ты не имеешь права видеть в своем владении, однако ты можешь там
видеть ЧУЖОЙ  хамец  (Псахим 29а; см. также "Тосфот р.Акивы Эйгера).

 Мишна третья

 Если НЕЕВРЕЙ ДАЛ ЕВРЕЮ ВЗАЙМЫ ПОД ЗАЛОГ
ЕГО ХАМЕЦА, этот хамец ПОСЛЕ ПЕСАХА РАЗРЕШЕН ДЛЯ ИСПОЛЬЗОВАНИЯ. А если ЕВРЕЙ
ДАЛ ВЗАЙМЫ НЕЕВРЕЮ ПОД ЗАЛОГ ЕГО ХАМЕЦА, этот хамец ПОСЛЕ ПЕСАХА ЗАПРЕЩЕН ДЛЯ
ИСПОЛЬЗОВАНИЯ. ХАМЕЦ, ОКАЗАВШИЙСЯ ПОД ОБВАЛОМ, - ВСЕ РАВНО, КАК УНИЧТОЖЕННЫЙ.
РАБАН ШИМОН БЕН ГАМЛИЭЛЬ ГОВОРИТ: ЛЮБОЙ хамец, КОТОРЫЙ СОБАКА НЕ МОЖЕТ НАЙТИ.


Объяснение мишны третьей

 Если НЕЕВРЕЙ ДАЛ ЕВРЕЮ денег ВЗАЙМЫ
перед праздником  Песах  ПОД ЗАЛОГ ЕГО ХАМЕЦА. Иначе говоря, еврей передал
свой  хамец  нееврею, сказав ему: "Если я не верну тебе долг до
такого-то дня, то этот хамец станет твоим С СЕГОДНЯШНЕГО ДНЯ". И мишна
сообщает нам, что в таком случае этот хамец ПОСЛЕ ПЕСАХА РАЗРЕШЕН евреям ДЛЯ
ИСПОЛЬЗОВАНИЯ, если еврей-должник не заплатил вовремя.  Хамец  стал
принадлежать нееврею с того самого момента, когда был передан ему евреем в
качестве залога, а, как мы знаем из предыдущей мишны, нееврейский  хамец,  оставшийся
после  Песаха,  разрешен евреям для любого использования и даже для
употребления в пищу.
 Некоторые из комментаторов считают, что
речь идет именно о случае, когда срок уплаты долга - раньше наступления
праздника  Песах  (Рамбам, Законы о хамеце и маце 4:5). Другие же говорят,
что даже тогда, когда срок платежа наступает только после окончания праздника,
если еврей не возвратил долг,  хамец  становится нееврейским с самого
момента получения ссуды - то есть еще до  Песаха -  и, следовательно,
разрешенным евреям для употребления (Раавад).
 А если, наоборот, ЕВРЕЙ ДАЛ денег ВЗАЙМЫ
НЕЕВРЕЮ перед  Песахом  ПОД ЗАЛОГ ЕГО ХАМЕЦА. То есть, нееврей передал
еврею принадлежащий ему  хамец  и условился: "Если я не верну мой
долг вовремя, этот залог станет твоим С СЕГОДНЯШНЕГО ДНЯ". Если,
действительно, должник-нееврей не возвратил ссуды в срок, этот хамец ПОСЛЕ
ПЕСАХА ЗАПРЕЩЕН евреям ДЛЯ ИСПОЛЬЗОВАНИЯ, так как стал принадлежащим еврею с
того самого момента, когда он получил его из рук нееврея, то есть еще до наступления
 Песаха,  и тем самым стал еврейским  хамецем,  прошедшим через  Песах.
 ХАМЕЦ, ОКАЗАВШИЙСЯ ПОД ОБВАЛОМ до  Песаха,
-  ВСЕ РАВНО, КАК УНИЧТОЖЕННЫЙ, и не нужно разбирать развалины, чтобы
извлечь его и уничтожить. Тем не менее, необходимо мысленно отречься от него
(Гемара) - вдруг случится, что в  хол-гамоэд  обвал разберут и окажется,
что запрет Торы иметь во своем владении  хамец  во время праздника  Песах
 нарушен (Раши).
 РАБАН ШИМОН БЕН ГАМЛИЭЛЬ ГОВОРИТ: ЛЮБОЙ
хамец, находящийся под обвалом, КОТОРЫЙ СОБАКА НЕ МОЖЕТ НАЙТИ, считается как бы
не существующим.
 Гемара уточняет, что это относится
только к случаю, когда  хамец  похоронен под обломками слоем не меньше
трех  ладоней.  Однако же если он тоньше, то необходимо вытащить  хамец  и
уничтожить - в противном случае есть опасение, что собака может учуять его и
раскопать завал.
 Как пишет Рамбам, рабан Шимон бен Гамлиэль
не возражает  первому тачаю,  но разъясняет  галаху  о  хамеце,  оказавшемся
под развалинами.

 Мишна четвертая

 Если КТО-ТО ЕСТ В ПЕСАХ ХАМЕЦ-ТРУМУ
НЕЧАЯННО - ОПЛАЧИВАЕТ ОСНОВНУЮ СТОИМОСТЬ И прибавляет ХОМЕШ, ПРЕДНАМЕРЕННО - СВОБОДЕН
ОТ УПЛАТЫ И даже ОТ уплаты СТОИМОСТИ ДРОВ.


Объяснение мишны четвертой

 Мишна (Трумот 6:1) учит: "Тот, кто
ест труму нечаянно, оплачивает основную стоимость и прибавляет хомеш",
причем в качестве платы отдает не деньги, а плоды, от которых предварительно
отделяет  труму  и  маасеры. С  этого момента эти плоды -  хулин  становятся
 трумой,  так как в Торе сказано об этом случае так (Ваикра 22:14):
"И отдаст когену святыню" - то есть то, что достойно стать  святыней.
 Данная мишна обсуждает вопрос, должен ли платить тот, кто, вообще не имея
права есть  труму,  ест  хамец-труму  во время  Песаха.
 Если КТО-ТО, не имеющий права есть  труму,
 ЕСТ В ПЕСАХ ХАМЕЦ-ТРУМУ. Например,  труму,  которую отделил во время  Песаха
 от  мацы,  но закисшую и превратившуюся в  хамец,  или же  труму,
 которую отделил от  хамеца  еще до наступления праздника. НЕЧАЯННО - то
есть непреднамеренно, не зная, что это  трума  (хотя и понимая, что это  хамец).
 Согласно закону Торы о постороннем, нечаянно съевшем  труму,  он
ОПЛАЧИВАЕТ ОСНОВНУЮ СТОИМОСТЬ съеденной  трумы  И прибавляет ХОМЕШ.
Несмотря на то, что  хамец  во время праздника  Песах  запрещен для
использования и потому не стоит ничего, преступивший запрет есть  труму  все
же обязан платить, так как он отдает не деньги, а плоды, стоимость которых
равна стоимости  трумы,  которую он съел (как было сказано в предисловии к
объяснению этой мишны).
 Однако тот, кто в  Песах  съел  труму-хамец
 ПРЕДНАМЕРЕННО, то есть сознавая, что это  трума  (но забыв, что это  хамец),
-  СВОБОДЕН ОТ УПЛАТЫ. Вообще-то его статус равен статусу грабителя, который
обязан возместить стоимость награбленного имущества, но не должен к ней
прибавлять  хомеш -  поэтому и еврей, съевший  труму  преднамеренно,
не должен платить  хомеш.  Но в данном случае он не оплачивает и основную
стоимость тоже, по-скольку она отсутствует: как сказано выше, во время  Песаха
хамец  не имеет никакой ценности.
 И он свободен даже ОТ уплаты СТОИМОСТИ
ДРОВ - то есть не платит те деньги, которые составили бы стоимость съеденного  хамеца-трумы
 в том случае, если бы его использовали только вместо дров для топки печи.
 Некоторые комментаторы разъясняют, что
речь в этой мишне идет о ритуально нечистой  труме.  Дело в том, что
ритуально чистую  труму  Тора разрешает использовать только для еды, питья
и умащений, но топить ею печку запрещено. Однако нечистую  труму коген  имеет
право сжечь, чтобы на этом огне приготовить себе пищу ("Тосфот Йомтов). И
вот наша мишна сообщает, что съевший  труму-хамец  в  Песах  не
оплачивает ее стоимость даже в качестве дров для растопки печи (Раши,
Бартанура). Причина в том, что, поскольку  трума-хамец  в  Песах  не
годится даже для этого,  коген,  лишившись ее, не потерял ничего.

 Мишна пятая

 ВОТ ВИДЫ ЗЛАКОВ, из которых приготовлена
маца, СЪЕВ КОТОРУЮ, ЧЕЛОВЕК ИСПОЛНЯЕТ В ПЕСАХ СВОЙ ДОЛГ: ПШЕНИЦА, ЯЧМЕНЬ,
ПОЛБА, РОЖЬ И ОВЕС. ПРИЧЕМ ИСПОЛНЯЮТ СВОЙ ДОЛГ, СЪЕВ мацу ДМАЙ, ИЛИ ПЕРВЫЙ
МААСЕР, ОТ КОТОРОГО ОТДЕЛЕНА ЕГО ТРУМА, ИЛИ ВЫКУПЛЕННЫЕ ВТОРОЙ МААСЕР И
ПОСВЯЩЕНИЕ, А КОГЕНЫ - ХАЛУ ИЛИ ТРУМУ. НО НЕ ТЕВЕЛЬ, И НЕ ПЕРВЫЙ МААСЕР, ОТ
КОТОРОГО еще НЕ ОТДЕЛЕНА ЕГО ТРУМА, И НЕ НЕВЫКУПЛЕННЫЕ ВТОРОЙ МААСЕР И
ПОСВЯЩЕНИЕ. Если ХАЛЫ для жертвоприношения ТОДА И ЛЕПЕШКИ МАЦЫ для
жертвоприношения НАЗИРА ПРИГОТОВИЛ ДЛЯ СЕБЯ - ПОЕВ ИХ, НЕ ИСПОЛНЯЮТ СВОЙ ДОЛГ;
если же ПРИГОТОВИЛ ИХ ДЛЯ ПРОДАЖИ НА РЫНКЕ – ПОЕВ их, исполняют свой долг.


Объяснение мишны пятой

 В Торе сказано (Шмот 12:18): "В
первом месяце, в четырнадцатый день [его], ВЕЧЕРОМ будете есть опресноки".
Из этого следует, что в первую ночь праздника  Песах  каждый еврей обязан
есть  мацу.  Эта мишна учит, какой именно должна быть  маца,  съев
которую он надлежащим образом исполняет заповедь Торы.
 ВОТ ВИДЫ ЗЛАКОВ, из которых приготовлена
маца, СЪЕВ КОТОРУЮ, ЧЕЛОВЕК ИСПОЛНЯЕТ В ПЕСАХ СВОЙ ДОЛГ.
 Заповедь о  маце  предписывает
съесть по крайней мере  казаит  ее в первую ночь праздника  Песах,  причем
для  мацы  пригодны только следующие пять видов злаков: ПШЕНИЦА, ЯЧМЕНЬ,
ПОЛБА - вид пшеницы, РОЖЬ И ОВЕС. Тесто, приготовленное из муки этих злаков,
отличается особенностью закисать. Если же его предохраняют от этого и выпекают
из него хлеб, то он-то и есть та  маца,  поев которую в первую ночь  Песаха,
 еврей исполняет свой долг.
 Гемара указывает, на чем основывается
это положение. В Торе написано (Дварим 16:3): "НЕ ЕШЬ ВМЕСТЕ С КАЖДЫМ ИЗ
НИХ (то есть с каждым из пасхальных жертвоприношений) КВАСНОГО, СЕМЬ ДНЕЙ ЕШЬ
ВМЕСТЕ С НИМИ ОПРЕСНОКИ". Следовательно,  маца  для исполнения этой
заповеди непременно должна быть приготовлена из теста, которое может
закваситься, чтобы, предохраняя его от закваски, можно было бы исполнить это
предписание Торы. Напротив, тесто, приготовленное из муки таких злаков, как рис
или просо, не закисает, а просто портится, и потому  маца,  испеченная из
него, не годится для исполнения заповеди  Песаха  (см. тр. Мишны
"Хала" 1:2).
 ПРИЧЕМ ИСПОЛНЯЮТ СВОЙ ДОЛГ, СЪЕВ мацу
ДМАЙ - то есть приготовленную из зерна, купленного у простых невежественных
земледельцев, которые всегда отделяли  труму  от своего урожая, но нередко
весьма легкомысленно относились к обязанности отделять  маасеры.  Несмотря
на то, что вообще-то мудрецы запретили есть плоды, купленные у таких
земледельцев, прежде, чем от них не будут отделены положенные  маасеры,  в
данном случае они свой запрет смягчили (так как всегда есть вероятность, что
земледелец все же отделил  маасеры).  Поскольку  дмай  можно есть
беднякам (см. тр.Мишны "Дмай" 3:1), ради исполнения заповеди мудрецы
разрешили и  мацу-дмай,  так как, в принципе, любой человек может объявить
все свое имущество бесхозным и стать бедняком.
 ИЛИ ПЕРВЫЙ МААСЕР, ОТ КОТОРОГО ОТДЕЛЕНА
ЕГО ТРУМА, то есть  тру мат-маасер.  Такую  мацу  можно есть  левиту
 в первую ночь  Песаха  даже тогда, когда  большая трума  от зерна
не была отделена. Это возможно, если  левит  пришел на гумно раньше, чем
зерно было обмолочено и возникла обязанность отделить от него  большую труму,
 и уговорил хозяина отдать ему положенный  первый маасер.  В этом
случае  левит  свободен от необходимости отделить  трумат-маасер,  так
как в Торе написано (Бемидбар 18:26): "А левитам скажи следующее: беря от
сынов Израиля десятину, которую дал Я вам от них во владение, будете возносить
из него пожертвование Г-споду - десятину из десятины". Мудрецы уточняют:
именно ДЕСЯТИНУ ИЗ ДЕСЯТИНЫ, то есть  МААСЕР  ОТ  МААСЕРА,  а не  большую
труму  и не  труму  "маасера от маасера". Поэтому такая  маца
 годится для исполнения заповеди.
 ИЛИ ВЫКУПЛЕННЫЕ ВТОРОЙ МААСЕР И
ПОСВЯЩЕНИЕ.  Второй маасер,  отделенный от урожая, можно выкупить за
деньги и доставить их в Иерусалим, а сами плоды теперь можно есть где угодно.
Точно так же то, что посвящено Всевышнему, можно выкупить за деньги, которые в
результате становятся святыней, а посвящение превращается в  хулин.  Однако
тот, кто выкупает свой  второй маасер  или свое  посвящение,  обязан
прибавить  хомеш  к их стоимости, и наша мишна сообщает, что задержка в
выплате  хомеша  не является препятствием для исполнения заповеди о  маце.
 А именно: тот, кто выкупил  второй маасер  от своего урожая или свое
зерно, посвященное Всевышнему, лишь по их номинальной стоимости, не прибавив к
ней  хомеша,  может есть в первую ночь  Песаха мацу,  приготовленную
из этого зерна. Поскольку выплата  хомеша  не является задержкой, зерно
считается выкупленным и разрешенным для употребления в пищу.
 А КОГЕНЫ исполняют свой долг в первую
ночь  Песаха,  съев ХАЛУ, которую другие евреи отделили от теста,
замешанного для выпечки  мацы,  и отдали  когенам,  а те испекли из
нее  мацу  для себя, ИЛИ ТРУМУ.
 Гемара разъясняет, что этими словами
мишна сообщает нам нечто вовсе не очевидное: несмотря на то, что  маца  из
 халы  или из  трумы  не годится для всех (так как запрещена в пищу
посторонним),  когены  имеют право есть ее для исполнения заповеди.
 Итак, исполняют свой долг, поев в первую
ночь  Песаха  любую  мацу  из тех злаков, что перечислены выше. НО НЕ
ТЕВЕЛЬ - то есть  мацу,  приготовленную из зерна, от которого не отделили
ни  трумы,  ни  маасеров,  и которое потому безусловно запрещено.
Гемара прибавляет, что это относится также к тому, что объявлено  тевелем  мудрецами,
но не является им с точки зрения буквы закона Торы - например, к пшенице,
выросшей в горшке, дно которого не имеет отверстия.
 И НЕ ПЕРВЫЙ МААСЕР, ОТ КОТОРОГО еще НЕ
ОТДЕЛЕНА ЕГО ТРУМА. Гемара разъясняет, что речь не идет о том, что нельзя есть  мацу
 из  первого маасера,  от которого не отделили  трумат-маасер,  это
очевидно, так как он - самый настоящий  тевель.  Нет, мишна имеет в виду  первый
маасер  из зерна, от которого не отделили  БОЛЬШУЮ ТРУМУ.  Такое
возможно, если  левит  пришел на гумно уже после того, как зерно
обмолотили и уложили, и на хозяина вследствие этого легла обязанность отделить  большую
труму.  Однако если  левит  уже забрал свою долю до этого, он в таком
случае обязан отделить от  первого маасера  не только  трумат-маасер,  но
также и  большую труму.  И все время, пока он не отделил  большую труму,
 зерно имеет статус тевеля и запрещено в пищу.
 И НЕ НЕВЫКУПЛЕННЫЕ ВТОРОЙ МААСЕР И
ПОСВЯЩЕНИЕ. Как разъясняет Гемара, подразумеваются такие  второй маасер  и
 посвящение,  которые выкуплены, но не так, как предписывает  Галаха.  Например,
 маасер  выкупили на монету, на которой нет никакого изображения, или  посвящение
 обменяли на участок земли, имеющий такую же стоимость. И в том, и другом
случае выкуп считается недействительным, и потому такие  второй маасер  и  посвящение
 запрещены в пищу.
 Причина, почему во всех последних
случаях, когда зерно запрещено в пищу, не исполняют своего долга в первую ночь  Песаха,
 поев  мацу,  приготовленную из него, заключается в том, что во всех
этих случаях заповедь исполняют, одновременно совершая преступление против
Торы. В Талмуде Йерушалми сказано - Тора говорит: "Вот те заповеди" -
это означает, если их исполнение соответствует Торе, они - заповеди, если нет -
они не заповеди (Гаран).
 Если ХАЛЫ для жертвоприношения ТОДА И
ЛЕПЕШКИ МАЦЫ для жертвоприношения НАЗИРА. Тора говорит (Ваикра 7:12): "И
принесет вместе с этой благодарственной жертвой пресные халы, пропитанные
маслом, и лепешки-опресноки, маслом помазанные, и халы из заварного теста
[приготовленного] из лучшей пшеничной муки, пропитанные маслом". То есть,
совершая жертвоприношение  тода,  вместе с жертвенным животным приносили
три вида  мацы,  по десять хлебов каждого вида: десять хал из пресного
теста, десять плоских тонких лепешек и десять хал из пресного заварного теста
(кроме десяти хал из кислого теста,  хамеца).  И также сказано о  назире
 (Бемидбар 6:14-15): "И принесет он свою жертву Г-споду... и корзину
опресноков из лучшей пшеничной муки - хал, пропитанных маслом, и
лепешек-опресноков, помазанных маслом".
 И мишна сообщает нам, что если еврей
ПРИГОТОВИЛ эти виды  мацы  ДЛЯ СЕБЯ - то есть для того, чтобы самому
совершить эти жертвоприношения, - то, ПОЕВ ИХ в первую пасхальную ночь, НЕ
ИСПОЛНЯЮТ СВОЙ ДОЛГ в отношении заповеди о  маце.
 Дело в том, что в Торе написано (Шмот
12:17): "И берегите опресноки", что означает:  маца,  которую
берегут как  мацу  именно для празднования  Песаха,  пригодна для
исполнения заповеди. Из этого исключается  маца,  входящая в состав
жертвоприношений  тода  и  назира,  потому что ее берегут не как  мацу
 для  Песаха, а  как составную часть жертвоприношения.
 Если же еврей ПРИГОТОВИЛ ИХ ДЛЯ ПРОДАЖИ
НА РЫНКЕ - для продажи тому, кому они нужны для совершения соответствующих
жертвоприношений, - то, ПОЕВ ИХ в надлежащее время, ИСПОЛНЯЮТ СВОЙ ДОЛГ. Потому
что продавец с самого начала бережет их также в качестве  мацы  на  Песах.
 Он думает: "если не будет покупателей, которым нужна  маца  для
жертвоприношений, я оставлю ее себе на  Песах,  чтобы исполнить заповедь о
 маце".
 Как следует из нашего объяснения этой
мишны,  танай,  излагающий ее, не имеет в виду именно ХАЛЫ для
жертвоприношения  ТОДА,  а ЛЕПЕШКИ  МАЦЫ -  только для
жертвоприношения  НАЗИРА.  Он приводит их исключительно в качестве
примеров, подразумевая все виды  мацы,  входящие в эти жертвоприношения.
По той же причине - ради краткости изложения - он вообще не называет еще один
вид  мацы,  входящей в состав жертвоприношения  тода, -  халы из
заварного теста. Он считает само собой разумеющимся, что все сказанное
распространяется и на них.

 Мишна шестая

 А ВОТ ВИДЫ ОВОЩЕЙ, ПОЕВ КОТОРЫЕ, ЧЕЛОВЕК
ИСПОЛНЯЕТ В ПЕСАХ СВОЙ ДОЛГ: ХАЗЕРЕТ, И УЛЬШИН, И ТИМХА, И ХАРХАВИНА, И МАРОР.
ИСПОЛНЯЮТ СВОЙ ДОЛГ, ПОЕВ ИХ КАК СВЕЖИМИ, ТАК И СУХИМИ, ОДНАКО НЕ
МАРИНОВАННЫМИ, И НЕ РАЗВАРЕННЫМИ, И НЕ просто ВАРЕНЫМИ. И все ОНИ СОЕДИНЯЮТСЯ В
КАЗАИТ. ПРИЧЕМ ИСПОЛНЯЮТ СВОЙ ДОЛГ, СЪЕВ И ИХ СТЕБЕЛЬ, И если они ДМАЙ, ИЛИ
ПЕРВЫЙ МААСЕР, ОТ КОТОРОГО ОТДЕЛЕНА ЕГО ТРУМА, ИЛИ ВЫКУПЛЕННЫЕ ПЕРВЫЙ МААСЕР И
ПОСВЯЩЕНИЕ.


Объяснение мишны шестой

 Сказано в Торе (Шмот 12:8): "И
пусть едят мясо в эту же ночь - жареное на огне, и опресноки с горькой зеленью
пусть едят". Отсюда следует, что заповедь предписывает вместе с мясом
жертвы  песах  есть  мацу  и горькие овощи. Впрочем, заповедь есть  мацу
 в первую ночь  Песаха  не зависит от исполнения заповеди о принесении
жертвы  песах,  о ней в Торе сказано отдельно и потому она - совершенно
самостоятельная заповедь. В отличие от этого заповедь есть тогда же горькие
овощи не является самостоятельной, а зависит от заповеди о жертвоприношении  песах.
 Однако по решению мудрецов, даже тогда, когда нет Храма и жертву  песах  принести
невозможно, мы все же обязаны в первую ночь  Песаха  есть горькие овощи.
 В этой мишне говорится о том, какие
именно горькие овощи надо есть, чтобы исполнить свой долг в первую ночь
праздника  Песах.
 А ВОТ ВИДЫ ОВОЩЕЙ, ПОЕВ КОТОРЫЕ, ЧЕЛОВЕК ИСПОЛНЯЕТ В ПЕСАХ СВОЙ ДОЛГ есть горькую зелень:
ХАЗЕРЕТ - то есть салат, И УЛЬШИН - то есть цикорий, И ТИМХА - согласно
Рамбаму, это садовый цикорий, однако другие комментаторы считают, что это хрен
("Тосфот Йомтов"), И ХАРХАВИНА, дикий майоран, или орегано - растение,
молодые листья и корни которого употребляются в пищу, И МАРОР - вид кориандра,
отличающийся чрезвычайно горьким вкусом (Рамбам).
 ИСПОЛНЯЮТ СВОЙ ДОЛГ, ПОЕВ ИХ - любое из
вышеперечисленных растений - КАК СВЕЖИМИ, ТАК И СУХИМИ.
 Как разъясняет Гемара, только стебли
этих растений годятся для исполнения заповеди есть горькую зелень в первую ночь
 Песаха,  если они сухие (как будет сказано в этой мишне ниже). Листья же
их пригодны для этого только тогда, когда они еще свежие.
 ОДНАКО НЕ МАРИНОВАННЫМИ в уксусе, И НЕ
РАЗВАРЕННЫМИ больше обычного, И НЕ просто ВАРЕНЫМИ - так, как обычно варят
овощи.
 И все ОНИ СОЕДИНЯЮТСЯ В КАЗАИТ - то
есть, можно можно взять понемногу от разных растений, перечисленных выше, чтобы
в сумме получился  казаит.  Поскольку все они горькие, съев этот сборный  казаит,
 исполняют тем самым свой долг в первую ночь  Песаха.  (То же самое относится
в пяти видам злаков, перечисленных в предыдущей мишне: все они соединяются,
чтобы образовать  казаит мацы,  пригодной для исполнения заповеди).
 ПРИЧЕМ ИСПОЛНЯЮТ СВОЙ ДОЛГ есть горькую
зелень в первую ночь  Песаха,  СЪЕВ И ИХ СТЕБЕЛЬ - даже сухой (как было
упомянуто выше), И если они ДМАЙ - то есть куплены у простого, невежественного
земледельца, ИЛИ ПЕРВЫЙ МААСЕР, ОТ КОТОРОГО ОТДЕЛЕНА ЕГО ТРУМА - то есть  трумат-маасер,
ИЛИ  ВЫКУПЛЕННЫЕ
 ПЕРВЫЙ МААСЕР И ПОСВЯЩЕНИЕ - как было
разъяснено выше по поводу  мацы.
 Однако, если эти овощи запретны как  тевель
 или другие виды запрещенной пищи, перечисленные в предыдущей мишне, они не
годятся для исполнения заповеди. Несмотря на то, что от овощей  маасер  отделяют
не по букве закона Торы, а по указанию мудрецов, тот, кто ест любые из них, все
равно исполняет заповедь, одновременно нарушая другую (Раши).

 Мишна седьмая

 НЕ ЗАМАЧИВАЮТ ОТРУБИ ДЛЯ КУР, НО
ОШПАРИВАЮТ. ЖЕНЩИНА НЕ ДОЛЖНА ЗАМАЧИВАТЬ ОТРУБИ, ЧТОБЫ ВЗЯТЬ С СОБОЮ В БАНЮ, НО
МОЖЕТ ОБТЕРЕТЬ СВОЕ ТЕЛО СУХИМИ. В ПЕСАХ НЕЛЬЗЯ РАЗЖЕВАТЬ ПШЕНИЧНЫЕ ЗЕРНА И
ПОЛОЖИТЬ НА УШИБ, ТАК КАК ОНИ СКИСАЮТ.


Объяснение мишны седьмой

 Эта мишна говорит о том, что нельзя
делать в  Песах,  если это тесно связано с запретом  хамеца.
 НЕ ЗАМАЧИВАЮТ в  Песах  ОТРУБИ ДЛЯ
КУР, чтобы кормить их, потому что отруби, замоченные в воде, скисают, НО
ОШПАРИВАЮТ отруби кипятком, потому что тогда они уже не становятся  хамецем.
 ЖЕНЩИНА НЕ ДОЛЖНА ЗАМАЧИВАТЬ ОТРУБИ,
ЧТОБЫ ВЗЯТЬ С СОБОЮ В БАНЮ и использовать вместо мыла, так как замоченные
отруби закисают, НО МОЖЕТ ОБТЕРЕТЬ в бане СВОЕ ТЕЛО, даже мокрое, СУХИМИ
отрубями (см. Раши, Бартанура).
 Другие комментаторы говорят, что в  Песах
 отрубями можно обтирать только потное тело, а тело, облитое водой, нельзя
обтирать даже сухими отрубями (Рош).
 В ПЕСАХ НЕЛЬЗЯ РАЗЖЕВАТЬ ПШЕНИЧНЫЕ ЗЕРНА
И ПОЛОЖИТЬ их как компресс НА УШИБ, ТАК КАК ОНИ СКИСАЮТ от пропитавшей их
слюны.

 Мишна восьмая

 HE ДОБАВЛЯЮТ МУКУ В ХАРОСЕТ ИЛИ В ГОРЧИЦУ, А ЕСЛИ
ДОБАВИЛ ЭТО - НАДО СРАЗУ ЖЕ СЪЕСТЬ; А РАБИ МЕИР ЗАПРЕЩАЕТ. НЕ ВАРЯТ ПЕСАХ НИ В
каких НАПИТКАХ, НИ В СОКЕ ПЛОДОВ, ОДНАКО МАЖУТ И ОБМАКИВАЮТ ЕГО В НИХ. ВОДА,
КОТОРОЙ ПОЛЬЗУЕТСЯ ПЕКАРЬ, ДОЛЖНА БЫТЬ ВЫЛИТА, ПОТОМУ ЧТО ОНА ЗАКИСАЕТ.


Объяснение мишны восьмой

 НЕ ДОБАВЛЯЮТ МУКУ В ХАРОСЕТ - смесь
измельченных фруктов, приправленная жидким уксусом, в которую обмакивали мясо
при еде. Как правило, в нее замешивали также муку, однако в  Песах  так
делать нельзя, так как смешиваясь с водой, которой разбавлен уксус, мука
превращается в  хамец.  ИЛИ В ГОРЧИЦУ - так как ее также заправляют
уксусом, разбавленным водой, из-за чего мука закисает.
 А ЕСЛИ все же ДОБАВИЛ ЭТО - приправу
НАДО СРАЗУ ЖЕ СЪЕСТЬ. Как разъясняет Гемара, это относится только к горчице: ее
острота предохраняет муку от немедленного закисания. Однако если муку подмешали
к  харосет,  смесь необходимо сжечь, и как можно скорее: мука в ней очень
быстро превращается в  хамец.
 А РАБИ МЕИР ЗАПРЕЩАЕТ съесть немедленно
и горчицу, если в нее подмешали муку, потому что, как думает раби Меир, в
горчице мука закисает так же быстро, как и в  харосет.  Однако  ГАЛАХА  НЕ
СООТВЕТСТВУЕТ МНЕНИЮ РАБИ МЕИРА.
 НЕ ВАРЯТ ПЕСАХ НИ В каких НАПИТКАХ, НИ В
СОКЕ ПЛОДОВ. Сказано в Торе о жертвоприношении  песах  (Шмот 12:9):
"Не ешьте его недожаренным ИЛИ ВАРЕНЫМ - СВАРЕННЫМ В ВОДЕ". Наша
мишна сообщает, что не только в воде нельзя варить мясо жертвы  песах,  но
также, например, в вине или в масле (которое тоже имеет галахический статус
напитка), или в фруктовом соке. Мудрецы это выводят из того, что в Торе про  песах
 сказано не только "сваренный в воде", но и просто
"ВАРЕНЫЙ" - то есть, в чем угодно.
 ОДНАКО МАЖУТ  песах  во время
жарения и вином, и маслом, и любым фруктовым соком, И ОБМАКИВАЮТ ЕГО В НИХ во
время еды (Раши), не боясь, что заглушат вкус жареного мяса. А Рамбам пишет:
"Однако мажут песах и обмакивают его в них ПОСЛЕ ТОГО, КАК ПОЖАРЯТ".
 ВОДА, КОТОРОЙ ПОЛЬЗУЕТСЯ ПЕКАРЬ во время
работы, чтобы смачивать в ней руки, ДОЛЖНА БЫТЬ ВЫЛИТА вниз по наклонной
поверхности, чтобы нигде не задержалась, ПОТОМУ ЧТО ОНА ЗАКИСАЕТ, так как пекарь
окунал в нее руки, измазанные в тесте.




 Глава третья



 Мишна первая

 ВОТ ЧТО ИСЧЕЗАЕТ В ПЕСАХ: ВАВИЛОНСКИЙ
КУТАХ, И МИДИЙСКОЕ ПИВО, И ЭДОМСКИЙ УКСУС, И ЕГИПЕТСКИЙ ЗИТОМ, И ЗОМАН
КРАСИЛЬЩИКОВ, И АМИЛАН ПОВАРОВ, И КОЛАН ПЕРЕПИСЧИКОВ. РАБИ ЭЛИЭЗЕР ГОВОРИТ:
ЖЕНСКИЕ УКРАШЕНИЯ ТОЖЕ. ВОТ ОБЩЕЕ ПРАВИЛО: ВСЕ, ЧТО приготовлено ИЗ ХЛЕБНЫХ
ЗЛАКОВ, ИСЧЕЗАЕТ В ПЕСАХ. ВСЕ ОНИ ПОД ЗАПРЕТОМ, НО ЗА НИХ НЕ ГРОЗИТ КАРЕТ.


Объяснение мишны первой

 Тот, кто во время  Песаха  сознательно
съест  казаит хамеца,  навлекает на себя  карет -  как сказано (Шмот 12:
5): "Ибо душа всякого, кто будет есть квасное... БУДЕТ ОТТОРГНУТА ОТ
[духовного народа] ИЗРАИЛЯ".
 О ком именно говорит Тора? Мудрецы
объясняют, что речь идет о случае, если кто-то ест  хамец,  видный глазу.
Однако того, кто ест  хамец,  смешанный с другими продуктами (не  хамецем),
каретом  не наказывают. Впрочем, тот, кто съест смесь, содержащую в себе  казаит
хамеца,  за время, необходимое для съедения половины каравая хлеба (согласно
одной точке зрения - объем трех яиц, согласно другой - объем четырех),
преступает запрет "никакого кислого теста не ешьте" и наказывается
бичеванием.
 Эта мишна перечисляет виды продуктов,
содержащих в себе  хамец,  но меньше, чем  казаит,  который можно
съесть за время, необходимое для съедения половины каравая хлеба, а также виды
так называемого "затвердевшего хамеца"  (хамец нукшэ),  то есть  хамеца,
 не пригодного в пищу. Согласно комментариям Гарана и Бартануры, ее цель - сообщить
нам, что хотя тот, у кого в  Песах  есть эти виды  хамеца,  не
нарушает запрет иметь в своем владении  хамец,  все же накануне  Песаха  их
необходимо уничтожить - так постановили мудрецы.
 ВОТ ЧТО ИСЧЕЗАЕТ В ПЕСАХ - то есть, вот
какие виды еды уничтожают перед наступлением праздника  Песах  (Гаран,
Бартанура).
 Некоторые комментаторы объясняют это
выражение, точнее передавая смысл слов подлинника ("оврин" - буквально
"уходят"): вот то, что должно исчезнуть со света перед  Песахом  в
результате исполнения заповеди  биур-хамец  ("Тосфот Йомтов").
 ВАВИЛОНСКИЙ КУТАХ - род соуса для
приправы различных блюд, который делали в Двуречьи, смешивая сыворотку с
хлебными крошками и солью, И МИДИЙСКОЕ ПИВО - сваренное из ячменя, замоченного
в воде, И ЭДОМ-СКИЙ УКСУС - винный уксус, настоенный на ячмене, И ЕГИПЕТСКИЙ
ЗИТОМ - род пива, которое приготовляли в Египте из ячменя, шафрана и соли.
 Эти четыре вида продуктов, условно
называемые Гемарой "четыре страны" (Вавилон, Мидия, Эдом и Египет), -
"настоящий хамец в смеси", так как в состав каждого из них входит
хлебный злак. Только ни в одном из них нет достаточно  хамеца,  чтобы
съесть  казаит  его за время, необходимое для съедения половины каравая
хлеба (как было сказано в предисловии к объяснению этой мишны).
 И ЗОМАН КРАСИЛЬЩИКОВ - вода с отрубями,
используемая красильщиками при работе, И АМИЛАН ПОВАРОВ - хлеб, который повара
пекут из незрелого зерна и накрывают им горшки, чтобы он впитывал накипь, И
КОЛАН ПЕРЕПИСЧИКОВ - мучной клей для склеивания листов бумаги.
 Эти три вида - "три ремесла",
как условно называет их Гемара, представляют собой  хамец нукшэ,  хоть и
не смешанный ни с чем другим.
 РАБИ ЭЛИЭЗЕР - по другой версии РАБИ
ЭЛЬАЗАР - ГОВОРИТ: ЖЕНСКИЕ УКРАШЕНИЯ ТОЖЕ.
 Гемара разъясняет, что на самом деле
раби Элиэзер имеет в виду смесь пшеничной муки со специальными снадобьями,
которую женщины используют для удаления волос на теле. Тем самым раби Элиэзер
добавляет к сказанному  первым тачаем,  что  хамец нукшэ  нельзя
оставлять у себя на  Песах  даже в составе какой-либо смеси и его
необходимо уничтожить до наступления праздника. Однако мудрецы считают, что
смесь, содержащая в себе  хамец нукшэ,  не запрещена и уничтожать ее перед
 Песахом  не нужно.
 ВОТ ОБЩЕЕ ПРАВИЛО: ВСЕ, ЧТО приготовлено
ИЗ ХЛЕБНЫХ ЗЛАКОВ - любой  хамец  из пяти видов хлебных злаков (пшеницы,
ячменя, полбы, ржи и овса), даже находящийся в смеси, - ИСЧЕЗАЕТ В ПЕСАХ со
света. То есть, его нельзя хранить у себя в  Песах  и необходимо
уничтожить раньше. ВСЕ ОНИ - все смеси, перечисленные выше, - ПОД ЗАПРЕТОМ - и
тот, кто ест их, нарушает заповедь "никакого кислого теста не ешьте";
НО ЗА НИХ НЕ ГРОЗИТ КАРЕТ. Лишь тот, кто в  Песах  ест настоящий  хамец,
 видный глазу, наказывается за это  каретом -  но не за смесь,
включающую в себя  хамец,  и не за  хамец нукшэ  (как было сказано в
предисловии к объяснению этой мкшны).
 Некоторые комментаторы считают, что
"общее правило" - это окончание слов  первого таная.  Тогда, с
его точки зрения, даже если в смеси, содержащей настоящий  хамец,  нет  казаита
 его, достаточного, чтобы съесть его за время, необходимое для съедения
половины каравая хлеба, - тот, кто ест только  казаит  этой смеси,
преступает запрет Торы и наказывается бичеванием. Однако ЭТО МНЕНИЕ НЕ
СООТВЕТСТВУЕТ  ГАЛАХЕ.
 Другие же комментаторы полагают, что
"общее правило" - это продолжение слов раби Элиэзера (Тосафот). Тогда
очевидно разногласие между  первым танаем  и раби Элиэзером, и точка
зрения  первого такая,  представляется иначе. Он говорит, что тот, кто ест
перечисленные им виды смесей, вообще не нарушает никакой заповеди Торы, поскольку
при этом за время, необходимое для съедения половины каравая хлеба, невозможно
съесть  казаит хамеца.  То же относится к "затвердевшему
хамецу", даже видимому глазом. Тем не менее, есть его запрещено.
 Такая интерпретация соответствует  барайте,
 которую приводит Гемара: "Сказано в Торе: "Никакого кислого теста
не ешьте" - это включает в запрет и вавилонский кутах, и мидийское пиво, и
эдомский уксус, и египетский зитом. Может быть, за них наказывают каретом? Но
сказано: "Ибо душа каждого, кто будет есть квасное... будет
отторгнута" - за настоящий хамец из хлебного злака наказывают каретом, а
тот, кто ест хамец в смеси, лишь преступает заповедь, - [это] слова раби
Элиэзера. А мудрецы говорят: "За настоящий хамец из хлебного злака
наказывают каретом, но за хамец в смеси вообще не наказывают".
 И пишет Риф: "Несмотря на то, что
мудрецы сказали: "вообще не наказывают", это значит: не наказывают
бичеванием, однако хамец в смеси запрещен. И следует уточнить: в каком именно
случае не наказывают бичеванием - когда в смеси нет казаита хамеца, чтобы его
съесть за время, необходимое для съедения половины каравая хлеба, как в
вавилонском кутахе и ему подобных. Однако если в смеси есть казаит хамеца,
который можно съесть за время, необходимое для съедения половины каравая, мудрецы
тоже считают, что съевшего такую смесь наказывают бичеванием".
 Как уже упоминалось, мы объяснили начало
этой мишны согласно комментариям Гарана и Бартануры. Однако Раши и Рамбам берут
за основу другое значение слова "оврин" (которое мы перевели как "уходят")
- "преступают", и в их интерпретации мишна выглядит так: "ВОТ
ЧТО съев, ПРЕСТУПАЮТ В ПЕСАХ запрет иметь в своем владении хамец". Иначе
говоря, по их мнению, все, что перечисляет мишна, должно быть уничтожено перед  Песахом,
 так как это запрещено согласно букве закона Торы.
 Но рабейну Там не согласен с таким
истолкованием и предлагает свое (см. Псахим 42а, Тосафот), опирающееся на
первоначальное значение слова "оврим" - "уходят": "ВОТ
ЧТО УХОДИТ В ПЕСАХ со стола". То есть, рабейну Там считает, что нет
обязанности уничтожать все эти смеси, в состав которых входит  хамец, -  только
есть их запрещено.

 Мишна вторая

 ТЕСТО В ТРЕЩИНАХ КВАШНИ: ЕСЛИ ЕСТЬ ОДНО
МЕСТО, ГДЕ ОНО ОБРАЗУЕТ КАЗАИТ - его НАДЛЕЖИТ УНИЧТОЖИТЬ, А ЕСЛИ НЕТ - оно КАК
БЫ НЕ СУЩЕСТВУЕТ ИЗ-ЗА СВОЕЙ МАЛОСТИ. И ТАК ЖЕ В ОТНОШЕНИИ РИТУАЛЬНОЙ
НЕЧИСТОТЫ; ЕСЛИ ОНО СУЩЕСТВЕННО ДЛЯ НЕГО - СЛУЖИТ ПРЕГРАДОЙ, А ЕСЛИ ХОЧЕТ,
ЧТОБЫ ОНО ОСТАЛОСЬ - ОНО СЛОВНО сама КВАШНЯ. ГЛУХОЕ ТЕСТО: ЕСЛИ ЕСТЬ ТАКОЕ ЖЕ,
КОТОРОЕ СКИСЛО, - ТО ОНО ЗАПРЕЩЕНО.


Объяснение мишны второй

 ТЕСТО, оставшееся В ТРЕЩИНАХ КВАШНИ - деревянной
посудины, в которой месят и заквашивают тесто: ЕСЛИ ЕСТЬ ОДНО МЕСТО, ГДЕ ОНО
ОБРАЗУЕТ КАЗАИТ - его НАДЛЕЖИТ выковырять из трещин и УНИЧТОЖИТЬ перед  Песахом,
 А ЕСЛИ НЕТ такого места в квашне, где в трещине есть  казаит хамеца, -  оно
КАК БЫ НЕ СУЩЕСТВУЕТ ИЗ-ЗА СВОЕЙ МАЛОСТИ.
 Согласно Гемаре, последнее сказано о
тесте, которое служит ДЛЯ УКРЕПЛЕНИЯ КВАШНИ - скрепляет края трещины или
затыкает собой отверстие в квашне (Рамбам, Гамеири). Поскольку оно нужно для
того, чтобы посудина оставалась целой, само по себе оно не представляет для
хозяина ценности и потому тот не придает ему самостоятельного значения. Однако
же если это тесто не служит для укрепления квашни, то ДАЖЕ МЕНЬШЕ  КАЗАИТА  его
необходимо уничтожить. В этом случае хозяин не считает его не существующим, и
есть опасение, что во время  Песаха  он вдруг решит вытащить его из трещин
(Бартанура).
 По другому объяснению - если в трещинах
квашни много "пол-казаитов", есть вероятность, что хозяин вздумает
соединить их вместе (Гамеири). Тогда получается, что если  казаигп  теста
находится даже в таком месте, где он укрепляет квашню, его все же необходимо
уничтожить до  Песаха.
 И ТАК ЖЕ В ОТНОШЕНИИ РИТУАЛЬНОЙ
НЕЧИСТОТЫ, если  шерец  коснулся этого теста во время  Песаха.  В
случае, когда все оно подлежит уничтожению - а именно, если в нем есть  казаигп,
-  сам этот факт придает ему значимость, и тогда оно образует преграду перед
источником  нечистоты,  и квашня остается чистой. От теста она не
принимает  ритуальную нечистоту  потому, что пища не в состоянии
осквернить посуду. Если же в тесте нет  казаита,  то, поскольку оно не
подлежит уничтожению, оно как бы не существует самостоятельно, являясь частью
квашни, и если  шерец  коснулся его - это все равно, как если бы он
коснулся самой квашни, и она становится ритуально нечистой.
 Впрочем, это относится только ко времени
 Песаха.  В течение всего остального года решающим фактором является не
наличие или отсутствие  казаита  теста, а отношение к нему хозяина: ЕСЛИ
ОНО - то есть тесто в трещинах квашни - СУЩЕСТВЕННО ДЛЯ НЕГО - и он собирается
забрать его, - оно СЛУЖИТ ПРЕГРАДОЙ перед источником  ритуальной нечистоты  даже
в том случае, если в нем нет  казаита.  И если  шерец  касается его,
квашня остается ритуально чистой.
 Точно так же в  Песах:  если в
тесте нет  казаита,  но хозяин считает его важным, оно образует преграду
перед источником  ритуальной нечистоты  (Раши).
 А ЕСЛИ хозяин ХОЧЕТ, ЧТОБЫ ОНО ОСТАЛОСЬ
в трещинах квашни - ОНО СЛОВНО сама КВАШНЯ, и прикоснуться к нему означает
прикоснуться к самому сосуду. Причем это относится также и к случаю, когда
теста гораздо больше, чем  казаит:  если для хозяина оно как таковое не
существует, но как бы часть самой квашни, оно не является преградой перед
источником  ритуальной нечистоты  (Бартанура, Гамеири).
 ТАКОВ СМЫСЛ ЭТОЙ МИШНЫ СОГЛАСНО ГЕМАРЕ.
 ГЛУХОЕ ТЕСТО - так образно называется
тесто, в котором не заметно признаков скисания: оно подобно глухому, к которому
обращаются, а он никак не реагирует на это. Рамбам же считает, что оно
называется "глухонемым" и объясняет почему - если по такому тесту
ударить рукой, оно не издаст никакого звука.
 В другом варианте текста Мишны вместо "хереш"
("глухой") сказано "херес" ("черепок"). То есть,
речь идет о сухом и твердом, как черепок, тесте, в котором не заметно никаких
признаков скисания.
 ЕСЛИ ЕСТЬ ТАКОЕ ЖЕ - другое тесто,
замешанное одновременно с "глухим", КОТОРОЕ уже СКИСЛО, ТО ОНО - первое
тесто - ЗАПРЕЩЕНО в  Песах  как  хамец.
 Для случая же, когда нет другого теста,
чтобы сравнить с первым, Гемара дает критерий времени для определения
пригодности первого теста. А именно: если с момента, когда его перестали
месить, прошло время, необходимое человеку для того, чтобы средним шагом пройти
 миль  (2000  локтей),  тесто запрещено в  Песах.  Рамбам
определяет, что это время - 2/5 часа, или, по нашим часам, 24 минуты.

 Мишна третья

 КАК ОТДЕЛЯЮТ РИТУАЛЬНО НЕЧИСТУЮ ХАЛУ В
ПРАЗДНИК? РАБИ ЭЛИЭЗЕР ГОВОРИТ: ПУСТЬ НЕ ДАЕТ ЕЙ ИМЯ, ПОКА ОНА НЕ ИСПЕЧЕТСЯ.
РАБИ ЙЕГУДА БЕН БТЕЙРА ГОВОРИТ: ПУСТЬ ПОЛОЖИТ В ХОЛОДНУЮ воду. СКАЗАЛ РАБИ ЙЕГОШУА:
НЕ ТОТ ЭТО ХАМЕЦ, КОТОРЫЙ нам ЗАПРЕЩАЕТСЯ ИМЕТЬ В СВОЕМ ВЛАДЕНИИ; ПРОСТО
ОТДЕЛЯЕТ ЕЕ И ОСТАВЛЯЕТ ДО ВЕЧЕРА - А ЕСЛИ СКИСЛА, ТАК СКИСЛА.


Объяснение мишны третьей

 Эта мишна обсуждает вопрос, как отделяют
 халу  от теста, ставшего ритуально нечистым в праздничный день  Песаха  Чтобы
понять, в чем состоит суть проблемы, необходимо объяснить, какова специфика
отделения  халы в Песах.
 Если тесто ритуально чисто, то
отделенную от него  халу  необходимо немедленно испечь, так как если ее
оставить сырой, она скиснет и превратится в  хамец.  Чтобы предотвратить
это, ритуально чистую  халу  в  Песах  отдают  когену в  испеченном
виде. Однако если тесто стало ритуально нечистым, то  хала,  которую
отделяют от него, не годится в пищу  когену.  Следовательно, печь ее в
праздник нельзя - так как в таком случае это не связано с приготовлением пищи.
Но сжечь ее тоже нельзя, так как в праздник не сжигают  святыни.  Нельзя
даже скормить ее собаке  когена,  потому что это тоже способ уничтожения  святыни
-  а в праздник это запрещено. Кроме того, вообще воспрещается отдавать
животному пищу, предназначенную в дар  когену  и потому являющуюся  святыней,
 все время, пока она годится для человека. В остальные
праздники дело обстоит проще: ритуально нечистую  халу  отделяют,
оставляют до исхода праздничного дня и потом сжигают. Однако в  Песах  это
невозможно потому, что, как сказано выше, она превратится в  хамец.  Так
что же следует делать? По этому вопросу, мнения  танаев  в нашей мишне
разделились.
 КАК ОТДЕЛЯЮТ РИТУАЛЬНО НЕЧИСТУЮ ХАЛУ –
то есть, как отделяют халу от теста, ставшего ритуально нечистым, В ПРАЗДНИК - в
один из двух праздничных дней Песаха?
 РАБИ ЭЛИЭЗЕР ГОВОРИТ: ПУСТЬ НЕ ДАЕТ ЕЙ
ИМЯ - пусть женщина, замесившая тесто и отделившая от него соответствующий
кусок, не объявляет его  халой  (в подлиннике все глаголы, связанные с
отделением  халы,  стоят в женском роде), ПОКА ОНА - то есть кусок теста,
подходящий для того, чтобы быть  халой, -  НЕ ИСПЕЧЕТСЯ.
 В этом случае нет запрета печь
потенциальную  халу,  так как любой из кусков разделанного теста годится в
пищу, а во время выпечки про каждый из них говорят: "Не это - хала,
предназначенная для когена" (Раши). Получается, что все тесто выпекается
для нужд праздника, а потом уже женщина отделяет халу.
 Что же касается необходимости отделять
халу от общей массы теста, а не от отдельной части его, то раби Элиэзер
считает, что если все, что выпечено из этой массы теста, сложить вместе,
единство ее восстанавливается. Об этом сказано в Мишне (Хала 2:4): "[Если]
хлеба вынимают из печи и складывают в корзину, эта корзина их объединяет [для
отделения] халы".
 Итак, женщина выбирает один из кусков
теста, испеченный в качестве хлеба, и объявляет его  халой,  оставляет его
до окончания праздничного дня, а затем сжигает его.
 Иную точку зрения высказывает РАБИ ЙЕГУДА
БЕН БТЕЙРА, который ГОВОРИТ: Женщина, отделив  халу  от теста, как
полагается, ПУСТЬ ПОЛОЖИТ ее В ХОЛОДНУЮ воду, чтобы предохранить от скисания.
 Раби Йегуда бен Бтейра возражает раби
Элиэзеру. Он считает, что раз среди хлебов, выделанных из одной массы теста,
есть один, который есть запрещено, то даже если его не отделили и не назвали  халой,
 ни один из этих хлебов нельзя выпекать - так как получается, что это делают
не для еды. А раби Элиэзер не согласен с раби Йегудой бен Бтейра в том, что
можно положить отделенную халу в холодную воду, так как опасается, что женщина,
отделившая ее, не сможет обращаться с ней достаточно осторожно, чтобы
предохранить ее от скисания (Тосафот).
 СКАЗАЛ РАБИ ЙЕГОШУА: НЕ ТОТ ЭТО ХАМЕЦ,
КОТОРЫЙ нам ЗАПРЕЩАЕТСЯ ИМЕТЬ В СВОЕМ ВЛАДЕНИИ в  Песах. С  того момента,
как хозяин теста называет этот кусок  халой,  он уже не хозяин над ним. В
Торе же написано (Шмот 13:7): "И пусть никто [даже] не сможет увидеть
квасного... во всех пределах ТВОИХ". Мудрецы истолковывают, что слово
"твоих" относится к  хамецу  и выводят: ТВОЕГО  хамеца  не
должно быть видно в пределах твоих, но ЧУЖОЙ  хамец  может быть виден. То
же самое относится к  хале:  она не принадлежит тебе. Поэтому женщина,
занимающаяся приготовлением хлеба в праздник, ПРОСТО ОТДЕЛЯЕТ ЕЕ - то есть халу
- так, как это делает всегда, И ОСТАВЛЯЕТ ДО ВЕЧЕРА, пока не кончится
праздничный день, - А ЕСЛИ хала СКИСЛА, ТАК СКИСЛА. Поскольку она - чужой  хамец,
 его не возбраняется иметь в своем владении в  Песах.
 Гемара разъясняет, в чем состоит суть
разногласия между  танаями  в нашей мишне. Раби Элиэзер считает, что раз,
в принципе, после отделения халы хозяин может обратиться к мудрецу Торы, и тот
аннулирует данное хозяином обязательство считать этот кусок теста  халой,  в
результате чего тесто снова становится  тевелем  и опять все принадлежит
хозяину, то если хала скиснет, хозяин преступит запрет Торы иметь в своем
владении  хамец.  Раби Йегуда бен Бтейра в этом согласен с раби Элиэзером,
однако, в отличие от него, полагает, что в праздник нельзя выпекать все тесто,
включая часть, в принципе принадлежащую  когену  (как было сказано выше). Что
же касается раби Йегошуа, то он не согласен с ними обоими и считает, что все
время, пока хозяин не обратился к мудрецу Торы, не принимают в расчет
возможность аннулирования халы и возвращение всего теста во власть хозяина. И  ГАЛАХА
 СООТВЕТСТВУЕТ МНЕНИЮ РАБИ ЙЕГОШУА (Рамбам, Законы о праздниках 3:9).

 Мишна четвертая

 РАБАН ГАМЛИЭЛЬ ГОВОРИТ: ТРИ ЖЕНЩИНЫ
МЕСЯТ тесто ОДНОВРЕМЕННО И ПЕКУТ мацу В ОДНОЙ ПЕЧИ ОДНА ПОСЛЕ ДРУГОЙ. А МУДРЕЦЫ
ГОВОРЯТ: ТРИ ЖЕНЩИНЫ ЗАНИМАЮТСЯ приготовлением ТЕСТА: ОДНА МЕСИТ, ДРУГАЯ
РАСКАТЫВАЕТ, А ТРЕТЬЯ ПЕЧЕТ. РАБИ АКИВА ГОВОРИТ: НЕ ВСЕ ЖЕНЩИНЫ, И НЕ ВСЕ
ДРОВА, И НЕ ВСЕ ПЕЧИ ОДИНАКОВЫ. ВОТ ПРАВИЛО: ЕСЛИ тесто ВСХОДИТ - ПУСТЬ
ПРОДОЛЖАЮТ РАБОТАТЬ С НИМ, обмакивая руки В ХОЛОДНУЮ воду.


Объяснение мишны четвертой

 РАБАН ГАМЛИЭЛЬ ГОВОРИТ: ТРИ ЖЕНЩИНЫ
МЕСЯТ тесто ОДНОВРЕМЕННО - каждая свое, чтобы испечь из него  мацу, -  И
ПЕКУТ каждая свою мацу В ОДНОЙ ПЕЧИ ОДНА ПОСЛЕ ДРУГОЙ. Несмотря на то, что,
третья женщина должна ждать, пока первые две женщины испекут всю свою  мацу,  нет
опасения, что тесто ее за это время скиснет.
 А МУДРЕЦЫ ГОВОРЯТ: Нельзя настолько
легко относиться к возможности закисания теста, чтобы позволить женщинам месить
свое тесто одновременно, а выпекать по очереди. Пусть все ТРИ ЖЕНЩИНЫ ЗАНИМАЮТСЯ
приготовлением ТЕСТА, а именно: ОДНА МЕСИТ тесто, ДРУГАЯ РАСКАТЫВАЕТ его в
тонкие лепешки, А ТРЕТЬЯ ПЕЧЕТ  мацу.  То есть: в то самое время, когда
одна из них уже начинает разделывать готовое тесто, другая приступает к
замешиванию теста; когда же первая заканчивает свой этап работы и начинает печь
 мацу,  вторая переходит к раскатыванию своего теста, а третья - начинает
месить, и далее все повторяется в том же порядке. Таким образом, каждая женщина
в одно и то же время занята приготовлением своего теста, а все время, пока с
тестом работают, оно не доходит до заки-сания (см."Псахим"48б).
 РАБИ АКИВА ГОВОРИТ: НЕ ВСЕ ЖЕНЩИНЫ, И НЕ
ВСЕ ДРОВА, И НЕ ВСЕ ПЕЧИ ОДИНАКОВЫ. Раби Акива тоже не согласен с мнением
рабана Гамлиэля и считает недопустимым такое неосмотрительное отношение к
опасности образования  хамеца,  чтобы позволить трем женщинам замешивать
тесто одновременно, а выпекать по очереди в одной и той же печи. Потому что
есть женщины, которые работают недостаточно проворно, а дрова могут быть сырыми
и потому не совсем пригодными для растопки печи, и, наконец, некоторые печи
нагреваются слишком медленно. В результате может пройти так много времени до
выпечки теста, что оно может скиснуть, то есть превратиться в  хамец.  Поэтому
надлежит организовать работу так, как говорят мудрецы: каждая из женщин должна
непрерывно заниматься своим тестом, чтобы оно не скисло даже в том случае, если
подготовка его к выпечке продолжалась немалое время (Рамбам).
 ВОТ ПРАВИЛО: ЕСЛИ видят, что тесто
ВСХОДИТ - то есть, что в нем начинается процесс брожения, - ПУСТЬ ПРОДОЛЖАЮТ
РАБОТАТЬ С НИМ - то есть бить его и мять, все время обмакивая руки В ХОЛОДНУЮ
воду, так как это мешает тесту скиснуть.
 Некоторые комментаторы говорят, что
отрывок "Вот правило" - это не окончание слов раби Акивы, а анонимная
мишна, сообщающая, что в случае, когда в тесте появляются признаки скисания,
возможно предотвратить это, не прекращая работы с ним и все время обмакивая
руки в холодную воду.

 Мишна пятая

 ЗАБРОДИВШЕЕ ТЕСТО ДОЛЖНО БЫТЬ СОЖЖЕНО, А
ПОЕВШИЙ ЕГО СВОБОДЕН ОТ НАКАЗАНИЯ; РАСТРЕСКАВШЕЕСЯ тесто ДОЛЖНО БЫТЬ СОЖЖЕНО, А
ПОЕВШИЙ ЕГО ПОДЛЕЖИТ КАРЕТУ. КАКОЕ ТЕСТО - ЗАБРОДИВШЕЕ? Если трещины на нем
СЛОВНО РОЖКИ КУЗНЕЧИКОВ. Какое тесто называется РАСТРЕСКАВШИМСЯ? Если ТРЕЩИНЫ
НА НЕМ ПЕРЕМЕШАЛИСЬ. Все это - СЛОВА РАБИ ЙЕГУДЫ, А МУДРЕЦЫ ГОВОРЯТ: ХОТЬ ТАК,
ХОТЬ ТАК - ПОЕВШИЙ ЕГО ПОДЛЕЖИТ КАРЕТУ. А ЧТО ТАКОЕ ЗАБРОДИВШЕЕ ТЕСТО? ЛЮБОЕ,
ПОВЕРХНОСТЬ КОТОРОГО ПОБЛЕДНЕЛА, СЛОВНО ЛИЦО ЧЕЛОВЕКА, У КОТОРОГО ВОЛОСЫ ВСТАЛИ
ДЫБОМ.


Объяснение мишны пятой

 ЗАБРОДИВШЕЕ ТЕСТО, но еще не скисшее
окончательно, ДОЛЖНО БЫТЬ СОЖЖЕНО перед  Песахом,  так как подлежит
уничтожению, А ПОЕВШИЙ ЕГО в  Песах  СВОБОДЕН ОТ НАКАЗАНИЯ - и от  карета,
 и от бичевания, потому что такое тесто относится к категории  хамеца,  непригодного
в пищу (как было сказано выше, в мишне первой этой главы).
 РАСТРЕСКАВШЕЕСЯ тесто - на поверхности
которого образовалось множество трещин, что является признаком брожения, - ДОЛЖНО
БЫТЬ СОЖЖЕНО перед  Песахом,  А ПОЕВШИЙ ЕГО ПОДЛЕЖИТ КАРЕТУ, поскольку это
тесто - настоящий  хамец.
 КАКОЕ ТЕСТО - ЗАБРОДИВШЕЕ? Если трещины
на нем тонкие, СЛОВНО РОЖКИ КУЗНЕЧИКОВ и, подобно им, расходятся в разные
стороны (Раши).
 Какое тесто называется РАСТРЕСКАВШИМСЯ?
Если ТРЕЩИНЫ НА НЕМ ПЕРЕМЕШАЛИСЬ - то есть трещин стало так много, что они
разбегаются во всех направлениях и перекрещиваются.
 Все это - сказанное выше - СЛОВА РАБИ ЙЕГУДЫ,
освобождающего от наказания того, кто поест тесто, на поверхности которого
появились трещины, напоминающие рожки кузнечиков. А МУДРЕЦЫ ГОВОРЯТ: ХОТЬ ТАК,
ХОТЬ ТАК - какие бы трещины ни появились на поверхности теста: хоть тонкие и
расходящиеся в стороны, словно рожки кузнечика, хоть бегущие во все стороны и
перекрещивающиеся - ПОЕВШИЙ ЕГО ПОДЛЕЖИТ КАРЕТУ, потому что любые трещины,
появившиеся на поверхности теста, свидетельствуют о том, что оно превратилось в
 хамец.  Гемара объясняет, что нет такой трещины на поверхности теста, под
которой не было бы уже множества пустот внутри теста.
 А ЧТО ТАКОЕ ЗАБРОДИВШЕЕ ТЕСТО с точки
зрения мудрецов - то есть тесто в такой стадии брожения, что поевший его пока
еще не подлежит наказанию? ЛЮБОЕ тесто, ПОВЕРХНОСТЬ КОТОРОГО ПОБЛЕДНЕЛА, СЛОВНО
ЛИЦО ЧЕЛОВЕКА, У КОТОРОГО ВОЛОСЫ ВСТАЛИ ДЫБОМ от страха.
 И  ГАЛАХА  СООТВЕТСТВУЕТ МНЕНИЮ
МУДРЕЦОВ.

 Мишна шестая

 Если ЧЕТЫРНАДЦАТОЕ нисана ОКАЗЫВАЕТСЯ
СУББОТОЙ, ВСЕ УНИЧТОЖАЮТ ПЕРЕД СУББОТОЙ - это СЛОВА РАБИ МЕИРА. А МУДРЕЦЫ
ГОВОРЯТ: В СВОЕ ВРЕМЯ. РАБИ ЭЛЬАЗАР БЕН ЦАДОК ГОВОРИТ: ТРУМУ - ПЕРЕД СУББОТОЙ,
А ХУЛИН - В СВОЕ ВРЕМЯ.


Объяснение мишны шестой

 Эта мишна обсуждает вопрос, как
совершают  биур-хамец,  если канун  Песаха  совпадает с субботой.
 Если ЧЕТЫРНАДЦАТОЕ нисана ОКАЗЫВАЕТСЯ
СУББОТОЙ, когда сжигать  хамец  запрещено, ВСЕ - весь  хамец,  и  хулин,
 и  труму, -  УНИЧТОЖАЮТ ПЕРЕД СУББОТОЙ. Исключение составляет тот  хамец,
 который нужен для еды в субботу: его оставляют в укромном месте. Это - СЛОВА
РАБИ МЕИРА.
 А МУДРЕЦЫ ГОВОРЯТ: Весь  хамец  уничтожается
В СВОЕ ВРЕМЯ, то есть четырнадцатого нисана, несмотря на то.что этот день - суббота:
ведь можно уничтожить  хамец,  не нарушая субботы, например отдать его
другим людям, чтобы они его съели, или скормить его скотине.
 РАБИ ЭЛЬАЗАР БЕН ЦАДОК ГОВОРИТ:  хамец-ТРУМУ
 уничтожают ПЕРЕД СУББОТОЙ, поскольку ее едят лишь немногие - только  когены,
 а скармливать ее скотине запрещено. А  хамец-ХУЛИН -  В СВОЕ ВРЕМЯ.  Хамец-хулин
 незачем уничтожать до наступления субботы, так как если не найдется людей,
которые захотят его съесть, можно скормить его скотине или собакам.
 Риф считает, что  галаха  соответствует
мнению раби Эльазара бен Цадока, и точно так же пишет Рамбам в комментарии к
Мишне. Тем не менее, в своем кодексе "Мишне-Тора" он высказывает иную
точку зрения: "Если четырнадцатое нисана оказывается субботой, то
бдикат-хамец совершают в ночь на пятницу, то есть в ночь тринадцатого нисана.
Тот хамец, который будут есть в субботу до конца четвертого часа, оставляют в
укромном месте, А ВЕСЬ ОСТАЛЬНОЙ ХАМЕЦ УНИЧТОЖАЮТ ПЕРЕД СУББОТОЙ. Если же часть
хамеца остается в субботу после истечения четырех часов, от него отрекаются и накрывают
посудиной, чтобы он остался под ней до конца первого дня праздника, когда его
уничтожают" (Законы о хамеце и о маце 3:3).
 Однако Раавад возражает: "Это труму
уничтожают и часть ее оставляют, а хулин вовсе не уничтожают раньше времени - согласно
раби Эльазару бен Йегуде, старожилу Бартоты (см. Псахим 13а), и раби Эльазару
бен Цадоку, которые оба считают так. И это - основа закона" (см. "Магид
мишнэ").

 Мишна седьмая

 ИДЕТ РЕЗАТЬ СВОЮ ЖЕРТВУ ПЕСАХ, ИЛИ
СОВЕРШАТЬ ОБРЕЗАНИЕ СВОЕМУ СЫНУ, ИЛИ НА ТРАПЕЗУ В ЧЕСТЬ ОБРУЧЕНИЯ В ДОМЕ СВОЕГО
ТЕСТЯ И ВСПОМИНАЕТ, ЧТО В ЕГО ДОМЕ ЕСТЬ ХАМЕЦ, - ЕСЛИ МОЖЕТ ВОЗВРАТИТЬСЯ,
УНИЧТОЖИТЬ хамец И опять ВЕРНУТЬСЯ К исполнению СВОЕЙ ЗАПОВЕДИ, ПУСТЬ
ВОЗВРАТИТСЯ И УНИЧТОЖИТ, А ЕСЛИ НЕТ - ПУСТЬ ОТРЕЧЕТСЯ ОТ НЕГО МЫСЛЕННО. Идущий
СПАСАТЬ ОТ НАБЕГА, ОТ НАВОДНЕНИЯ, ОТ РАЗБОЙНИКОВ, ОТ ПОЖАРА ИЛИ ИЗ-ПОД ОБВАЛА -
ПУСТЬ ОТРЕЧЕТСЯ МЫСЛЕННО, А идущий, ЧТОБЫ ПРОВЕСТИ ОТДЫХ ТАМ, ГДЕ ОН ХОЧЕТ, - ПУСТЬ
ВЕРНЕТСЯ НЕМЕДЛЯ.


Объяснение мишны седьмой

 Если еврей ИДЕТ четырнадцатого нисана
РЕЗАТЬ СВОЮ ЖЕРТВУ ПЕСАХ, ИЛИ СОВЕРШАТЬ ОБРЕЗАНИЕ СВОЕМУ СЫНУ, ИЛИ НА ТРАПЕЗУ В
ЧЕСТЬ ОБРУЧЕНИЯ В ДОМЕ СВОЕГО ТЕСТЯ.
 Было принято в те времена, что когда
жених приходил в Дом своего тестя, чтобы обручиться с невестой, устраивали праздничную
трапезу, которая считалась трапезой в честь исполнения заповеди.
 И ВСПОМИНАЕТ, ЧТО В ЕГО ДОМЕ ЕСТЬ ХАМЕЦ
- который он еще не уничтожил, - ЕСЛИ МОЖЕТ ВОЗВРАТИТЬСЯ домой, УНИЧТОЖИТЬ
хамец И опять ВЕРНУТЬСЯ К исполнению СВОЕЙ ЗАПОВЕДИ - то есть, если после
уничтожения  хамеца  от дня останется еще достаточно времени, чтобы
исполнить ту заповедь, для которой он шел сначала, - ПУСТЬ ВОЗВРАТИТСЯ домой И
УНИЧТОЖИТ  хамец.
 А ЕСЛИ НЕТ - если не остается времени
для того, чтобы возвратиться домой, уничтожить  хамец  и еще выполнить ту
заповедь, ради которой он шел, ПУСТЬ ОТРЕЧЕТСЯ ОТ НЕГО - от своего  хамеца -  МЫСЛЕННО,
то есть откажется от всех своих прав на этот  хамец  и решит, что он - все
равно как прах земной и абсолютно ни на что не годится (см. Введение к нашему
трактату).
 Идущий же СПАСАТЬ других евреев ОТ
НАБЕГА врагов, или ОТ НАВОДНЕНИЯ, или ОТ РАЗБОЙНИКОВ, или ОТ ПОЖАРА, ИЛИ чтобы
вытащить их ИЗ-ПОД ОБВАЛА - то есть во всех случаях, когда жизни евреев грозит
опасность, - ПУСТЬ ОТРЕЧЕТСЯ от своего  хамеца  МЫСЛЕННО.
 Если даже день еще будет длиться долго и
времени вполне достаточно, чтобы вернуться домой и уничтожить  хамец,  этого
делать не нужно, так как все отступает перед спасением жизни еврея. Достаточно
лишь мысленно отречься от  хамеца,  остающегося в доме, так как, в
принципе, буква закона Торы требует только этого.
 А идущий ЧТОБЫ ПРОВЕСТИ ОТДЫХ ТАМ, ГДЕ
ОН ХОЧЕТ, - тот, кто идет положить  эйрув тхумим  в определенном месте,
чтобы иметь право идти оттуда в праздник еще на 2000  локтей  не для того,
чтобы исполнить заповедь, а только потому, что так ему хочется, - и если он
вспомнил о неуничтоженном в своем доме  хамеце,  ПУСТЬ ВЕРНЕТСЯ НЕМЕДЛЯ,
чтобы исполнить заповедь  биур-хамец.
 Однако если его намерение связано с
исполнением заповеди - например, он хочет утешить скорбящих, или поздравить и
повеселить жениха, или идет в  бейт-гамидраш  учить Тору, или повидаться
со своим учителем Торы и т.п. - он приравнивается к тому, о ком было сказано в
начале мишны: "Тот, кто идет резать свою жертву Песах" и т.д.. То
есть, у него мало времени, чтобы вернуться и уничтожить  хамец,  достаточно
отречься от него мысленно (Раши).
 Авторы "Тосафот" задают вопрос:
как совместить конец нашей мишны "Идущий, ЧТОБЫ ПРОВЕСТИ ОТДЫХ ТАМ, ГДЕ ОН
ХОЧЕТ..." с тем, что сказано (Эйрувин 31 а, и см. Мишну
"Эйрувин" 8:1): "Эйрув тхумин делают ТОЛЬКО РАДИ ВЫПОЛНЕНИЯ
ЗАПОВЕДИ"?
 Поэтому они объясняют, что наша мишна
имеет в виду того, кто в  Песах  идет повеселиться к своему другу или
родственнику - то есть с намерением, которое все же содержит элемент исполнения
заповеди ( см. также "Тифэрет Исраэль").
 Впрочем, некоторые авторитеты Торы
говорят, что хлеб используют для того, чтобы сделать  эйрув тхумим  лишь
ради исполнения заповеди. Однако если просто идут в определенное место, чтобы
получить там право провести субботу или праздник и воспользоваться возможностью
идти оттуда еще 2000  локтей,  то это можно делать и без намерения исполнить
заповедь - лишь потому, что так хочется. Следовательно, вопрос
"Тосафот" отпадает сам собой ("Тосфот раби Акивы Эйгера" от
имени автора труда "Маген Аврагам").

 Мишна восьмая

 И ТАК ЖЕ ТОТ, КТО ВЫШЕЛ ИЗ ИЕРУСАЛИМА И
ВСПОМНИЛ, ЧТО У НЕГО ЕСТЬ С СОБОЙ МЯСО СВЯТЫНИ, - ЕСЛИ ПРОШЕЛ ЦОФИМ, ДОЛЖЕН
СЖЕЧЬ ЕГО НА МЕСТЕ, А ЕСЛИ НЕТ - ВОЗВРАЩАЕТСЯ И СЖИГАЕТ ЕГО ПЕРЕД ЗАМКОМ НА
ДРОВАХ, приготовленных для ЖЕРТВЕННИКА. И РАДИ КАКОГО КОЛИЧЕСТВА ОНИ
ВОЗВРАЩАЮТСЯ? РАБИ МЕИР ГОВОРИТ: ЕСЛИ ХОТЬ ТО, ХОТЬ ДРУГОЕ - КАБЕЙЦА, РАБИ ЙЕГУДА
ГОВОРИТ: ЕСЛИ ХОТЬ ТО, ХОТЬ ДРУГОЕ - КАЗАИТ. А МУДРЕЦЫ ГОВОРЯТ: Если МЯСА
СВЯТЫНИ - КАЗАИТ, А ХАМЕЦА - КАБЕЙЦА.


Объяснение мишны восьмой

 По аналогии с тем, о чем говорилось в
предыдущей мишне, приводится закон о мясе жертвоприношений.
 И ТАК ЖЕ - как тот, о котором говорилось
в предыдущей мишне, - ТОТ, КТО ВЫШЕЛ ИЗ ИЕРУСАЛИМА И ВСПОМНИЛ, ЧТО У НЕГО ЕСТЬ
С СОБОЙ МЯСО СВЯТЫНИ - мясо жертвоприношений, относящихся к разряду  малых
святынь,  например мясо  шламим.  Есть его можно только в пределах
Иерусалима, а будучи вынесено за городскую стену, оно становится негодным и
должно быть сожжено.
 Но где именно надлежит его сжечь?
 ЕСЛИ ПРОШЕЛ ЦОФИМ - место, откуда виден
Храм (Раши), или, как говорят другие комментаторы, если уже перешел горы вокруг
Иерусалима, с которых он виден ("Тосфот Йомтов", "Тифэрет Исраэль"),
ДОЛЖЕН СЖЕЧЬ ЕГО тут же НА МЕСТЕ - там, где вспомнил о нем, так как в этом
случае его не утруждают требованием вернуться в Иерусалим.
 А ЕСЛИ НЕТ - если еще не прошел Цофим, -
он ВОЗВРАЩАЕТСЯ И СЖИГАЕТ ЕГО ПЕРЕД ЗАМКОМ - во дворе Храма или же, согласно
другой точке зрения, вне его, на территории Храмовой горы. Дело в том, что
Гемара приводит разные точки зрения  амораев  на то, что такое
"замок" (Йома 2а): раби Йоханан утверждает, что так называлось одно
место на Храмовой горе, а Рейш-Лакиш считает, что весь Храм называется
"замок" - потому что сказано (Диврей-гаямим 1,29:19): "И
выстроить ЗАМОК, для которого я [все] приготовил", а речь там идет именно
о Храме.
 НА ДРОВАХ, приготовленных для
ЖЕРТВЕННИКА.
 Почему это мясо сжигают именно
"перед замком", комментаторы объясняют, тем, что, по аналогии с
жертвоприношением  хатат,  ставшие негодными  малые святыни  сжигают
на том месте, где их едят (Раши, "Тосафот", Бартанура; см. также
"Тосфот Йомтов"). В связи с этим они замечают, что, в принципе, это
мясо можно было бы сжечь в городе, не поднимаясь на Храмовую гору, так как
именно там - место, где едят  малые святыни.  Однако мишна говорит о
госте, не живущем в Иерусалиме и не имеющем дров. Поэтому он возвращается к
Храму и пользуется дровами, заготовленными для жертвенника ("Тифэрет
Исраэль"; см. также Рамбам, Законы о негодности посвящений 19:8).
 И РАДИ КАКОГО КОЛИЧЕСТВА ОНИ
ВОЗВРАЩАЮТСЯ? - то есть сколько  хамеца  должно быть в доме того, кто идет
для исполнения заповеди - резать жертву  песах  и т.д., чтобы, вспомнив об
этом, он был обязан вернуться домой; сколько должно быть мяса  святыни у  того,
кто вышел из Иерусалима, чтобы, вспомнив об этом, он был обязан вернуться
назад?
 РАБИ МЕИР ГОВОРИТ: ХОТЬ ТО, ХОТЬ ДРУГОЕ
- хоть  хамец,  хоть мясо  святыни -  КАБЕЙЦА.
 Раби Меир проводит аналогию с законом о
минимальном количестве пищи, которое способно воспринять  ритуальную
нечистоту,  формулируя свою мысль так: "возвращение ради него - как его
осквернение". То есть: как пища, меньшая, чем  кабейца,  не
оскверняется, так и ради  хамеца  и мяса  святыни,  меньших, чем  кабейца,
 возвращаться не нужно. От своих прав на этот  хамец  отрекаются
мысленно, а мясо  святыни  сжигают на том месте, где о нем вспомнили.
 РАБИ ЙЕГУДА ГОВОРИТ: ХОТЬ ТО, ХОТЬ
ДРУГОЕ - КАЗАИТ. Раби Йегуда проводит аналогию с другим законом, формулируя это
так: "возвращение ради него - как его запрет". То есть: как минимум  хамеца
 в  Песах  и минимум мяса  святыни,  ставшей негодной, который
Тора запрещает есть -  казаит, -  возвращаются ради  хамеца  или мяса
 святыни  только в том случае, если их не меньше, чем  казаит.
 А МУДРЕЦЫ ГОВОРЯТ: возвращаются в
случае, если МЯСА СВЯТЫНИ всего только КАЗАИТ, поскольку к  святыням  надлежит
относиться с особой скрупулезностью, А ХАМЕЦА - КАБЕЙЦА. Тот, кто направляется
исполнить заповедь и вспоминает, что в его доме остался  хамец,  возвращается
ради его уничтожения только в том случае, если  хамеца  не меньше, чем  кабейца.
 И ГАЛАХА СООТВЕТСТВУЕТ МНЕНИЮ МУДРЕЦОВ.




 Глава четвертая





 Мишна первая

 ТАМ, ГДЕ ПРИНЯТО РАБОТАТЬ В КАНУН ПЕСАХА
ДО ПОЛУДНЯ - РАБОТАЮТ; ТАМ, ГДЕ ПРИНЯТО НЕ РАБОТАТЬ - НЕ РАБОТАЮТ. НА ТОГО, КТО
ПЕРЕХОДИТ ОТТУДА, ГДЕ РАБОТАЮТ, ТУДА, ГДЕ НЕ РАБОТАЮТ, ИЛИ ОТТУДА, ГДЕ НЕ
РАБОТАЮТ, ТУДА, ГДЕ РАБОТАЮТ, НАКЛАДЫВАЮТ ОГРАНИЧЕНИЯ МЕСТА, ОТКУДА ПРИШЕЛ, И ОГРАНИЧЕНИЯ
МЕСТА, КУДА ОН ПРИШЕЛ. И ПУСТЬ НИКТО НЕ ИЗМЕНЯЕТ обычаю ВО ИЗБЕЖАНИЕ РАЗДОРОВ.


Объяснение мишны первой

 Канун праздника  Песах  отличается
от кануна суббот и остальных праздников. В канун суббот и остальных праздников
мудрецы запретили работать только начиная со времени  Минхи,  а в канун  Песаха
-  начиная уже с полудня.
 Почему к работе в канун  Песаха  мудрецы
относятся так строго, разъясняет Талмуд Йерушалми. Дело в том, что с полудня 14
нисана  Песаха  начинается время, предназначенное для совершения жертвоприношения
 песах,  и не годится, чтобы в Храме приносили жертву за человека, который
в это время занимался своей работой.
 Несмотря на то, что в настоящее время у
нас нет Храма, и мы не можем совершать жертвоприношение  песах,  большинство
авторитетов Торы считают, что запрет работать после полудня 14 нисана остается
в силе. Только смысл его сейчас иной: высвободить время для подготовки к
проведению седера. Кроме того, существует принцип, согласно которому любое
постановление, принятое в свое время большинством мудрецов Торы, остается в
силе даже тогда, когда причина, вызвавшая к жизни это постановление, уже не
существует (Гамеири).
 Эта мишна учит, что каждому следует
придерживаться обычая, принятого там, где он живет. Есть места, где принято не
работать даже раньше полудня кануна  Песаха -  чтобы работа не отвлекла
человека и он не забыл, что необходимо уничтожить  хамец,  совершить
жертвоприношение  песах  и приготовиться к проведению  седера.  И
несмотря на то, что это - только обычай данного места, никто не смеет ему
изменять.
 ТАМ, ГДЕ ПРИНЯТО РАБОТАТЬ В КАНУН ПЕСАХА
ДО ПОЛУДНЯ - РАБОТАЮТ. В таком месте каждый, кто хочет, имеет право работать 14
нисана до тех пор, пока не наступит полдень. Однако ТАМ, ГДЕ ПРИНЯТО НЕ
РАБОТАТЬ в канун  Песаха  даже до полудня - чтобы никто, занятый своей
работой, не забыл о необходимости совершить  биур-хамец,  принести жертву  песах
 и подготовить все, что нужно к  седеру:  испечь  мацу,  приготовить
 марор  и  харосет, в  таком месте раньше, чем наступит полдень 14
нисана НЕ РАБОТАЮТ. Таков обычай этого места, и никто в это время не имеет
права работать.
 Впрочем, что касается работы ПОСЛЕ
полудня, то запрет на нее уже не зависит от обычая: он - установление мудрецов
Торы, обязательное для всех (как было сказано в предисловии к этой мишне).
 НА ТОГО, КТО ПЕРЕХОДИТ ОТТУДА, ГДЕ
РАБОТАЮТ - где принято работать до полудня в канун  Песаха,  ТУДА, ГДЕ НЕ
РАБОТАЮТ - где принят обычай не работать в канун  Песаха  даже раньше
полудня, ИЛИ ОТТУДА, ГДЕ НЕ РАБОТАЮТ, ТУДА, ГДЕ РАБОТАЮТ, НАКЛАДЫВАЮТ
ОГРАНИЧЕНИЯ МЕСТА, ОТКУДА ПРИШЕЛ, И ОГРАНИЧЕНИЯ МЕСТА, КУДА ОН ПРИШЕЛ. Иначе
говоря, в любом случае он не имеет права работать 14 нисана перед полуднем:
если он пришел оттуда, где работают, туда, где не работают, на него
распространяются ограничения места, куда он пришел; а если он пришел оттуда,
где не работают, туда, где работают, он все равно подчиняется запретам,
принятым там, откуда он пришел.
 И ПУСТЬ НИКТО НЕ ИЗМЕНЯЕТ обычаю ВО
ИЗБЕЖАНИЕ РАЗДОРОВ.
 Гемара говорит, что по вопросу, как
понимать эту последнюю фразу мишны, между  амораями  возникли разногласия.
 Абаей считает, что она имеет в виду
того, кто ушел оттуда, где принято работать до полудня в канун  Песаха,  и
пришел туда, где это не принято. На новом месте он не имеет права нарушать
принятый здесь обычай, чтобы не вызывать недовольства местных жителей. Однако
тот, кто ушел оттуда, где не работают в канун  Песаха,  и пришел туда, где
работают, обязан вести себя по-прежнему - то есть получается, что он нарушает
обычай того места, куда пришел: здесь все работают, а он не работает.
 В отличие от этого, Рава полагает, что
речь идет о том, кто пришел оттуда, где не работают до полудня в канун  Песаха,
 туда, где работают. По мнению Равы, мишна учит, что хотя в этом случае
пришедший нарушает обычай этого места (так как все работают, а он - нет), это
не имеет значения. Потому что мотивом запрета изменять обычаю является
стремление избежать раздоров, а здесь такой опасности нет: никто не подумает,
что он воздерживается от работы именно из-за того, что придерживается другого
обычая, запрещающего работать в канун  Песаха  перед полуднем. Скажут, что
просто ему нечего делать или он нездоров - ведь круглый год в городе есть
немало бездельников, и никто не задается вопросом, по какой причине они не
работают.
 В каком именно случае человек подчиняется
запретам того места, откуда он пришел? Только тогда, когда он намеревается
снова вернуться туда. Однако, если у него такого намерения нет, ему надлежит
вести себя так, как принято там, где он теперь находится - более строго или
более свободно, это не имеет значения (Гаран).
 Талмуд Йерушалми приводит еще одну точку
зрения, согласно которой положение "И пусть никто не изменяет обычаю во
избежание раздоров" учит тому, что даже тот, кто приходит оттуда, где не
работают перед полуднем 14 нисана, туда, где работают, не должен изменять
обычаю этого места, если это не приводит к раздорам. А именно: положение
"накладывают ограничения места, откуда пришел, и ограничения места, куда
он пришел", относится к простому человеку. Если он не работает перед
полуднем в канун  Песаха,  никто не осуждает его за то, что он ведет себя
более строго, чем все, но предполагают, что просто ему нечего делать и т.п..
Однако заключение мишны ("И пусть никто не изменяет...") говорит о
другом человеке: о котором известно, что он никогда не бездельничает. И мишна
учит, что такому человеку запрещено изменять обычаю того места - не работать
перед полуднем 14 нисана, он должен работать, как все, и в этом случае на него
не распространяются ограничения того места, откуда пришел, во избежание распри
(см. "Млехет Шломо").

 Мишна вторая

 ТОЧНО ТАК ЖЕ: ТОТ, КТО ПРИНОСИТ ПЛОДЫ
ШВИИТ ОТТУДА, ГДЕ ОНИ КОНЧИЛИСЬ, ТУДА, ГДЕ ОНИ НЕ КОНЧИЛИСЬ, ИЛИ ОТТУДА, ГДЕ
ОНИ НЕ КОНЧИЛИСЬ, ТУДА, ГДЕ ОНИ КОНЧИЛИСЬ, ОБЯЗАН их УНИЧТОЖИТЬ. РАБИ ЙЕГУДА
ГОВОРИТ: ЕМУ ГОВОРЯТ: ИДИ И ПРИНЕСИ ДЛЯ СЕБЯ ТЫ ТОЖЕ.


Объяснение мишны второй

 По ассоциации с той  галахой,  которую
сообщала предыдущая мишна, здесь приводится аналогичная  галаха о  плодах  швиит.
 Для ее понимания необходимо кратко сказать о некоторых законах, связанных с
такими плодами.
 Если в год швиит приносят домой какие-то
плоды этого года, то их разрешается есть все время, пока такие же плоды еще
остаются в поле и ими питаются дикие звери. Однако если сезон этих плодов
закончился, и их больше нет в поле для диких животных, необходимо уничтожить
плоды того же вида, которые имеются в доме. Об этом говорит Тора (Ваикра 25:7):
"И скотине твоей, и диким зверям, которые [живут] на земле твоей, весь
урожай ее будет пищей". Отсюда следует, что все время, пока дикие животные
едят в поле, твой скот ест это же самое дома; кончились эти плоды для диких
животных в поле - прекрати скармливать их своей скотине у себя в доме.
 Обо всем этом говорится в трактате Мишны
"Швиит" (см. 15:2-3). Кроме того, там сказано: "Три земли для
биура: Иудея, Заиорданье и Галилея". То есть: по отношению к заповеди о
БИУРЕ плодов  швиит  Страна Израиля делится на три области, и если плоды
какого-то определенного вида исчезли с полей в одной из этих областей, то ее
жители обязаны уничтожить такие же плоды, собранные ранее, - несмотря на то,
что в другой области сезон этих плодов еще продолжается. Например, если в Иудее
на полях уже нет какого-то вида плодов, то все жители Иудеи уничтожают эти
плоды, которые собрали ранее, в то время как жители Галилеи все еще продолжают
их есть и не должны их уничтожать.
 Эта мишна обсуждает случай, когда плоды  швиит
 принесли оттуда, где они уже кончились, туда, где они еще не кончились, или
наоборот.
 ТОЧНО ТАК ЖЕ - подобно тому, что
говорилось в предыдущей мишне. ТОТ, КТО ПРИНОСИТ ПЛОДЫ ШВИИТ - плоды, выросшие
в год  шмита,  ОТТУДА, ГДЕ ОНИ КОНЧИЛИСЬ для диких зверей в поле, и потому
уже надлежит убрать их из дома, ТУДА, ГДЕ ОНИ еще НЕ КОНЧИЛИСЬ для диких зверей
в поле, и потому жители этого места пока продолжают есть плоды этого вида,
принесенные ими в свои дома, ИЛИ же тот, кто приносит плоды  швиит  ОТТУДА,
ГДЕ ОНИ еще НЕ КОНЧИЛИСЬ, ТУДА, ГДЕ ОНИ КОНЧИЛИСЬ, - во обоих случаях он ОБЯЗАН
их УНИЧТОЖИТЬ, потому что на него распространяются ограничения и того места,
откуда пришел, и того места, куда он пришел.
 РАБИ ЙЕГУДА ГОВОРИТ: ЕМУ ГОВОРЯТ: ИДИ И
ПРИНЕСИ ДЛЯ СЕБЯ ТЫ ТОЖЕ.
 О смысле этих слов раби Йегуды Гемара
приводит несколько мнений. Из них комментаторы Мишны предпочли остальным
толкование рава Аши. Согласно ему, раби Йегуда тоже считает, что тот, о ком
говорит наша мишна, обязан подчиняться как ограничениям того места, откуда он
пришел, так и ограничениям того места, куда он пришел. В чем же тогда раби Йегуда
не согласен с мудрецами? Оказывается, их разногласие связано с дискуссией из
трактата Мишны "Швиит" (9:5): "ТРИ ВИДА овощей ЗАМАРИНОВАЛИ (в рассоле
или уксусе) В ОДНОЙ БОЧКЕ - РАБИ ЭЛИЭЗЕР ГОВОРИТ: ЕДЯТ (пока есть] ПЕРВЫЙ (то
есть, эти три вида овощей можно есть все время, пока один из них не кончится  в
 поле: как только это произойдет, все три станут запретными несмотря на то,
что два остальных вида все еще существуют и их необходимо уничтожить), РАБИ ЙЕГОШУА
ГОВОРИТ: И ПОСЛЕДНИЙ ТОЖЕ (пока хоть один из этих трех видов есть в поле, можно
есть все три), РАБ АН ГАМЛИЭЛЬ ГОВОРИТ: ВСЕ овощи ТОГО ВИДА, который ЗАКОНЧИЛСЯ
В ПОЛЕ, вынимают ИЗ БОЧКИ и УНИЧТОЖАЮТ".
 Итак, те же самые мнения служат основой
спора  танаев  в нашей мишне.  Первый тана и  допускает послабление в
интерпретации закона точно так же, как раби Йегошуа: по его мнению, поскольку
все три вида замаринованы в одной бочке, можно есть даже те виды, которые
закончились в поле, на основании того, что есть один вид, еще не исчезнувший в
поле. Это и есть смысл слов мишны: ТОТ, КТО ПРИНОСИТ ПЛОДЫ ШВИИТ ОТТУДА, ГДЕ
ОНИ НЕ КОНЧИЛИСЬ, ТУДА, ГДЕ ОНИ КОНЧИЛИСЬ - то есть кончились все виды,
замаринованные в одной бочке, - ОБЯЗАН их УНИЧТОЖИТЬ. Однако если все время,
пока в поле исчезли не все эти виды, а только некоторые из них, можно есть даже
те же самые плоды, которых в поле уже нет, на основании того, что сезон хотя бы
одного из этих видов еще не закончился.
 РАБИ ЙЕГУДА ГОВОРИТ: ЕМУ - то есть
хозяину плодов, замаринованных в бочке, - ГОВОРЯТ: ИДИ И ПРИНЕСИ ДЛЯ СЕБЯ ТЫ
ТОЖЕ - то есть, выйди в поле и принеси оттуда себе все виды плодов, которые
замаринованы в твоей бочке. А если какие-то из них ты не найдешь, ты обязан
такие же самые плоды уничтожить. Иначе говоря, раби Йегуда согласен с рабаном
Гамлиэлем, что тот вид, которого уже нет в поле, должен быть уничтожен дома
тоже (Бартанура, "Тифэрет Исраэль").
 Другие комментаторы говорят, что не  первый
танай,  а именно раби Йегуда трактует закон о плодах года  швиит  в сторону
послабления. Согласно их точке зрения, он считает, что на того, кто переносит
их из одной области в другую, НЕ накладывают как ограничения того места, откуда
пришел, так и ограничения того места, куда он пришел. Ведь этот человек всегда
может так ответить тому, кто вздумает его упрекать, что он ест плоды, уже
исчезнувшие в поле: "ИДИ туда, откуда я пришел - ты увидишь, что эти плоды
там еще не кончились, И ПРИНЕСИ таких же плодов ДЛЯ СЕБЯ ТЫ ТОЖЕ". Если же
он приносит плоды  швиит  оттуда, где они уже кончились, туда, где они не
кончились, то он может здесь есть их с полным правом, как все здесь их едят (Гамеири).
 Согласно этой интерпретации, в
высказывании раби Йегуды отсутствуют слова "ему говорят" (см. "Млехет
Шломо", где эта трактовка подкрепляется ссылкой на Талмуд Йерушалми; см.
также р.Х.Албека).

 Мишна третья

 ТАМ, ГДЕ ПРИНЯТО ПРОДАВАТЬ МЕЛКИЙ
РОГАТЫЙ СКОТ НЕЕВРЕЯМ, - ПРОДАЮТ, ТАМ, ГДЕ ПРИНЯТО НЕ ПРОДАВАТЬ, - НЕ ПРОДАЮТ.
И НИГДЕ НЕ ПРОДАЮТ ИМ КРУПНЫЙ РОГАТЫЙ СКОТ, ТЕЛЯТ И ОСЛЯТ - НИ ЗДОРОВЫХ, НИ
КАЛЕК. РАБИ ЙЕГУДА РАЗРЕШАЕТ продавать КАЛЕК, БЕН БТЕЙРА РАЗРЕШАЕТ продавать
ЛОШАДЕЙ.


Объяснение мишны третьей

 Следующие три мишны (3-5) связаны с
первой по ассоциации. Подобно ей, они сообщают законы, основой которых является
только обычай.
 Данная мишна повторяется также в
трактате "Авода зара". Ее тема - запрет продавать неевреям крупный
рогатый скот (о смысле этого запрета будет сказано ниже), в связи с которым в
некоторых местах сложился обычай распространять его и на продажу мелкого
рогатого скота. Мишна учит нас, что и в этом вопросе надлежит следовать обычаю
того места, где находишься.
 ТАМ - в том месте, ГДЕ ПРИНЯТО ПРОДАВАТЬ
МЕЛКИЙ РОГАТЫЙ СКОТ - то есть, коз и овец - НЕЕВРЕЯМ, ПРОДАЮТ, там разрешено, а
ТАМ, ГДЕ ПРИНЯТО НЕ ПРОДАВАТЬ неевреям мелкий рогатый скот, потому что
добровольно распространили запрет продавать неевреям крупный рогатый скот и на
мелкий, - НЕ ПРОДАЮТ - то есть, там не разрешено это делать.
 И НИГДЕ НЕ ПРОДАЮТ ИМ КРУПНЫЙ РОГАТЫЙ
СКОТ - то есть, коров и быков.
 Дело в том, что мудрецы Торы установили
этот запрет из опасения, что еврей одолжит или отдаст внаем свою скотину
нееврею и тот будет работать на ней в субботу, а Тора обязывает еврея
заботиться, чтобы в субботу отдыхала даже принадлежащая ему скотина. Или из
опасения, что еврей продаст нееврею свою скотину перед самым наступлением
субботы, а тот попросит его показать, как она ходит под грузом; еврей прикрикнет
на животное, и оно, услышав знакомый голос, будет выполнять команды, а тем
временем солнце зайдет и получится, что еврей в субботу управляет вьючным
животным (Авода зара 14б).
 Точно так же нигде не продают неевреям
ТЕЛЯТ И ОСЛЯТ, потому что пока они малы, их нельзя использовать для работы, но
когда вырастут, это станет возможно.
 Некоторые комментаторы говорят, что это
тоже запрет мудрецов, установленный из опасения, что кто-то, не отличающий
телят и ослят от взрослых коров и ослов, увидит, что некто продает первых, и
продаст гоям взрослых животных.
 "Осленок" на иврите "съях".
Гемара (Бава батра 786) объясняет, что это слово происходит от слова "сиха"-"речь":
"Потому что он (т.е. осленок) слушается хорошей речи". То есть, ему
достаточно дать приказание спокойным, мягким голосом или только дать знак - и
он идет туда, куда желает человек (Рашбам).
 Итак, запрещено продавать неевреям телят
и ослят, причем нельзя продавать НИ ЗДОРОВЫХ животных, НИ даже КАЛЕК, потому
что последних тоже можно использовать - например, крутить жернова на мельнице.
 Запрет продавать искалеченных ослят и
телят некоторые комментаторы также объясняют установлением мудрецов, которое
они приняли из опасения, что какой-нибудь посторонний человек, не знающий о их
физических недостатках, увидит, как их продают неевреям, решит, что никакого
запрета не существует, и продаст им здоровых животных.
 РАБИ ЙЕГУДА РАЗРЕШАЕТ продавать КАЛЕК,
считая, что животное-калека не годится ни для какой работы и что нееврей обычно
покупает его, чтобы зарезать, и не держит долго в своем доме. Следовательно,
нет никакого основания опасаться, что какой-нибудь еврей увидит это животное у
нееврея и сам продаст ему здоровое (Раши).
 Однако  ГАЛАХА  НЕ СООТВЕТСТВУЕТ МНЕНИЮ РАБИ ЙЕГУДЫ.
 БЕН БТЕЙРА РАЗРЕШАЕТ продавать ЛОШАДЕЙ
потому что в те времена лошадей обычно использовали не для работы, а для
верховой езды, а в этом, согласно букве закона Торы, нет нарушения заповеди
давать отдыхать в субботу домашним животным. Согласно принципу "живой
несет сам себя", человек, сидящий верхом на лошади, тем самым не
заставляет ее совершать то, что квалифицируется как работа. Запрет верховой
езды в субботу - ни что иное, как постановление мудрецов.
 Однако  первый танай  запрещает
продавать неевреям и лошадей тоже. Почему? Одни комментаторы объясняют, что
спор идет только о лошади, на которой охотник доставляет домой пойманных птиц,
однако лошадей, предназначенных исключительно для верховой езды,  первый
танай  отнюдь не запрещает продавать неевреям. Бен Бтейра полагает, что
принцип "живой несет сам себя" относится и к животным, и к птицам, и
потому если лошадь везет их на себе, это не нарушение субботы. Следовательно,
такую лошадь можно продать нееврею. Однако  первый танай  придерживается
мнения, что принцип "живой несет сам себя" относится исключительно к
человеку, а не к животным и птицам, и потому нельзя их везти в субботу на
еврейской лошади. Следовательно, в этом отношении лошадь приравнивается к
крупному рогатому скоту и ее запрещено продавать неевреям.  ГАЛАХА  НЕ
СООТВЕТСТВУЕТ МНЕНИЮ БЕН БТЕЙРЫ (Рамбам).
 Другие же комментаторы считают, что  первый
танай  имеет в виду любых лошадей - даже тех, которые предназначаются
исключительно для верховой езды, так как мудрецы запретили их продавать, чтобы
посторонний наблюдатель не перепутал их с лошадью, используемой на охоте ("Тосфот
Йомтов).

 Мишна четвертая

 ТАМ, ГДЕ ПРИНЯТО ЕСТЬ ЖАРЕНОЕ МЯСО В
НОЧЬ ПЕСАХА, - ЕДЯТ, ТАМ, ГДЕ ПРИНЯТО НЕ ЕСТЬ, - НЕ ЕДЯТ. ТАМ, ГДЕ ПРИНЯТО
ЗАЖИГАТЬ СВЕТИЛЬНИК НА НОЧЬ ЙОМ-КИПУРА, - ЗАЖИГАЮТ, ТАМ, ГДЕ ПРИНЯТО НЕ
ЗАЖИГАТЬ, - НЕ ЗАЖИГАЮТ. НО ЗАЖИГАЮТ В СИНАГОГАХ, В БЕЙТ-МИДРАШАХ И В ТЕМНЫХ
ПЕРЕУЛКАХ, А ТАКЖЕ ОКОЛО БОЛЬНЫХ.


Объяснение мишны четвертой

 ТАМ, ГДЕ ПРИНЯТО ЕСТЬ ЖАРЕНОЕ МЯСО В
первую НОЧЬ ПЕСАХА, - ЕДЯТ, так как там это разрешено; ТАМ, ГДЕ ПРИНЯТО НЕ ЕСТЬ
жареное мясо в первую ночь  Песаха, -  НЕ ЕДЯТ.
 О жертвоприношении  песах  сказано
в Торе (Шмот 12:8): "И пусть съедят его мясо в эту же ночь - ЖАРЕНОЕ НА
ОГНЕ". Поэтому тот, кто ест жареное мясо в первую ночь  Песаха  вне
Иерусалима, вызывает подозрение тем, что ест жертву  песах,  где это
запрещено Торой. Поэтому-то нельзя есть жареное мясо в первую ночь  Песаха  там,
где это никто не делает.
 ТАМ, ГДЕ ПРИНЯТО ЗАЖИГАТЬ СВЕТИЛЬНИК НА
НОЧЬ ЙОМ-КИПУРА, - ЗАЖИГАЮТ, ТАМ, ГДЕ ПРИНЯТО НЕ ЗАЖИГАТЬ, - НЕ ЗАЖИГАЮТ.
  Галаха  предписывает
зажигать светильники в доме накануне суббот, в честь ее, а также ради
исполнения заповеди о наслаждении субботой (см. Шабат 2:1). Точно такие же предписания
действуют накануне праздников, кроме Йом-Кипура, когда все зависит от обычая:
есть места, где в ночь на Йом-Кипур принято оставлять зажженный светильник, и
есть места, где это не принято. Поэтому каждый должен поступать согласно обычаю
того места, где он проживает.
 Гемара говорит, что, в сущности, и те,
кто оставляет в ночь на Йом-Кипур зажженный светильник в своем доме, и те, кто
это не делает, имеют в виду одно и то же: помешать возникновению у себя желания
супружеской близости, запрещенной в Йом-Кипур. Одни для этого оставляют в доме
зажженный светильник, так как  Галаха  запрещает супружескую близость при
свете. Другие, наоборот, оставляют дом в темноте для того, чтобы не увидеть
ночью свою жену и не возжелать ее.
 НО повсеместно ЗАЖИГАЮТ свет В
СИНАГОГАХ, где молятся, В БЕЙТ-МИДРАШАХ, где учат Тору, - в честь наступающего
священного дня, И В ТЕМНЫХ ПЕРЕУЛКАХ, А ТАКЖЕ ОКОЛО БОЛЬНЫХ - и вообще в любом
месте, где нужен свет. Отсюда следует, что точно так же можно оставлять свет и
в тех комнатах, где муж и жена не спят (Бартанура).

 Мишна пятая

 ТАМ, ГДЕ ПРИНЯТО РАБОТАТЬ ДЕВЯТОГО ABA, - РАБОТАЮТ,
ТАМ, ГДЕ ПРИНЯТО НЕ РАБОТАТЬ, - НЕ РАБОТАЮТ. НО ПОВСЕМЕСТНО НЕ РАБОТАЮТ ТЕ, КТО
ПОСВЯТИЛ СЕБЯ ТОРЕ. РАБАН ШИМОН БЕН ГАМЛИЭЛЬ ГОВОРИТ: ВОВЕК ПУСТЬ каждый
ЧЕЛОВЕК СДЕЛАЕТ СЕБЯ ТЕМ, КТО ПОСВЯТИЛ СЕБЯ ТОРЕ. А МУДРЕЦЫ ГОВОРЯТ: В ИУДЕЕ
РАБОТАЛИ В КАНУН ПЕСАХА ДО ПОЛУДНЯ, А В ГАЛИЛЕЕ НЕ РАБОТАЛИ ВООБЩЕ. НОЧЬЮ ЖЕ - ШКОЛА
ШАМАЯ ЗАПРЕЩАЕТ, А ШКОЛА ГИЛЕЛЯ РАЗРЕШАЕТ ДО ПЕРВОГО ЛУЧА СОЛНЦА.


Объяснение мишны пятой

 ТАМ, ГДЕ ПРИНЯТО РАБОТАТЬ ДЕВЯТОГО ABA, - РАБОТАЮТ,
однако ТАМ, ГДЕ в этот день ПРИНЯТО НЕ РАБОТАТЬ, - НЕ РАБОТАЮТ.
 В день Девятого ава работа не запрещена,
несмотря на то, что это день траура, а тому, кто в трауре, запрещено работать.
Однако этот запрет касается только тех, кого несчастье постигло недавно; те,
кого постигло несчастье давно, не освобождаются от работы (Гамеири). Поэтому
относительно Девятого ава все зависит от местного обычая: там, где принято в
этот день работать, -  работа  разрешена, там, где принято не работать,
работа считается запрещенной.
 НО ПОВСЕМЕСТНО НЕ РАБОТАЮТ весь день
Девятого ава ТЕ, КТО ПОСВЯТИЛ СЕБЯ ТОРЕ - чтобы работа не отвлекла их, и они в
полной мере сознавали скорбность этого дня. Другое объяснение этого заключается
в том, что те, кто посвятил себя Торе, способны более остро, нежели другие,
ощутить отсутствие Храма (Гамеири).
 РАБАН ШИМОН БЕН ГАМЛИЭЛЬ ГОВОРИТ: ВОВЕК
ПУСТЬ каждый ЧЕЛОВЕК СДЕЛАЕТ СЕБЯ Девятого ава подобным ТЕМ, КТО ПОСВЯТИЛ СЕБЯ
ТОРЕ. То есть: даже там, где принято работать Девятого ава, человеку пристало
вести себя в этот день более строго, подобно тем, кто всю свою жизнь посвятил
Торе, - и нет в этом ничего от кичливости собственным благочестием.
 А МУДРЕЦЫ ГОВОРЯТ: В ИУДЕЕ РАБОТАЛИ В
КАНУН ПЕСАХА ДО ПОЛУДНЯ.
 Здесь мишна возвращается к той проблеме,
которая обсуждалась в самом начале этой главы: разрешена или запрещена работа в
канун праздника  Песах!  Теперь сообщается, что, по мнению мудрецов, это
вовсе не зависит от местного обычая. Просто в Иудее разрешили делать работу до
полудня в канун  Песаха,  А В ГАЛИЛЕЕ в канун  Песаха  никогда НЕ
РАБОТАЛИ ВООБЩЕ - то есть там весь день 14 нисана работать запрещено.
 Некоторые комментаторы видят самую
непосредственную связь между высказыванием мудрецов и первой мишной этой главы,
где эта  галаха  излагается в общем виде: "Там, где принято работать
в кануны Песаха до полудня - работают; там, где принято не  работать -  не
работают". А теперь мудрецы сообщают, что в Иудее был обычай работать в
канун  Песаха, а  в Галилее, напротив, существовал обычай не работать
(Рамбам).
 НОЧЬЮ ЖЕ - в ночь на 14 нисана в Галилее
– ШКОЛА ШАМАЯ ЗАПРЕЩАЕТ работать, так как считает, что, как и в праздники
(когда запрещено работать и днем, и ночью), если 14 нисана запрещено работать,
то это запрещено и в предыдущую ночь. "Ночь сопровождает день", - так
считает школа Шамая.
 А ШКОЛА ГИЛЕЛЯ РАЗРЕШАЕТ работать в ночь
на 14 нисана ДО ПЕРВОГО ЛУЧА СОЛНЦА, так как в качестве примера берет пост,
когда днем запрещается есть, а в предыдущую ночь - разрешается.

 Мишна шестая

 РАБИ МЕИР ГОВОРИТ: КАЖДУЮ РАБОТУ,
КОТОРУЮ НАЧАЛИ ПЕРЕД ЧЕТЫРНАДЦАТЫМ нисана, ЗАКАНЧИВАЮТ ЧЕТЫРНАДЦАТОГО, ОДНАКО
НЕЛЬЗЯ НАЧИНАТЬ ЕЕ ЧЕТЫРНАДЦАТОГО ПРЕДНАМЕРЕННО - НЕСМОТРЯ НА ТО, ЧТО ЕЕ МОЖНО
ЗАКОНЧИТЬ. А МУДРЕЦЫ ГОВОРЯТ: ТРЕМЯ видами РЕМЕСЛА ЗАНИМАЮТСЯ В КАНУН ПЕСАХА ДО
ПОЛУДНЯ, А ИМЕННО: ШЬЮТ, СТРИГУТ И СТИРАЮТ. РАБИ ЙОСЕЙ БАР ЙЕГ УДА ГОВОРИТ: И
САПОЖНИКИ работают ТОЖЕ.


Объяснение мишны шестой

 Эта мишна знакомит нас с новыми
законами, касающимися работы в канун  Песаха.
 РАБИ МЕИР ГОВОРИТ: КАЖДУЮ РАБОТУ,
КОТОРУЮ НАЧАЛИ ПЕРЕД ЧЕТЫРНАДЦАТЫМ нисана, ЗАКАНЧИВАЮТ ЧЕТЫРНАДЦАТОГО, то есть
разрешается закончить в канун  Песаха  до полудня - даже там, где не
принято работать в этот день вообще. Однако это относится только к тем видам
работ, которые необходимы для подготовки к празднику; что же касается работы,
не связанной с этим, то там, где принято работать в канун  Песаха  перед
полуднем, ее делают, а там, где это не принято, даже если ее начали перед
четырнадцатым нисана, в этот день ее не заканчивают (Гемара). ОДНАКО НЕЛЬЗЯ
НАЧИНАТЬ ЕЕ ЧЕТЫРНАДЦАТОГО нисана ПРЕДНАМЕРЕННО - НЕСМОТРЯ НА ТО, ЧТО ЕЕ МОЖНО
ЗАКОНЧИТЬ до полудня.
 А МУДРЕЦЫ ГОВОРЯТ: ТРЕМЯ видами РЕМЕСЛА
ЗАНИМАЮТСЯ В КАНУН ПЕСАХА ДО ПОЛУДНЯ повсеместно, причем эти три вида работы
даже можно начать четырнадцатого нисана с тем, чтобы закончить их до полудня
(Рош). Гемара объясняет, что причина этого в чрезвычайной важности этих работ для
нужд праздника - так что мудрецы в некоторых случаях разрешили их даже в  хол-гамоэд.
 А ИМЕННО, вот эти работы: ШЬЮТ одежду. Поскольку мудрецы позволили в  хол-гамоэд
 делать эту работу тем, кто не является профессиональным портным (см. Моэд
катан 8:1), в канун  Песаха,  статус которого менее строгий, чем  хол-гамоэд,
 ее разрешили даже профессионалу.
 СТРИГУТ волосы И СТИРАЮТ белье.
Поскольку тому, кто вернулся из далекого путешествия или был освобожден из
тюрьмы в  хол-гамоэд,  разрешено стричься и стирать одежду (Моэд катан
3:1-2), в канун  Песаха  это можно делать всем до полудня.
 РАБИ ЙОСЕЙ БАР ЙЕГУДА ГОВОРИТ: И
САПОЖНИКИ работают ТОЖЕ. Опять же, поскольку паломникам, пришедшим на праздник
в Иерусалим, разрешили починять свою обувь в  хол-гамоэд,  в канун  Песаха
 до полудня сапожникам разрешили даже шить новую обувь.
 Однако мудрецы не согласны с раби Йосей
бар Йегудой. Они считают, что "из закона о конце работы не выводят закон о
начале работы". То есть: из того, что паломникам действительно можно
чинить свою обувь в  хол-гамоэд,  вовсе не следует, что можно шить новую
обувь в канун  Песаха.  И  ГАЛАХА  СООТВЕТСТВУЕТ МНЕНИЮ МУДРЕЦОВ.
 Что же касается раби Меира, то мудрецы
не спорят с ним, а дополняют его слова.
 Мы объяснили содержание этой мишны
согласно точке зрения большинства комментаторов. Однако Рамбам считает, что
речь в ней идет именно о таком месте, где принято работать в канун  Песаха  до
полудня. Там же, где в канун  Песаха  работать не принято, даже ту работу,
которую начали раньше, нельзя заканчивать четырнадцатого нисана. Причем там,
где вообще-то принято работать в этот день, закончить разрешено только ту
работу, которая связана с подготовкой к празднику; если же она никак с этим не
связана, то четырнадцатого нисана ее запрещено даже заканчивать. И нельзя
начинать в этот день работу, хоть и связанную с подготовкой к празднику.
Исключение составляют только те три вида работ, которые перечисляют мудрецы: их
можно даже начинать в канун  Песаха  (по причине, указанной выше) с тем,
чтобы закончить до полудня - но только там, где вообще принято работать
четырнадцатого нисана (Рамбам и его комментарии к Мишне; "Мишне-Тора",
Законы о праздниках 18:9, и см. там возражение Раавада).

 Мишна седьмая

 САЖАЮТ кур В ГНЕЗДО ЧЕТЫРНАДЦАТОГО
нисана РАДИ ПТЕНЦОВ, А УБЕЖАВШУЮ КУРИЦУ ВОЗВРАЩАЮТ НА МЕСТО; ЕСЛИ ЖЕ наседка
УМЕРЛА - САЖАЮТ ДРУГУЮ ВМЕСТО НЕЕ. ВЫГРЕБАЮТ навоз ИЗ-ПОД НОГ СКОТИНЫ
ЧЕТЫРНАДЦАТОГО нисана, А В МОЭД - СГРЕБАЮТ К СТОРОНАМ. ОТНОСЯТ ВЕЩИ МАСТЕРУ В
ДОМ И ПРИНОСЯТ НАЗАД - НЕСМОТРЯ НА ТО, ЧТО ОНИ НЕ НУЖНЫ К ПРАЗДНИКУ.


Объяснение мишны седьмой

 САЖАЮТ кур В ГНЕЗДО - на яйца. Мишна
говорит "в гнездо", потому что яйца раскладывают на соломе или на
сене так, как они лежат к птичьем гнезде (Гамеири). ЧЕТЫРНАДЦАТОГО нисана - согласно
одним комментаторам, даже после полудня, поскольку это не является настоящей
работой; согласно другим - только перед полуднем и именно там, где не принято
делать никакой работы в канун  Песаха  (Гамеири; см. "Тосфот Йомтов"
и "Млехет Шломо"). РАДИ ПТЕНЦОВ - для того, чтобы куры высиживали
птенцов (Раши).
 А УБЕЖАВШУЮ КУРИЦУ - курицу, сбежавшую с
яиц, на которые она была посажена, чтобы высиживаить их, - ВОЗВРАЩАЮТ НА МЕСТО,
хотя зачастую это не так уж легко.
 Гемара разъясняет, что последняя фраза
относится к  хол-гамоэду,  так как про четырнадцатое нисана говорить это
незачем: из первой фразы мишны ясно, что если можно усаживать кур на яйца, то
тем более можно возвращать их, если они убежали. Однако в  хол-гамоэд  нельзя
усаживать кур на яйца, и наша мишна призвана сообщить, что в случае, если
курицу усадили на яйца накануне праздника и она убежала в  хол-гамоэд,  ее
разрешается возвращать на место.
 В Гемаре уточняют также, что возвращать
курицу на яйца в  хол-гамоэд  можно лишь тогда, КОГДА ЕЩЕ НЕ ПРОШЛО ТРЕХ
ДНЕЙ С МОМЕНТА, КОГДА ОНА СБЕЖАЛА С НИХ - когда она еще чувствует к ним тепло и
ее легко усадить снова, и КОГДА ОНА УЖЕ СИДЕЛА НА НИХ ТРИ ДНЯ - так как тогда
эти яйца уже не годятся для еды и считаются пропавшими. ОДНАКО ПОСЛЕ ТОГО, КАК
ПРОШЛИ ТРИ ДНЯ С МОМЕНТА, КОГДА ОНА СБЕЖАЛА С НИХ - она уже не чувствует к ним
тепла и вернуть ее весьма нелегко, - ИЛИ ДАЖЕ В ТЕЧЕНИЕ ТРЕХ ДНЕЙ С ТОГО
МОМЕНТА, КАК ОНА СБЕЖАЛА, ОДНАКО ЕСЛИ ЕЩЕ НЕ СИДЕЛА НА НИХ ТРИ ДНЯ и яйца
годятся в пищу тому, кто не изнежен, так что большого убытка здесь нет, их
можно дешево продать тому, кто их ест - НЕЛЬЗЯ ВОЗВРАЩАТЬ ЕЕ.
 Согласно другому мнению, которое также
приводит Гемара, даже если еще не прошло три дня после того, как курица села на
яйца, ее можно возвратить на них в  хол-гамоэд  во избежание убытка,
несмотря на то, что он не так уж велик.
 ЕСЛИ ЖЕ наседка, которую посадили
высиживать яйца, УМЕРЛА - САЖАЮТ ДРУГУЮ ВМЕСТО НЕЕ.
 Некоторые комментаторы говорят, что это
тоже относится к  хол-гамоэду,  и причиной является стремление избежать
убытка (Гамеири). Другие же считают, что речь идет о четырнадцатом нисана и что
эта  галаха  связана с тем, что мишна сообщала в самом начале, - и отсюда
следует, что в  хол-гамоэд  нельзя сажать на яйца другую курицу вместо
умершей, так как это стоит большого труда (Рамбам; см. также Бартануру и
"Тосфот Йомтов").
 ВЫГРЕБАЮТ навоз ИЗ-ПОД НОГ СКОТИНЫ,
чтобы вынести его из хлева наружу и свалить в кучу, ЧЕТЫРНАДЦАТОГО нисана - как
считает большинство комментаторов, даже после полудня, А В МОЭД - однако в  хол-гамоэд
-  СГРЕБАЮТ навоз К СТОРОНАМ хлева и собирают его в одном из углов, но не
выносят наружу, чтобы свалить в общую кучу.
 Также в течение всего дня четырнадцатого
нисана ОТНОСЯТ ВЕЩИ, требующие починки, МАСТЕРУ В ДОМ И ПРИНОСЯТ НАЗАД
исправленные или новые вещи - НЕСМОТРЯ НА ТО, ЧТО ОНИ НЕ НУЖНЫ К ПРАЗДНИКУ.
 Если в канун  Песаха  разрешено
относить мастеру неисправные вещи для ремонта, то уж тем более можно приносить
от него вещи исправленные или новые. Тем не менее, в  хол-гамоэд  нельзя
нести мастеру никакие вещи - даже те, которые нужны в праздник, - а приносить
от него можно только те, которые действительно нужны в праздник (Моэд катан
2:4).
 Мы дали объяснение начала этой мишны на
основе комментариев Раши и Гамеири, однако другие комментаторы трактуют его
по-иному. В их освещении оно принимает такой вид: УСТРАИВАЮТ ГНЕЗДА
ЧЕТЫРНАДЦАТОГО нисана ДЛЯ ПТЕНЦОВ - то есть, для только что вылупившихся
цыплят, однако в этот день нельзя посадить курицу на яйца (другой комментарий,
приводимый Гамеири от имени мудрецов Нарбонны). А автор "Магид мишнэ",
комментируя Рамбама (Законы о праздниках 8:21), старается доказать, что речь
идет просто об устройстве курятника (и так же объясняет это "Тифэрет
Исраэль).
 Однако если так, то теряет смысл вопрос
Гемары, который она задает по поводу сказанного здесь, что "убежавших кур
возвращают на место": "ЕСЛИ САЖАТЬ МОЖНО, ТО ТЕМ БОЛЕЕ МОЖНО
ВОЗВРАЩАТЬ - ДЛЯ ЧЕГО ЖЕ МИШНЕ ГОВОРИТЬ ОБ ЭТОМ?" В свете их объяснения
для такого вопроса вообще нет места. Правда, эти комментаторы прилагают усилия
к тому, чтобы уладить это противоречие, однако здесь не место подробно
разбирать их аргументы (см. "Тифэрет Исраэль" и "Магид
мишнэ").
 Впрочем, и Раши приводит другой вариант
текста мишны, согласно которому речь идет не только курах, но и о голубях:
"Сажают [голубей] в голубятню и кур [на яйца]". Этот вариант лучше
согласуется с простым смыслом слов, так как "шовах" (который,
согласно другим комментариям, нам пришлось переводить как "гнездо"
или как "курятник") означает именно "голубятню" (как
замечает Раши в этом же комментарии).
 Вслед за ним и Бартанура объясняет это
место в мишне, что речь здесь идет о том, что четырнадцатого нисана разрешается
сажать голубок на яйца, чтобы они высиживали птенцов. Однако он дает еще один
вариант текста: "Сажают [голубок] в голубятни четырнадцатого [нисана], а
убежавшую курицу возвращают на место" (см. "Тосфот Йомтов").

 Мишна восьмая

 ШЕСТЬ ВЕЩЕЙ ДЕЛАЛИ ЖИТЕЛИ ЙЕРИХО - В
ТРЕХ ИХ ОСТАНОВИЛИ, А В ТРЕХ ИХ НЕ ОСТАНОВИЛИ. ВОТ В ЧЕМ ИХ НЕ ОСТАНОВИЛИ:
ПРИВИВАЛИ ФИНИКОВЫЕ ПАЛЬМЫ ВЕСЬ ДЕНЬ, СЛИВАЛИ "ШМА", ЖАЛИ И СКИРДОВАЛИ
ПЕРЕД ПРИНЕСЕНИЕМ ОМЕРА - И НЕ ОСТАНОВИЛИ ИХ. А ВОТ В ЧЕМ ИХ ОСТАНОВИЛИ:
РАЗРЕШАЛИ МОЛОДЫЕ ПОБЕГИ ПОСВЯЩЕНИЙ, ЕЛИ В СУББОТУ ПАДАНЦЫ, ОТДАВАЛИ ПЕА ОТ
ОВОЩЕЙ - И ОСТАНОВИЛИ ИХ МУДРЕЦЫ.


Объяснение мишны восьмой

 ШЕСТЬ ВЕЩЕЙ ДЕЛАЛИ ЖИТЕЛИ ЙЕРИХО, потому
что так было у них принято, против воли мудрецов, - В ТРЕХ случаях из шести
мудрецы ИХ ОСТАНОВИЛИ, запретив так делать, А В других ТРЕХ случаях мудрецы ИХ
НЕ ОСТАНОВИЛИ - но, тем не менее, не примирились с таким обычаем.
 ВОТ В ЧЕМ ИХ НЕ ОСТАНОВИЛИ:
 1) Жители Йерихо ПРИВИВАЛИ ФИНИКОВЫЕ
ПАЛЬМЫ ВЕСЬ ДЕНЬ четырнадцатого нисана. В Йерихо, славящемся своими финиками,
как раз в период  Песаха  занимались прививкой финиковых пальм для того,
чтобы их плоды становились лучше. Однако поскольку опоздание с прививкой хоть
на один день может принести ущерб качеству плодов, было принято делать это даже
в течение всего дня накануне  Песаха  (см., что "Тосфот Йомтов"
приводит от имени "Ароха").
 2) Кроме того, жители Йерихо отличались
тем, что СЛИВАЛИ молитву "ШМА". Гемара приводит  барайту,  в
которой раби Йегуда разъясняет, что, сказав первую фразу "Шма" ("Слушай,
Израиль, Г-сподь, Б-г наш, Г-сподь - един"), жители Йерихо не
останавливались для того, чтобы добавить: "Благословенно имя славного
царства Его во веки веков", а сразу же продолжали: "Люби Г-спода,
твоего Б-га", и т.д.
 Иное объяснение дает в той же  барайте
 раби Меир: он говорит, что жители Йерихо "не прерывались" в
"Шма". По мнению Раши, это значит, что они не делали никакой - даже
самой маленькой - паузы между словами "един" и "люби" и
нисколько не затягивали слово "един", как того требует  Галаха.  Согласно
же другим комментаторам, по мнению раби Меира, жители Йерихо произносили всю
фразу "Слушай, Израиль..." на одном дыхании, сливая слова, не
останавливаясь между ними, чтобы создать соответствующий душевный настрой (см.
"Тосфот Йомтов" и "Тифэрет Исраэль").
 3) И, наконец, в Йерихо было принято,
что ЖАЛИ И СКИРДОВАЛИ сжатые злаки ПЕРЕД ПРИНЕСЕНИЕМ ОМЕРА - в нарушение  Галахи.
 В Торе сказано о принесении  омера  (Ваикра 23:10): "Первинки
вашей жатвы" - из чего следует, что для того, чтобы  омер  действительно
был "первинками вашей жатвы", до его принесения в Храм нельзя жать ни
один из пяти видов злаков.
 Однако запрет касается только тех полей,
из урожая которых  Галаха  разрешает приносить  оивр.  Что же
касается полей, требующих искусственного орошения, находящихся в долинах, на
которых вырастают злаки низкого качества, не годящиеся поэтому для  омера,  то
урожай на них разрешается сжинать и до принесения  омера  (Рамбам, Законы
о жертвоприношениях тамид и мусаф 7:13). Тем не менее, мудрецы разрешили только
жать на этих полях, но не собирать колосья в скирды, чтобы предотвратить
употребление в пищу нового урожая раньше, чем будет принесен  оивр.  Об
этом говорит Мишна (Мнахот 10:8): "ЖНУТ колосья НА ПОЛЯХ С ИСКУССТВЕННЫМ
ОРОШЕНИЕМ, НАХОДЯЩИХСЯ В ДОЛИНАХ, НО НЕ СКИРДУЮТ". Тем не менее, жители
Йерихо, поля которых как раз были такими, не только сжинали урожай до
принесения  омера,  но и складывали его в скирды, как говорит Мишна (там
же): "ЖИТЕЛИ ЙЕРИХО ЖНУТ С ОДОБРЕНИЯ МУДРЕЦОВ, НО СКИРДУЮТ ПРОТИВ ВОЛИ
МУДРЕЦОВ".
 И НЕ ОСТАНОВИЛИ ИХ мудрецы - не
запретили делать все, что перечислено выше.
 А ВОТ В ЧЕМ ИХ ОСТАНОВИЛИ мудрецы:
 1) В Йерихо было принято, что РАЗРЕШАЛИ
использовать в собственных целях МОЛОДЫЕ ПОБЕГИ, то есть молодые, мягкие
веточки деревьев - ПОСВЯЩЕНИЙ рожковых деревьев и сикомор. Жители этого города
говорили в оправдание такого обычая, что, якобы, их отцы объявили  посвящением
 только стволы этих деревьев, чтобы защитить их от тех, кто, пользуясь своей
силой, срубал чужие деревья, и что потому вырастающие на них молодые и нежные
побеги не являются  посвящением  и, следовательно, разрешены для любого
употребления (Раши).
 Рамбам же трактует эти слова мишны
несколько иначе: по его мнению, речь идет о  ПОЛЯХ-посвящениях.  Жители
Йерихо говорили, что плоды запрещены только тогда, когда они объявлены  посвящением;
 если же  посвящением  объявлено поле, то все, что вырастает на нем
после этого, разрешено в пищу.
 Есть другой вариант текста этой мишны: ОТСЕКАЛИ
МОЛОДЫЕ ПОБЕГИ - то есть, жители Йерихо срубали для себя веточки, выросшие на
деревьях после того, как их объявили  посвящением  (Бартанура; см. также "Млехет
Шломо").
 2) Жители Йерихо ЕЛИ В СУББОТУ ПАДАНЦЫ,
которые находили под фруктовыми деревьями, не задумываясь над тем, когда эти
плоды упали с дерева: в пятницу ли - и тогда они, согласно  Галахе,  разрешены,
в субботу ли - и тогда они запрещены как  мукцэ  (Рамбам, Бартанура).
 3) И еще в Йерихо ОТДАВАЛИ беднякам ПЕА
ОТ ОВОЩЕЙ - в то время как  Галаха  освобождает овощи от  пеа  (см.
Пеа 1:4), так как их не оставляют на длительное хранение, однако обязывает
отделять от них  маасер.
 Результатом же того, что жители Йерихо
оставляли  пеа  от овощей, было то, что бедняки ели запрещенную пищу:
поскольку  пеа  не подлежит отделению  маасера,  бедняки этого не
делали, думая, что в их руках настоящая  пеа -  в то время как эти овощи
ею не являлись и потому подлежали отделению  маасера.
 И ОСТАНОВИЛИ ИХ МУДРЕЦЫ - потому что на
самом деле молодые побеги, выросшие на  посвящении,  тоже являются таковым
и запрещены для какого бы то ни было употребления; потому что паданцы, которые
находят в субботу под деревом, нельзя брать, подозревая, что они упали с дерева
в субботу и поэтому не  мукцэ  ли они; и, наконец, от овощей не оставляют  пеа,
 поскольку из-за этого их освобождают от отделения  маасера.

 Мишна девятая

 ШЕСТЬ ВЕЩЕЙ СДЕЛАЛ ЦАРЬ ХИЗКИЯГУ - В
ТРЕХ ПРИЗНАЛИ ЕГО ПРАВОТУ, А В ТРЕХ НЕ ПРИЗНАЛИ ЕГО ПРАВОТУ. ПРОВОЛОК КОСТИ
ОТЦА СВОЕГО НА ВЕРЕВОЧНЫХ НОСИЛКАХ - И ПРИЗНАЛИ ЕГО ПРАВОТУ; РАЗРУБИЛ МЕДНОГО
ЗМЕЯ - И ПРИЗНАЛИ ЕГО ПРАВОТУ; СПРЯТАЛ КНИГУ ЛЕКАРСТВ - И ПРИЗНАЛИ ЕГО ПРАВОТУ.
В ТРЕХ случаях НЕ ПРИЗНАЛИ ЕГО ПРАВОТУ: РАЗРУБИЛ ДВЕРИ ХРАМА И ОТОСЛАЛ ИХ ЦАРЮ
АССИРИИ - И НЕ ПРИЗНАЛИ ЕГО ПРАВОТУ; ЗАТКНУЛ ИСТОЧНИК ВЕРХНИЙ ТИХОН - И НЕ
ПРИЗНАЛИ ЕГО ПРАВОТУ; ОБЪЯВИЛ В НИСАНЕ НИСАН ТРИНАДЦАТЫМ МЕСЯЦЕМ ГОДА - И НЕ
ПРИЗНАЛИ ЕГО ПРАВОТУ.


Объяснение мишны девятой

 Эта мишна без всяких изменений
приводится в Гемаре в качестве  барайты  (Псахим 56а), и Рамбам в своем
комментарии тоже указывает, что эта мишна - в действительности не что иное, как
цитата из "Тосефты". Она появляется здесь по ассоциации с предыдущей мишной,
на которую похожа по строению.
 ШЕСТЬ ВЕЩЕЙ СДЕЛАЛ ЦАРЬ ХИЗКИЯГУ, В ТРЕХ
из них мудрецы ПРИЗНАЛИ ЕГО ПРАВОТУ - согласившись, что это действительно
следовало сделать, А В ТРЕХ других случаях НЕ ПРИЗНАЛИ ЕГО ПРАВОТУ.
 В каких случаях мудрецы одобрили
поступки Хизкиягу?
 Когда он ПРОВОЛОК КОСТИ СВОЕГО ОТЦА,
царя Ахаза, злодея и нечестивца, НА ВЕРЕВОЧНЫХ НОСИЛКАХ, лишив его погребальных
носилок, полагающихся мертвому по его сану, - то есть, не похоронил своего отца,
оказав ему подобающие почести. Об этом сказано в книге "Диврей гаямим"
(2, 28:27): "И почил Ахаз со своими отцами, и похоронили его в Иерусалиме,
в городе, ПОТОМУ ЧТО НЕ ПОЛОЖИЛИ ЕГО В ГРОБНИЦУ ЦАРЕЙ ИЗРАИЛЬСКИХ". Хизкиягу
поступил так с целью, чтобы позор, постигший его отца после смерти, стал
искуплением грехов, совершенных им при жизни. Кроме того, показав всем, какому
поношению подверглись останки отступника от Торы, Хизкиягу хотел внушить живым
нечестивцам такое отвращение ко злу, чтобы в них пробудилось стремление
исправиться (Раши). Иначе говоря, намерением Хизкиягу было освящение Б-жьего
Имени на земле. И поэтому мудрецы ПРИЗНАЛИ ЕГО ПРАВОТУ в этом деле.
 Кроме того, царь Хизкиягу РАЗРУБИЛ
МЕДНОГО ЗМЕЯ, оставшегося с времен Моше-рабейну (см. Бемидбар 21:6-9) и
хранившегося в Храме, как об этом сказано в книге "Млахим" (2,18:4):
"Он отменил [совершение жертвоприношений на] частных жертвенниках... и
разломал медного змея, которого сделал Моше, потому что до того самого времени
сыны Израиля воскуряли ему". И мудрецы ПРИЗНАЛИ ЕГО ПРАВОТУ - потому что
он уничтожил источник заблуждения, вводивший народ в соблазн языческого
служения.
 Еще Хизкиягу СПРЯТАЛ - лишив людей
доступа к ней - КНИГУ ЛЕКАРСТВ. Раши пишет: "Потому что из-за того, что
против всякой болезни эта книга давала лекарство, благодаря которому сразу же
становились здоровым, сердце их не смирялось перед Всевышним, когда Он посылал
им болезни". То есть, до тех времен существовала "Книга
лекарств", автором которой считался царь Шломо, в ней были записаны
рецепты лекарств против любой болезни. Когда царь Хизкиягу заметил, что из-за
этого люди перестали бояться Всевышнего и, заболев, не надеялись на Его помощь,
он спрятал эту книгу, положив ее в тайник на вечное хранение.
 Однако Рамбам резко возражает против
этого объяснения: "Значит, согласно их легковесному и извращенному мнению,
если голодный человек наестся и, без сомнения, станет чувствовать себя здоровым
и сильным, он тут же перестанет уповать на Всевышнего и надеяться на Его
помощь?! Эх, глупцы, мы скажем вам: точно так же, как мы будем благодарить
Всевышнего за то, что Он доставил нам пищу, насытившую нас, что Он избавил нас
от голода и вернул нам жизнь и здоровье, мы, когда выздоровеем от болезни,
будем благодарить Его за то, что Он доставил нам лекарство, излечившее нас, что
Он вернул нам жизнь и здоровье".
 Поэтому Рамбам предлагает иное
объяснение тому, что сказано в мишне. Он пишет, что "Книга лекарств",
которую спрятал царь Хизкиягу, была посвящена описанию различных фигур,
образующихся в известные моменты времени от сочетаний звезд и планет, - причем
каждая из них помогала против определенной болезни. "И автор этой книги, -
подчеркивает Рамбам, - излагал в ней только знания о природе окружающего мира,
вовсе не предлагая другим осуществлять на деле то, что написано в ней... Потому
что есть вещи, которые Всевышний запретил делать, но разрешил изучать и
постигать. Об этом сказано в Торе (Дварим 18:9): "Не учись, чтоб совершать
мерзости, подобные [тем, что совершают] эти народы", и сказали мудрецы:
отсюда следует, что именно для того, чтобы совершать на деле, ты не имеешь
права изучать это, однако тебе позволяется это изучать для того, чтобы понять
самому и давать указания другим. И вот, когда люди начали верить в эти фигуры и
использовать их для излечения от болезней, думая в своем заблуждении, будто те
обладают Божественной силой, спрятал Хизкиягу "Книгу лекарств, чтобы
лишить невежественные массы доступа к ней".
 И мудрецы снова ПРИЗНАЛИ ЕГО ПРАВОТУ.
 Но В ТРЕХ других случаях мудрецы НЕ
ПРИЗНАЛИ ЕГО ПРАВОТУ.
 А именно:
 Когда Хизкиягу РАЗРУБИЛ ДВЕРИ ДВЕРИ
ХРАМА И ОТОСЛАЛ ИХ ЦАРЮ АССИРИИ - как об этом написано (Млахим 2, 18:16):
"Тогда разрубил Хизкиягу двери Храма Г-спода... и отдал их царю
ассирийскому". То есть, он снял золото, которым были покрыты двери Храма и
послал его царю Ассирии, желая подкупить, чтобы тот не воевал против него. И НЕ
ПРИЗНАЛИ мудрецы ЕГО ПРАВОТУ - потому что ему следовало уповать на Всевышнего и
верить, что Он в состоянии спасти Иерусалим от ассирийских полчищ.
 Также царь Хизкиягу ЗАТКНУЛ ИСТОЧНИК
ручья ВЕРХНИЙ ТИХОН, чтобы лишить воды ассирийское войско, если оно осадит
Иерусалим, - как об этом сказано в книге "Диврей гаямим" (2,32:30):
"И он, Хизкиягу, заткнул источник воды Верхнего Тихона", и еще (там
же 32:4): "И заткнули все родники и поток, бьющий из-под земли, говоря:
зачем придут ассирийские цари и найдут много воды?" И опять НЕ ПРИЗНАЛИ
мудрецы ЕГО ПРАВОТУ, потому что он должен был уповать на Всевышнего и верить
тому, что передал ему от Его имени пророк Йешаягу (Млахим 2,20:6): "И
защищу Я этот город, чтобы спасти его". Кроме того, заткнув источники
воды, Хизкиягу причинил зло своему собственному народу.
 Еще Хизкиягу ОБЪЯВИЛ В НИСАНЕ - уже
после того, как начался месяц нисан, он решил сделать год високосным и объявить
НИСАН ТРИНАДЦАТЫМ МЕСЯЦЕМ ГОДА - то есть, предыдущим месяцем, вторым адаром,
отступив в отсчете месяцев года назад, чтобы дать больше времени для подготовки
к празднику  Песах.  Об этом сказано в "Диврей гаямим"
(2,30:2-3): "И посоветовались царь, его князья и вся община в Иерусалиме,
[и решили] праздновать Песах во втором месяце - так как не могли сделать это в
то время, потому что [еще] не осветилось когенов достаточно".
 Гемара уточняет, что на самом деле
Хизкиягу объявил год високосным еще не в самом нисане, а тридцатого числа
месяца адар (см. Сангедрин 126), однако мудрецы Торы не согласились с решением
царя, И НЕ ПРИЗНАЛИ ЕГО ПРАВОТУ.
 Дело в том, что в тридцатый день месяца
адара уже поздно принимать решение, что год будет високосным (из тринадцати
месяцев), так как в этот день, в принципе, уже может начаться нисан. В обычный,
не високосный, год в адаре всегда только 29 дней - значит, его тридцатый день
фактически уже новомесячье нисана. По этой причине в этот день не объявляют год
високосным, потому что, согласно  Галахе,  это следует делать только в
течение адара.




 

 

Добавить комментарий

Текст комментария не должен содержать оскорбительных фраз по отношению к кому либо
Текст комментария не должен содержать нецензурных слов.


Защитный код
Обновить

Language

Russian English French German Italian Portuguese Spanish